"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 941

– Неужто?! Как?!

– Кровь. Тёплая человеческая кровь, – ответила женщина, беспечно посасывая палец, из подушечки которого, надо полагать, и была получена “тёплая человеческая кровь”. – Смазать им кровью то, что у них вместо губ и подождать: сами начнут облизываться. Никуда не денутся.

И правда. Молодые росточки длинными язычками различных весёлых расцветочек исправно собирали багряную жидкость с краешков лепестков и листочков.

– Уи! – радостно взвигнула горничная и ничтоже сумлеваясь сграбастала флористку в объятия. – Вы просто чудо, пани Глашек!

Та с улыбкой обняла девушку в ответ.

– А ты как думала? Я твою возлюбленную богиню родила и воспитала. Думаешь я не разберусь, как с порождениями её сумеречного гения общаться? Ха!

Пани Вейлис с улыбкой кивнула.

– Раз едят, значит, думается мне, ничего прямо совсем непоправимого, верно?

Горничная посерьезнела.

– Настороже нам, всё же, оставаться стоит. Я поговорю с Кюсо. Пусть на время переедут в храм. Нам не повредит пара лишних некромагов, – она задумалась. – М-м-м… можно попробовать позвать пана Злобека. Он, конечно, в ковене Маллоя, но во время последних операций был при Лешей. И ещё позвонить принцессе. Быть может она…

Пан Праведный резко перебил Илегу.

– Я против.

Девушка удивлённо похлопала глазами и устремила непонимающий взгляд на молодого человека, нехотя разжимая объятия и отпуская матушку богини.

– Э-э-э… в чём дело? Почему?

Тот покачала рыжей головой.

– Не доверяю я этой принцессе. У Слунце Лотарингской имеется достаточно причин желать госпоже зла.

– Но ведь они так хорошо общались…

– Тогда Слунце планировала заключить союз с богиней. Брачный союз. Наплевав на то, что они обе одного пола: чай для магички и богини вопросы деторождения проблемами не являются. Но ведь Лешая выбрала пана Маллоя, – пояснил Мец. – Уж поверьте мне: пусть в этой жизни я не так много годков разменял и лишь недавно поднялся столь высоко, в прошлой я принимал активное участие в феодальных междоусобицах. Такое там сплошь и рядом.

Пани Глашек закатила глаза и страдальчески протянула одно единственное слово:

– Попада-а-а-анцы.

Илега выпрямилась и оправила складки на юбке.

– Ну да. Попаданцы мы. Опытом прошлой жизни пренебрегать нельзя. Он бывает полезным. Кто-то начинает разбираться в междоусобицах, а кто-то – в женщинах, – девушка многозначительно подмигнула пани Глашек.

Та весело фыркнула.

– Ладно, попаданцы мои, занимайтесь важными политическими проблемами, а я пойду пока, объясню девочкам, как кормить цветуёчки.

Илега кивнула.

– Хорошо, – она обернулась в сторону молодого человека. – Пан Праведный, свяжитесь с шефом Воржишеком. Может у него найдётся несколько полицейских, которыми можно будет усилить охрану? И посмотри, сколько бойцов “Стит” можно умыкнуть у Маллоев.

– Бесплатная столовая? – уточнил Мец.

Илега кивнула.

– Конечно же! Мы их накормим.

Однако ответом было недовольное мотание головой.

– Я не об этом. У нас храм сейчас – это проходной двор. Ладно, предположим, что мы уверены в бригаде, занимающейся ремонтом и перепланировкой, ведь их нам представил пан ректор. Предположим, постоянный состав прихожан нам известен и нами проверен. Но бесплатная столовая… это огромная дыра в обороне, даже на фоне всего остального.

Девушка нахмурилась.

– Это важно. Было важно ещё до недавних событий. А сейчас? Многие лишились кормильца. Другие погрязли в кредитах на оживление. Да что там? Я буквально вчера поймала нескольких сирот, которые пешком притопали из пригорода. Мы не можем закрыть кухню! Не в столь тяжёлый час!

Молодой человек удручённо вздохнул. Это выглядело несколько нарочито. Словно бы ему приходилось сознательно имитировать то, что другие делают по наитию.

– Я не говорю о том, что мы должны отказаться от бесплатной кухни. Но мы можем вынести раздачу на улицу.

– Декабрь на дворе, Мец! – взмахнула руками Илега. – И весьма морозный, я хочу заметить! Ты знаешь, сколько людей приходило, помимо прочего, погреться, потому что у них дома или не топят, или топят недостаточно?

Пан Праведный молчал. Он где-то секунд пять просто смотрел на девушку своими мёртвыми, цвета болотной жижи, глазами.

– Я так понимаю, от богослужений ты тоже отказываться не собираешься?

Горничная решительно покачала головой.

– Понятно, – кивнул молодой человек. – Я посмотрю, что можно сделать в этих условиях.

Илега удивлённо изогнула бровь.

– А вы как-то легко согласились.

Тот развёл руками.

– В отсутствие богини вы – рупор её воли. Кто я такой, чтобы противоречить? Я могу высказать своё мнение, предупредить о возможных последствиях, но когда я вижу, что вы их осознаёте, но продолжаете настаивать на своём… спорить становится не только глупо, но и преступно.

Илега почувствовала, как во рту пересохло. Ей только что просто заявили прямым текстом: всё, что пойдёт не так, является лишь результатом твоих неправильных решений.

Она набрала немного слюны, а затем сглотнула.

– Мне самой это не нравится. Но порой приходится рисковать. Иначе уже нельзя сказать, что ты верна кому-то. По крайней мере сказать это так, чтобы оно являлось правдой.

– Понимаю, – кивнул Мец. – Мы оба пошли за Лешей. И осознаём, что себя бы она на нашем месте не пощадила. А это означает, что каждый верующий должен быть готов поступить также. Госпожа Глашек не любит индивидуалистов.

Илега смущённо захихикала, рассеянно поигрываясь с серёжкой-звёздочкой. Одним из тех элементов, что делал откровенно неправильную “острую” внешность настолько нарочитой, что даже красивой. Неуклюжее становилось импозантным. Отклонение обращалось в экзотику.

В конце концов, себя девушка считала именно что индивидуалисткой. Но пан Праведный отчего-то видел в её действиях мотив от индивидуализма отрешённый.

А Илега просто любила Лешую. Любила до того, как ту стали звать богиней.

Это всего лишь личное и эгоистичное желание: угодить возлюбленной.

Чтобы та была довольна.

Чтобы та была счастлива.

– Агась. Кажется, она говорила что-то такое, – беспечно ответила горничная, складывая ручки за спиной. – Сегодня ведь будут выкладки по безопасности?

– Первые выкладки я приготовлю уже через три-четыре часа, – ответил Мец. – Я бы сделал всё раньше, но потребуется совершить много телефонных звонков. И часть из них, возможно, не получится сделать раньше, чем Прага проснётся.

– Лады, – кивнула Илега и подняла ручку с отставленными мизинцем и большим палцем на уровень головы. – Как закончишь – СМСни.

Глава 2. Не-ре-ле-вант-на-я муть

Одного взгляда на слечну Кюсо было достаточно, чтобы понять: француженка промёрзла насквозь. Илега тотчас же повелела принести чашечку горячего супа с сухариками и поспешила лично помочь некромагичке разоблачиться.

– Яйк! – коротко взвизгнула первая горничная госпожи Лешей, едва лишь коснувшись холодной ткани пальто голыми руками. – А обещали, что будет ласковое солнце!

– А оно и ласковое, – собеседница очень неохотно расправляла плечи и отводила ручки назад. – Только не греет абсолютно. Но оно и к лучшему.

– А почему к лучшему? – Илега поспешила передать пальто ближайшей послушнице. – И разве вы не владеете магией, которая могла бы вас согреть.

– Владею. Но я не могла себе позволить: я очень спешила в храм и из-за этого забыла подзаправить державу свежим прахом. А по пути ещё и логово мутантов нашла, так что, моя волшебная палочка без дела не осталась.

Русовласая горничная освободила золотистую шевелюру слечны Кюсо от шапки и поспешила оправить причёску француженки.

– А вы, я посмотрю, уже успели поднатореть в вопросе поиска мерзкого супостата. Так чем хороша такая погода?

– Следы отпечатываются хорошо, заметает их неспешно, а из-за холода эти уродцы крайне пассивны. Они же членистоногие. Даже Гане не хватило навыка сделать им терморегуляцию, как у млекопитающих. Так что, и во сне Лешая о нас заботится. Уф… merci généreux.