Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 883

– Как вы можете утверждать это, почти не имея опыта в этой области? – требовательно спросил Хайден.

– Потому что закон есть закон, мистер Хайден. И я все еще достаточно наивен, чтобы приравнивать правовой процесс к поиску истины. А докапываться до истины – это то, что мне всегда нравилось.

Гленн Пэрис обратился к Саре.

– Сара, мы считаем, что ваше дело должен вести защитник более умудренный и опытный в нашей специфике, чем присутствующий здесь мистер Даниелс. Но он прав. Вы его клиентка. Вам и решать.

Сара посмотрела на Даниелса, который ответил ей холодным взглядом. «Пригоните сюда святую Анну, мистер Травис. Я не собираюсь никуда уезжать».

– Что же, мистер Пэрис, – ответила она, – если мое рабочее место не зависит от моего выбора, то, как мне кажется, я могу считать себя в надежных руках. Если мистер Даниелс так же держит себя в суде, как и в беседе с нами. Мистер Даниелс... Мэт, уверена, что, если вам понадобится помощь мистера Хайдена или другого юриста из МЦБ, вы обратитесь к ним, правда?

– В любое время.

– В таком случае, мистер Пэрис, – заключила она, – меня вполне устраивает этот адвокат.

– Бог ты мой, – неожиданно воскликнул Ели Бленкеншип. – Мне кажется, я догадался, кто такой мистер Даниелс. – Посмотрим, прав ли я, Мэт. «Наконец, девятая подача, ни одного промаха, стартовая площадка переполнена, разгромный счет в Торонто три – ноль...»

– Да, да, – несколько нетерпеливо подтвердил Мэт. – Это обо мне. Спасибо, что запомнили. Но теперь это – дела давно минувших дней.

– Запомнили что? – спросила Сара.

– Девять подач, девять попаданий, три аута, игра закончена. – Продолжал Бленкеншип. – Потрясающая игра. Мне показалось что-то знакомое, когда я впервые услышал вашу фамилию.

– Думаю, что имя Мэт сбило вас с толку, – сказал Даниелс более любезно. – Мало кто помнит, что у меня было также и имя.

– Эй, не просветят ли меня, о чем речь? Я ведь подзащитная.

– Боюсь, что я тоже ничего не понимаю, – вставил Пэрис.

– Даниелс – Черная Кошка, – пояснил Бленкеншип. – Был десять лет запасным на подачах в команде «Ред Сокс».

– Фактически двенадцать, – поправил Даниелс. – А теперь, если вы не возражаете, давайте вернемся к делу...

– Почему Черная Кошка? – спросил Пэрис.

Даниелс вздохнул.

– Доктор Болдуин... Сара... мне действительно жаль, что мы отвлекаемся, – продолжал Даниелс. – Вся эта история для вас – не простая царапина. А мы то ставим под вопрос мою квалификацию как юриста, то теперь перекинулись на бейсбол, делу это явно не поможет.

– Да все в порядке, – заверила его Сара. – К тому же мне бы тоже хотелось знать.

– О'кей, мистер Пэрис, кличку мне дали потому, что я был суеверным, когда играл в команде.

– Начиная игру, всегда становился на первую базовую площадку, – добавил Бленкеншип. – Никогда не присаживался за пределами игрового поля, никогда не подавал без красной повязки на Поясе.

– Голубой, – поправил Мэт. – Вы знаете эту игру, бейсбол.

– Да, конечно, повязка была голубой. Вы не изменились? Вы также суеверны?

– Я... гм... пожалуй, по-прежнему приверженец ритуалов и всяческих удачных примет, если вы это имеете в виду. Но поверьте мне, доктор Бленкеншип, это не мешает моей работе. Когда я нахожусь в суде, то повязка всегда скрыта под пиджаком. А теперь, мне думается, нам бы надо вернуться к делу. Как красноречиво заметил мистер Пэрис, слишком много поставлено на карту. И к сожалению, похоже, что наш уважаемый противник уже несколько обскакал нас.

– Что вы имеете в виду? – спросил Пэрис.

Даниелс вынул какие-то бумаги из своего атташе-кейса.

– Сара, человек, который снабжает вас травами и корнями, его зовут мистер Квонг?

– Совершенно правильно, Квонг Тян-Вен.

– Так вот, сегодня после обеда мистер Мэллон получил разрешение на закрытие магазина мистера Квонга в целях его проверки. Завтра в восемь утра Он явится туда с химиком, сотрудником из управления шерифа и одному Господу известно, с кем еще. Он намерен взять образцы в том магазине и проверить эти образцы в соответствии с процедурой.

– Не могли бы вы что-то предпринять? – спросил Пэрис.

– На этот вопрос я попросил бы ответить мистера Хайдена, сэр.

– Не на этой стадии, Гленн, – ответил Хайден. – Дело идет о том, кто кого облапошит. Доктор Болдуин, не догадываетесь ли вы, как Мэллону удалось так быстро найти фамилию этого человека.

– Кое о чем я догадываюсь, – ответила она.

– И что же? – спросил Пэрис.

– Я бы хотела проверить, прежде чем называть имена. К тому же испытываю внутреннее доверие к мистеру Квонгу. Он один из лучших специалистов в своей области. Чем быстрее Мэллон займется этим, тем скорее обнаружит, что затеял пустое дело.

– Думаю, что там должен быть кто-то и из больницы, – высказал соображение Даниелс. – Завтра утром мы встретимся вот по этому адресу. – Он пододвинул бумагу из суда к Хайдену.

– Я не смогу, – сказал адвокат. – Буду занят в суде.

– Ели, а вы? – спросил Пэрис. – Из вас бы получился отличный представитель.

– Согласен.

– Прекрасно. Вы заслужили еще одну порцию сладкого, Ели. Мы надеемся, что Сара права, Даниелс. Но понимаете ли вы, что мы хотим сказать о Мэллоне? Он вел десятки, может быть, сотни нечистоплотных дел. У него много сотрудников, и он перероет все на свете.

– Он не похож на человека, которого можно подцепить крючком и подтянуть леской к себе, – признал Даниелс. – В этом ему нужно отдать должное.

– Может быть, – предложил Хайден, – вы подключите к этому делу своих партнеров? Есть ли у мистера Ханнигана или мистера Гольдштейна какой-нибудь опыт в этой области?

«Проклятие, – подумала Сара, – когда они от него отвяжутся?».

– Кстати, – заметил Даниелс, – рад, что вы это затронули.

– Значит, у них есть некоторый опыт ведения дел, связанных с преступной небрежностью медиков, – произнес Хайден. – Великолепно. Сотрудничество – основа в этом деле.

– Знаете, сэр, вы не совсем правильно поняли. Видите ли, Билли Ханнигану никогда не нравилась работа адвоката, но жена не разрешала ему бросить ее. Поэтому в прошлом году, когда она убежала с другим адвокатом, он просто снялся с места. Последнее, что я слышал о нем, он работает посыльным на радиостанции в Лейк-Плэсид.

– А Гольдштейн?

Даниелс потер свой подбородок и вздохнул.

– Ну, – сказал он, – Гольдштейн – это вообще выдумка Билли. Он придумал это еще до того, как я присоединился к нему. Он занимался юриспруденцией в одиночку, но назвал свою фирму «Ханниган и Гольдштейн». Билли вроде бы хотел привлечь клиентов-евреев. Я заказал новые бланки, на которых напечатана только моя фамилия, но у меня все не дойдут руки до того, чтобы внести исправления в желтый справочник.

– Очень странно, – проворчал Хайден. – Прямо скажем, необычно.

– Сара, – обратился Пэрис, – думаю, этот обман несколько повлияет на ваше решение!

– Мистер Пэрис, мне думается, что обман – слишком сильно сказано, – возразила она. – Совершенно явно, не было попытки скрыть правду. Думаю, что мистер Даниелс вполне нас устраивает, даже и без мистера Гольдштейна.

– Очень признателен, – поблагодарил Мэт Даниелс. – А теперь мы все в одном углу. Думаю, нам надо выработать общую позицию. Завтра в восемь утра начинается первый раунд. Поэтому давайте сосредоточимся на нем.

– Очень необычно, – донеслось до Сары чье-то замечание.

Глава 18

Если не считать ночного дежурного, то Роза Суарес находилась одна в регистратуре больницы. Время приближалось к половине одиннадцатого, и она ничего не ела с полудня. Спина и шея ныли, потому что она долго сидела за столом, согнувшись. Но в какой-то степени этот дискомфорт был приятен. Прошло уже два года с тех пор, как она проводила долгие часы над такого рода расследованием.

Начальную стадию она завершит сегодня, и Альберто, и начальник управления с ее работы с нетерпением ждали ее возвращения в Атланту. Ни тому, ни другому не понравится, что она им сообщит. Объяснение загадочных случаев ВСК она еще не нашла. Однако кое-что прояснилось. Чисто со статистической точки зрения три случая практически исключали возможность просто совпадения. И почти наверняка эти случаи могут повториться, если не будут выявлены и устранены причины произошедших трагедий. Пока что она выявила немало общих демографических и физических черт у трех заболевших женщин. У всех троих группа крови относилась к положительной А и жили они, главным образом, в радиусе шести миль от больницы. Все значились пациентками Медицинского центра Бостона по меньшей мере четыре года, и у каждой это была не первая беременность. Более расплывчатые аналогии заключались в том, что все родились в апреле, хотя и в разные годы. Все были первенцами, ни одной левши. Никто в своем обучении не пошел дальше средней школы. И забавное совпадение – все трое были кареглазы.