Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 762

– Непонятно! – пробормотала она. – В Москве у нее никого, кроме меня… А я ведь ей так завидовала – вы не представляете!

– Завидовали? – удивилась я.

– Да, – быстро закивала Диана, и на ее лице появилось виноватое выражение. – Тут пашешь-пашешь, еле-еле на съем квартиры наскребаешь, а Оле и пахать-то не пришлось – квартира сама на нее свалилась!

– Наследство, что ли? – предположила я.

– Да какое наследство – если бы! Клиника, где она работала, оплатила ей однушку в новостройке.

– Это… очень щедрый дар, – пробормотала я. – Что, теперь зарплату квартирами выдают?

– Вот и я ее о том же спросила! Только Оля не спешила распространяться на эту тему. Даже обидно, ведь я ей обо всем рассказывала, а она… Всего-то и молвила, что оказала некую услугу начальству, а оно ей за это отвалило подарочек. Да, и еще она говорила, что пришлось ей уволиться из клиники, но там ей дали хорошие отступные и рекомендации в несколько местных частных больниц.

– Оля не сказала, что это была за услуга?

Диана покачала головой:

– Мне показалось, что она не хочет об этом говорить. Мы даже едва не поссорились из-за этого, поэтому я решила на нее не давить, а потом Оля ушла, очень скоро, поэтому мы больше и не общались.

Я ненадолго задумалась.

– Слушайте, Диана, вы не знаете, куда именно ей дали рекомендации? Или, может, в какой риелторской фирме она оформляла документы на квартиру? И еще: положила ли она деньги в банк или носила их с собой?

– Вроде бы она сказала, что ей нужно в контору по недвижимости, чтобы окончательно все оформить. Клиника вроде бы только залог внесла, пятьсот тысяч… А почему вы про деньги спросили?

– Ну, у нее же с собой была такая большая сумма – на нее ведь могли напасть, ограбить…

– Правда, а я и не подумала об этом! – всплеснула руками Диана. – Господи, неужели?.. Но я ничего не знаю, честное слово: Оля была крайне немногословна. У меня даже создалось впечатление, что она старалась свести к минимуму наше общение. Это меня покоробило, ведь мы так давно не виделись!

Я поняла, что больше в этом доме ничего не выясню. Зато стало ясно и то, что мы с шефом правильно догадывались насчет Ольги Малининой: она не просто так уволилась из «Соснового рая», ее подкупили квартирой, но, очевидно, с условием – убраться подальше из Питера. Значит, вполне может статься, что давняя подруга Лицкявичуса не ошибается насчет обстоятельств смерти своего мужа, и подоплека всего этого вовсе не так очевидна, как то пытаются представить руководство клиники и следователь по делу.

– Возвращайтесь домой! – приказал Лицкявичус, едва я выложила ему все, что успела выяснить. – Вам там больше делать нечего.

– Но я…

– Не спорьте, Агния Кирилловна, – устало попросил он. – Просто возвращайтесь. Мы поговорим и решим, что предпринять дальше.

Конечно, я пообещала, однако вовсе не собиралась ехать в Питер несолоно хлебавши. Мне хотелось представить ему хоть какие-то полезные сведения, а иначе как оправдать мою поездку на таком дорогущем поезде? Естественно, никто от меня не потребует вернуть деньги за «красивую жизнь», но я сама не успокоюсь, пока не нарою хоть что-нибудь. Причем быстро, потому что времени крайне мало – только до воскресенья, ведь в понедельник мне на работу!

Как бы то ни было, я решила сходить в контору ТСЖ по месту расположения квартиры, которую якобы приобрела Ольга Малинина. Раз уж я не застала ее теперешнего хозяина, то могу, по крайней мере, попытаться узнать, фигурировало ли имя медсестры в первоначальном договоре. Приняв решение, я снова отправилась к станции метро.

Леонид, откинувшись на подушках, лениво следил за тем, как Лариса готовит кофе. Он мучительно боролся с желанием закурить – единственной дурной привычкой, с которой никак не мог расстаться окончательно, хотя периодически бросал. Курить в постели Леонид не любил, а вылезать из нее не хотелось: Лариса вытряхнула из него все силы за три ночных «захода» и один утренний. Это не женщина, а машина, многофункциональный тренажер, и секс с ней оказался изнурительной тренировкой, сходной с подготовкой к Олимпиаде! В нем отсутствовало то, что принято считать «прелюдией», осталась лишь чистая техника. Губы и шея Леонида болели от Ларисиных укусов, каждую мышцу саднило, словно он бежал марафон в горах при температуре выше сорока градусов по Цельсию. Как выяснилось, Лариса любила командовать, а Леониду не нравилось подчиняться, поэтому их ночная «забава» походила на борьбу с использованием всех силовых приемов, на какие только оказались способны их тренированные тела. Пару раз Леонида посетило раскаяние: Настя и не подозревает, чем он тут занимается! Однако он гнал от себя эти мысли. В конце концов, это – работа. Между ним и Настей существует то, чего у него никогда не возникало с другими женщинами, – кармическая связь, а с Ларисой его связывает только секс, как и с другими, до нее… И какой секс, черт возьми!

Леонид даже зажмурился, вспомнив их совместные ночные эскапады. За оконом едва брезжил рассвет, но сна уже не было ни в одном глазу. Лариса, в одних хлопчатобумажных трусиках и топе, не достающем до пупка с пирсингом в виде колокольчика, порхала у кофеварки. Ее тело напоминало тигриное – одни мускулы и ни капли жира.

– Тебе сахар класть? – крикнула она, не оборачиваясь.

– Нет!

– Сливки?

– Не-а…

– Вот и хорошо: нет ни того, ни другого!

Она вернулась к кровати, неся небольшой пластиковый поднос с двумя чашками. Чувствительные ноздри Леонида приятно защекотал запах жареных кофейных зерен. Протянув ему чашку, Лариса сказала:

– Ты как – после… всего?

– Ну, кажется, ты мне ничего не сломала, – ухмыльнулся он, делая глоток обжигающего напитка. Приятное тепло разлилось по всему его телу, возвращая к жизни каждую настрадавшуюся за ночь клеточку.

– А я могла бы! – пробормотала Лариса, с восхищением проводя рукой по его плоскому рельефному животу. – Занималась карате с шестого класса. Правда, тебя сломать нелегко, ведь ты похож на… Медного всадника, только теплее и намного живее!

– Меня впервые сравнивают с памятником… Пожалуй, приму это как комплимент.

– Это и есть комплимент. Кстати, ты пару раз назвал меня Настей.

– Правда?!

– Да ладно, успокойся, я не в обиде. А твоя Настя умеет вот так?..

И, отставив чашку с недопитым кофе на прикроватный столик, Лариса склонилась над Леонидом. Он попытался сосредоточить все силы на том, чтобы не ошпарить ее, но это оказалось выше его сил, и чашка с блюдцем полетели на пол.

Через десять минут, уже сидя за столом, Леонид спросил:

– Слушай, я вот все думаю о смерти Рубина…

– Такое впечатление, что ты испытываешь к этому какой-то болезненный интерес, Лень! Почему ты никак не хочешь выкинуть все это из головы?

– Понимаешь, слишком много тут непонятного… Не знаю, как объяснить!

– В тебе умер сыщик, – улыбнулась Лариса, откусывая крепкими зубами кусочек тоста. – А я вот стараюсь вообще об этом не думать.

– А парень этот, мой сменщик…

– Дениска? А он-то тут при чем?

– Медсестра Ольга Малинина, та, что недавно уволилась, была его ассистенткой?

– И его, и Рубина, – кивнула тренерша. – У рефлексотерапевтов одна медсестра на двоих. Правда, на субботу и воскресенье приходила еще одна, пожилая тетка… не помню ее имени. Да она до сих пор приходит, а на место Ольги взяли Танюшку.

Да, Леонид уже успел познакомиться со своей медсестрой – улыбчивой, смешливой девушкой из Украины. Она не скрывала своего восторга по поводу того, как же ей повезло попасть в такое «крутое» место, как «Сосновый рай». В первый же день совместной работы Леонид узнал, что главной целью Тани Семко было выйти замуж за человека с питерской или, на худой конец, пригородной пропиской, чтобы капитально зацепиться здесь: девушка не планировала возвращаться на родину. Кто бы ее осудил? Только не Леонид, ведь каждый вправе искать для себя лучшей жизни! Танюшка до сих пор ходила по коридорам клиники, разинув рот и с благоговением созерцая лица «гостей», которые до поры своего поступления сюда она видела лишь на телеэкране.