"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 788

Впрочем, не эти мысли занимали голову Брони, когда она, разбуженная сестрой своего будущего мужа, сонно промаргивалась, пытаясь навести фокус на кукольное личико голубоглазой первокурсницы. Как и матушка, эта юная особа обожала старомодную одежду, а потому смотрелась на фоне богатого убранства просторных личных покоев, которые выделило семейство ректора слечне Глашек, куда как уместней, чем их обитательница.

— С пробуждением будущая пани Маллой! — Гиацинт лучезарно улыбнулась. — Матушка сказала, что ты сегодня без камеристки.

— Да, я оставила Илегу приглядывать за Хотской, — безродная лениво потянулась, однако приятная теплота не желала возвращаться в тоскующее по покою тело. — Я смотрю, вы весьма рады тому, что мы скоро станем родственниками.

— А с чего бы мне не радоваться? — взмахнула руками юная дворянка. — Благодаря вам мы стали дружны с моим бестолковым братцем! Кроме того, кто не хотел бы стать родственницей живой аватары мирового зла?

— Судя по атмосфере любви и обожания в моём культе, имя Лешей пугает не так сильно, как должно бы.

— Забудь про свои монотеистические представления о злых богах, — небрежно фыркнула блондинка. — Форгерийцы — язычники. С их точки зрения открыто ненавидеть подобную силу можно только из-под крылышка Семерых, а когда она заявилась лично в их город, её нужно задобрить. Да и Леший был всегда не столько символом зла, сколько воплощением Хаоса. Просто так говорить принято, во-от. Кстати, забавно, что он избрал для перерождения такую фанатичную любительницу порядка, как вы… но, давайте мы не будем о работе?

— Дельная мысль! — подняла палец Броня. — Не могу не согласиться!

— Можно я буду звать вас сестричкой? — прищурилась высокородная первокурсница.

— Я не против, — старшая некромагичка ощутила под одеялом прикосновение шершавенькой змеиной шкурки. — Только если полезешь обниматься, смотри не обрушь весь свой вес на несчастную Роечку, уютненько устроившуюся рядом с хозяйкой.

— Где?

Голубые глаза слечны Маллой начали обшаривать взглядом ложе названной сестры в надежде обнаружить какие-нибудь следы присутствия изумрудной рептилии, однако зима, пусть даже и ранняя, выдвигала требования к постельным принадлежностям, из-за которых одеяло было слишком тёплым и толстым, чтобы разглядеть под ним не особо подвижную змеюку.

Впрочем, укрытие Рояль было раскрыто из-за предательства Брони, что позволила себе лёгким движением подбородка выдать тайну местоположения питомца.

Всего через секунду юная Гиацинт уже забралась с ногами на постель будущей родственницы и со всей непосредственностью, совершенно не приличиствующей благородной деве, заключила синеглазку в объятия настолько крепкие, насколько было способно обеспечить это изящное хрупкое тельце.

— Я так счастлива, что вы решились! Теперь я хочу увидеть лицо Дарка, когда он проснётся и узнает о том, что вы, всё же, войдёте в нашу семью!

— Проснётся? — Броня осторожно обхватила тонкий стан названной сестрички левой рукой, всё ещё украшенной тяжёлым корсиканским браслетом, который хозяйка забыла снять, отправляясь в объятия Гатеи-ключницы, форгерийского аналога Морфея. — Он, всё-таки, вернулся?

— Не-е-е, — небрежно отозвалась Гиацинт. — Думаю, он специально решил прогулять приём, на котором вам следовало присутствовать вместе, чтобы оскорбить вас. Папенька не стал ждать возвращения блудного сына и велел Вольдемару восстановить копию.

Синеглазка нахмурилась.

— Даркену нет резона пытаться уязвить меня подобным образом.

— Ой, сестричка, вы зря так думаете о нём, — фыркнула юная дворянка. — Ваш брак ему поперёк горла. Я сама слышала, как он в общении со своей зазнобой Ёлко упоминал о намерении быть самым невыносимым женихом на свете. А в чемпионате по невыносимости мой брат занял бы первое место.

— Именно потому он бы его и занял, что отлично разбирается в людях, — Броня перевела взгляд на приподнявшийся край одеялка, откуда показалась любопытная изумрудная мордочка, да потянулась рассеянным жестом почесать ту под подбородочком. — Я — человек, чья интроверсия граничит с социофобией. Меня невозможно уязвить игнорированием. Я отнюдь не оскорблюсь, если мужчина обделит меня своим вниманием. Скорей даже вздохну спокойно.

— Тогда… в чём заключается его невыносимость? — теперь уже нахмурилась и Гиацинт.

— Он стал назойливым, как влюблённый мальчишка. Мне от него бегать приходилось. Каждый день — нелепые презенты, при каждой встрече обиды, если я подарком не пользуюсь, и обязательные комплименты с непрозрачными намёками на то, как твоему братцу хочется уж поскорей консумировать этот брак, — Броня закатила глаза. — Я почти лишилась понятия личного пространства. А уж знала бы ты, как мне приходилось изворачиваться, чтобы перекинуться парой слов с особью мужского пола, которая носила бы фамилию отличную от фамилии Маллой? Дарк очень правдоподобно делал вид, что у него от ревности уже бабина засвистела.

— Оу… — юная слечна Маллой раздосадованно сложила губки бантиком. — Выходит, в его интересах было кровь из носу появиться на этом приёме, где вы были бы просто вынуждены его сопровождать и терпеть его общество, отягощённое присутствием большого количества важных персон?

— Именно! — подняла палец безродная. — Дарк попал в беду. Его оригинальное тело было либо похищено, либо уничтожено. Пан ректор не мог не понимать, что исчезновение его сына нельзя списать на одну только дурную голову наследника рода Маллой. Но… почему он повелел восстановить копию? Вы сказали, что основой послужили резервы, значит, труп так и не был обнаружен. Неужели только ради приёма?

Синеглазка мотнула головой. Боль и тяжесть в висках, лишь немного отступившие, вернулись вновь.

— Нет. Не похоже. Ваш отец прямо сказал мне, что сегодня вечером он не может полагаться на Дарка. Так в чём же причина?

— Маменька и папенька в срочном порядке уезжают в командировку, — ошарашила названную сестру Гиацинт. — Кто-то должен приглядеть за семейным делом, пока не вернётся дедушка?

— Вот так новости, — Броня оттолкнулась ладонями от матраца, чтобы подвинуться поближе к спинке кровати и опереться на неё лопатками. — Что случилось? Проблема, требующая внимания самого пана ректора и его жены… да ещё и подобная срочность?

Девушка взяла на руки Рояль и прижала её к груди, мягко поглаживая шероховатую изумрудную шкурку для успокоения.

— Личное поручение короля?

— Думаю, да, — кивнула Гиа. — Я сама не очень понимаю. Не то, чтобы от меня скрывали подобные вещи… просто я не особо интересуюсь политикой. Кажется, какие-то проблемы в Речи Посполитой. По крайней мере, папенька отправится туда, а маменька — в ЕССР.

Броня поджала губы.

— Хорошо… не буду тебе докучать подобными расспросами…

— Так мы уже на «ты»? — миловидная дворянка довольно хихикнула. — Я не против. У нас в семье так не принято, но мне подобная неформальность импонирует. В конце концов, надо же привыкать к стилю общения, принятому в ковене братца!

— А? — безродная сначала не поняла сути вопроса, но затем, когда всё осознала, смущённо спрятала голову в плечи. — Я не специально. У меня такое бывает, когда я о чём-то сильно задумываюсь или плохо себя чувствую. А мне сегодня довелось разгонять мозг…

— Я же сказала, что я не против, — Гиацинт подняла ладонь в умиротворяющем жесте. — Броня, я всегда мечтала о старшей сестре. Не о такой, как ты, но… когда мы с тобой встретились, я поняла, что ты превзошла мои самые смелые фантазии. А что у тебя есть недостатки — так это же прекрасно! Это значит, что я могу оказаться полезной.

— Хорошо… — синеглазка облегчённо вздохнула. — Заказанные мной одежды привезли?

— Не просто привезли, но ещё и рукав пиджаку перешили на корсиканский, — юная дворянка соскочила с постели и решительно направилась в сторону тумбочки, на которой лежала аккуратная чёрная стопочка с костюмом. — Почему ты решила заявиться на приём в мужском платье?

— Это не просто «мужское платье», — Броня лениво свесила ножки с кровати. — Это косплей!