"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 915

Так или иначе, сделанного оказалось достаточно, чтобы «добить» до конца эту тревожную декабрьскую ночь. А уже потом, когда над Даркеном не будет довлеть необходимость присутствия на публике, можно будет лечь на дополнительные процедуры, без проведения которых Вольдемар не отцепится от загривка вверенного под его ответственность сына рода Маллой.

Как «номер один» и предполагал, та волна потустороннего холода, которая была ответственна за разрушение заклинаний, без которых Дарк и деградировал от побитого, но гордо стоящего на одном колене некромага до безвольного комка из мяса и костей, и правда являлась результатом применения контрмер против массовых мутаций.

Похоже, то был прощальный подарок данного воплощения Ганнибала. Скорей всего где-то находился магический триггер на запуск активизационного проклятия в случае, если сердце карфагенянина не будет биться некоторое время.

Прощальный подарок данного воплощения и первая фаза планов — следующего. По сути, ковену не удалось нанести никакого ущерба противнику. Тот уже был готов к переходу на новый этап и просто использовал штурм «Сметаны» в своих целях.

Конечно, польза от данного мероприятия имелась. Маллой-старший, например, очень хотел получить «неоспоримые доказательства», которые, вне всякого сомнения, найдутся. Их поисками уже занимались ответственные люди отца. Да и краснопёрые старательно порывались помочь, да только им тут делать нечего: ещё уничтожат какой пакет важной информации. Благо, Броньке как-то удалось договориться с послом, что силы коммуняк будут в рамках данной операции подчиняться приказам Даркена, что позволяло их держать снаружи.

Бронька.

Прошедшей по Праге волны контрзаклинания, что в качестве побочного эффекта смывала многие магические контуры и останавливала сердца слабых созданий, не хватило, чтобы повлиять на аватару хтонического божества.

Девушка стояла у выхода на обрушившийся балкон, да слегка покачивалась, словно бы тонкое деревце на ветру. Руки безвольно повисли вдоль тела, голова опущена.

Она всё ещё оставалась на грани. Не деградировала дальше до божества и не могла восстановиться. А ведь прошло довольно много времени. Минимум минут двадцать с момента окончания боя. Так что же сейчас с ней? Лешая до сих пор борется? Или нашла точку покоя в данном состоянии сознания?

Даркен начал подниматься. Ему тотчас же помогли. Судя по тому, сколь нагло чья-то рука вцепилась в загривок сына рода Маллой, то оказался Гало. Конечно, любой мог бы таким образом поставить сюзерена на ноги, если говорить чисто о физической и парафизической возможности, но лишь у «номера три» было настолько незамутнённое сознание, чтобы сделать подобное «на автомате» просто из благих побуждений.

Впрочем, «номер один» не уделил никакого внимания этому казусу. Он медленно и осторожно, словно бы там, у выбитых окон, стояла не красивая юная израненная студентка, а дикое животное, подошёл к Броне. Подошёл и укрыл её своим плащом. Некромагичка совершенно никак не отреагировала на столь галантный жест, а потому молодому человеку пришлось обнять бедняжку, просто чтобы кусок ткани не соскользнул с девичьих плеч куда-то вниз, в бездну, куда улетали и где растворялись без следа тяжёлые капли падающей с неба воды.

— Знаешь, я, конечно, не против, что ты решила внести изменения в дизайн доспеха: оно, действительно, чересчур скрадывало твою фигуру. Но, на мой сугубо мужской взгляд, ты чересчур много открыла в районе живота.

Хохма Даркена ожидаемо не достигла цели. И сын рода Маллой не был уверен, что Глашек сейчас способна вообще воспринимать даже не слова, а просто интонации. Но ведь Лешая отличала союзников от врагов. Или, хотя бы, врагов от тех, кого не надо пытаться изничтожить.

Молодой человек старательно прислушивался к своим ощущениям, надеясь уловить хоть какие-то признаки реакции Брони.

— Кстати, тебе следует лучше питаться. А то ты целого карфагенянина схарчила, а в районе живота мясца так и не прибавилось. По-моему, это уже нездорово: у тебя, часом, булимии нет? Ты там не срыгнула всё, пока я в отрубе лежал?

Даркен усмехнулся своей шутке, но снова не заметил и не почувствовал никакой реакции со стороны девушки.

Подумав немного, молодой человек чуть отстранился от Брони, чтобы иметь возможность оценить выражение её лица. Конечно, закатившийся правый глаз и отсутствие куска щеки, из-за которого торчащие крючковатые псевдозубы выглядели, как оскал, мешали восприятию, однако кое-что «номер один» смог разобрать: его невеста суровым, но несколько неясным, не то угрожающим, не то пустовато-грустным взглядом смотрела куда-то вдаль.

Некромаг попытался проследить за взором синеокой. И тогда его внимание привлекло поблёскивающее в темноте навершие одной из городских магических башен.

Молодой человек хмыкнул.

— Так вот, что тебя беспокоит? Что мы не уберегли людей?

Никакого ответа. Однако что-то подсказывало Даркену, что ему удалось нащупать правильную тему для разговора.

Он вновь прижал к себе девушку да опустил подбородок ей на плечо.

— Да-а-а… какие же тут люди безрукие? То ли дело мы! Как-то обходились без богов. А эти ничего сами не могут. У них ведь аж Семеро таких! И это только в старшем пантеоне. А ведь есть ещё младший…

И тут молодой человек ощутил движение. Броня отвлеклась от созерцания промагивающейся вдалеке магической башни и медленно повернула голову в его сторону, скосив «здоровый» глаз.

— А ещё есть ты…

Девушка открыла рот. Откуда-то изнутри раздался низкий негромкий скрип. Учитывая, что Даркен обнимал некромагичку, он мог точно сказать, что лёгкие в воссоздании данного звука не были задействованы.

— Ладно-ладно, не возмущайся ты так, — фыркнул Даркен. — Не буду я тебя сравнивать с ними. Ты — лучше.

Броня закрыла рот. Её взгляд явно требовал пояснений.

И сын рода Маллой их дал.

— Ты — миленькая.

Лешая тотчас же отвернулась.

— Ой, да ладно тебе! — возмутился Дарк. — И вообще, не о том сейчас речь. Вы, боги, это дело десятое. Данное человечество на буксире надо тащить в отдалённое светлое будущее. Или ты забыла, как я недавно депрессовал у окошка?

И снова никакого ответа. Однако на сей раз поток словоизвержения «номера один» было уже не остановить.

— Это всё оттого, что я натолкнулся на тупость человеческую и на человеческое упрямство. Я не знаю, удалось бы нам чего-нибудь добиться, если бы всё богемийское дворянство действовало единым фронтом, но, определённо, нам бы не пришлось тратить столько усилий на попытки противодействовать тем, в чьих интересах было бы стать нашими союзниками.

Он сделал паузу. Небольшую. Но важную.

Паузу, заставившую Броню слегка повернуть голову и навострить ушки.

Всё же, заинтересовал.

Даркен улыбнулся.

— Представь, что было бы, если бы мы все ресурсы направили бы на решение данной проблемы? Какие бы мы были молодцы, какие бы планы придумали? Так что, мы не виноваты. Я не виноват. Ты — не виновата. И Ватаме тоже ни в чём не виновата.

Девушка безвольно уронила подбородок на грудь. С её губ сорвалось короткое досадное шипение.

— А потому… засыпай. Я, ради того, чтобы ты расслабилась, даже пойду против своих принципов, и сделаю вторую отсылку на Арию за том. А ты, как проснёшься, думаю, придумаешь отмазку, почему я, на самом деле, всё сделал правильно.

Даркен ненадолго замолчал. Он прикрыл глаза, настраиваясь на ритм, ловя настроение песни. Плюс, молодому человеку хотелось спеть на родном русском языке, а не богемийскую перепевку.

От края до края

Небо в огне сгорает

И в нем исчезают

Все надежды и мечты.

Но ты засыпаешь,

И ангел к тебе слетает.

Смахнет твои слезы,

И во сне смеешься ты.

Броня не смеялась во сне. Однако она расслабилась. Даже чересчур. Её веки смежились, а ноги — подкосились. Так бы и ухнула бы с верхотуры, не подхвати её Даркен вовремя.