Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 713

— Да. Замечание справедливое, — сказал Джек. — Но если мне придется делать аутопсию, я сохраню все образцы для изучения их независимыми экспертами. Чтобы избежать конфликта, я готов пригласить на вскрытие нейтрального патологоанатома.

— Но почему тело не вскрыли сразу? — спросил Джордан.

— Аутопсию проводят далеко не всегда, — ответил Джек. — Если бы имелись сомнения в причине смерти, управление судмедэкспертизы дало бы команду произвести вскрытие тела. Когда умерла Пейшенс, никаких сомнений не возникло. У нее был инфаркт, и при ней находился ее лечащий врач. Если бы тогда можно было предположить, что последует судебный иск, аутопсию провели бы обязательно.

— Я не собирался возбуждать дело, хотя должен признать, что в ту ночь очень рассердился на вашего родственника. Он вел себя крайне заносчиво и обвинил меня в том, что я, умоляя немедленно отправить жену в больницу, не мог толком рассказать о ее состоянии.

Джек понимающе кивнул. Он читал об этом в письменных показаниях Джордана и Крэга, и у него не было ни малейшего желания вступать по этому поводу в дискуссию. Ему было прекрасно известно, что многие иски по обвинению во врачебной халатности появлялись лишь из-за недостатка взаимопонимания между стороной пациента и доктором или его персоналом.

— По правде говоря, у меня не было намерения обращаться в суд, пока ко мне не обратился мистер Энтони Фазано.

Джек стразу навострил уши.

— Вы хотите сказать, что инициативу проявили не вы, а адвокат?

— Совершенно верно. Он, так же как и вы, подошел к моему дому и позвонил в дверь.

— И уговорил вас предъявить иск?

— Да. При этом он приводил те же аргументы, что сейчас приводите вы. Он говорил о справедливости и о необходимости защитить людей от таких врачей, как доктор Бауман, и от так называемой concierge-медицины. Он был весьма настойчив, а его аргументы показались мне достаточно убедительными.

Джек был потрясен. Доверчивость, с которой Джордан принял слова адвоката, подорвала уважение, которое Джек начал испытывать к этому человеку. Но он тут же напомнил себе, что Джордан — актер, и проник в высшее общество при помощи брака. И весь его аристократизм и светскость — просто хороший камуфляж. Проведя подготовительную работу, Джек решил, что настало время снять засовы и выпустить на свободу все силы ада. Он и достал бланк. Положив его на стол перед Джорданом, он сказал:

— Для того чтобы я смог произвести аутопсию, вам надо всего лишь подписать эту форму. Все остальное я беру на себя.

— Что это за документ? — К Джордану вернулся его английский прононс. — Ведь я не юрист, — пояснил он и наклонился, чтобы поближе взглянуть на документ.

— Самый обычный бланк, — ответил Джек. На языке у него вертелся более едкий ответ, но он предпочел держать его при себе.

Реакция Джордана оказалась для Джека совершенно неожиданной. Джордан сунул руку в карман и достал оттуда не ручку, как надеялся Джек, а сотовый телефон. Быстро набрав номер, он откинулся на спинку дивана и, не сводя глаз с собеседника, стал ждать ответа.

— Мистер Фазано, — начал Джордан, переведя взгляд на роскошную лужайку, — судебно-медицинский эксперт из Нью-Йорка только что передал мне бумагу, которая может повлиять на ход процесса. Это согласие на эксгумацию и аутопсию тела Пейшенс. Прежде чем я поставлю свою подпись, мне хотелось бы, чтобы вы взглянули на документ.

Даже сидя в десяти футах от Джордана, Джек слышал ответ Тони. Слов он разобрать не мог, но тон голоса говорил сам за себя.

— Хорошо, хорошо! — сказал Джордан. — Я не подпишу до тех пор, пока вы внимательное ним не ознакомитесь. Обещаю. — С этими словами он закрыл телефон и, посмотрев на Джека, пояснил: — Мистер Фазано уже в пути.

Меньше всего Джеку хотелось встречаться с этим человеком. Такие юристы, как Тони Фазано, огребая огромные деньги, не переставали твердить, что стоят на защите «маленького человека». После крушения самолета толпы таких юристов преследовали родственников, убеждая их предъявить иск авиакомпании.

— Я, пожалуй, поеду, — сказал Джек, поднимаясь с кресла. Он понимал, что с появлением Тони согласия на эксгумацию он не получит. — На карточке вы найдете номер моего сотового и сможете связаться со мной, после того как ваш юрист ознакомится с бумагой.

— Нет-нет! Мне хочется разобраться с этим немедленно, — возразил Джордан. — Если я этого не сделаю сразу, то уже не сделаю никогда. Поэтому прошу вас сесть. Вы не успеете и глазом моргнуть, как мистер Фазано будет здесь. Как насчет коктейля? Уже пять, и если мы сейчас выпьем, приличий не нарушим.

Джек снова опустился в плетеное кресло, решив ждать завершения истории, каким бы оно ни оказалось. У Джордана под рукой, видимо, была кнопка вызова, потому что неожиданно перед ними появилась горничная. Джордан попросил ее принести водку, мартини и маслины.

Джордан и Карлен вернулись к обсуждению предстоящих путешествий с таким видом, словно в промежутке беседы ничего не произошло. Предложение выпить Джек отклонил. Он еще тешил себя надеждой погонять мяч, после того как отсюда вырвется.

Когда его терпение было уже на исходе, звон колокольчиков возвестил, что у входа в дом стоит посетитель. Джордан не шевельнулся. Джек услышал, как открылась входная дверь, и до него донеслись чьи-то приглушенные голоса. Минуту спустя в комнату влетел Тони. За ним следовал другой человек — в таком же костюме, как у Тони, только более внушительного размера.

Джек автоматически встал в знак приветствия, но Джордан его примеру не последовал.

— Где этот так называемый бланк? — с ходу спросил Тони. Времени на светские тонкости у него не было. Джордан свободной рукой указал на стол. В другой руке он держал мартини. Карлен сидела рядом, накручивая локон на палец.

Тони схватил лежащую на стеклянной столешнице бумагу и впился в нее темными злыми глазами. Пока Тони изучал документ, Джек изучал Тони. Если в зале суда адвокат держался достойно и весело, то сейчас он был явно взбешен. У Тони было широкое, слегка помятое лицо и крупные квадратные зубы. Его мускулистые руки были похожи на две дубины, а пальцы, короткие и толстые, — на разварившиеся сосиски. Джек переключил внимание на его спутника, который остановился у порога. Парень, видимо, был его телохранителем. Сам факт, что адвокат Тони Фазано нуждается в защите, заставил Джека задуматься.

— Что это за чушь? — поинтересовался Тони, махнув листком в сторону Джека.

— Вряд ли официальный бланк следует называть чушью, — сказал Джек. — Это разрешение на эксгумацию.

— А кто вы такой? Наемная пушка в пользу ответчика?

— Ни в коем случае.

— Он брат супруги доктора Баумана, — пояснил Джордан. — Сейчас он навещает сестру, живет в городе и говорит, что ищет справедливости. Во всяком случае, он так утверждает.

— Справедливости, чтоб я сдох! — прорычал Тони, глядя на Джека. — И у вас хватает наглости врываться сюда, чтобы сбивать с толку моего клиента?

— А вот и не так, — весело возразил Джек. — Меня сюда пригласили на чай.

— А он вдобавок из себя еще и умного корчит. Каков шутник! — сказал Тони.

— Он говорит правду, — вмешался Джордан. — Мы его пригласили. И прежде чем приступить к мартини, мы пили чай.

— Я всего лишь пытаюсь добиться аутопсии, — пояснил Джек. — Чем больше информации мы получим, тем выше шансы на то, что восторжествует справедливость. Кому-то надо побеседовать с Пейшенс Стэнхоуп.

— Ушам не верю! — Тони в отчаянии вознес руки к потолку, а затем, поманив к себе своего подручного, скомандовал: — Франко, иди сюда и вышвырни это собачье дерьмо из дома мистера Стэнхоупа!

Франко, повинуясь приказу, подошел к Джеку, взял его за руку повыше локтя и потащил к выходу.

Джек, чувствуя горячее дыхание громилы, пытался оценить последствия сопротивления. Оглянувшись на хозяина дома, он увидел, что тот спокойно сидит на диване. Происходящее, видимо, удивило Джордана, но он промолчал, когда Тони приказал телохранителю разобраться с «этим типом».