Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 773

– Да-а, – сокрушенно покачал головой Никита, – надо же, невезуха какая!

– И не говори! Так что Петьке карьеру могут здорово подпортить… Но ты никому…

– Обижаешь, Галочка! А что ты скажешь, если я приглашу тебя на кофе?

Девушка зарделась – от удовольствия, но еще больше от неожиданности. Галя Ивлева всегда относилась к своей внешности критически. Многие могли бы позавидовать ее пышным формам, большой мягкой груди, длинной русой косе и пухлым, свежим губам, не нуждавшимся в помаде. Однако Галя, сколько себя помнила, стеснялась своей полноты и «слишком» уж русского, круглого лица. Ей казалось, что ни один мужчина не посмотрит на нее с вожделением, как на тех худых красавиц, чьи фото печатают на обложках гламурных журналов.

Никите девушка понравилась, и он не мог не отблагодарить своего невольного информатора. Потом он уйдет, и они никогда больше не увидятся, но зато у нее останется приятная память об обеде… или об ужине… или… а, неважно!

Я не знала, что у Лицкявичуса в городе есть квартира. Что ж, пора привыкнуть к тому, что, сколько бы ни узнавала я об этом человеке, информация эта, похоже, никогда не будет полной. Квартира выглядела именно так, как я и ожидала от апартаментов, в которых никто не живет, – огромной, обставленной безликой мебелью и с восхитительным видом на Лиговский проспект. Я буквально летела на эту встречу: наконец-то я снова увижу всю команду в полном сборе, не опасаясь нависающей над нами злобной и подозрительной тени Толмачева.

Как я ни торопилась, все же опоздала – впрочем, как всегда. Дверь мне открыл Карпухин, сообщив, что все уже в сборе. Гостиная поражала воображение, как своими размерами, так и обстановкой: ничто в ней не напоминало жилое помещение. Скорее она походила на штаб-квартиру НАСА – вернее, на ее голливудскую версию. На противоположной от двери стене висела плазменная панель, занимая колоссальное количество места. Вдоль стен расположились длинные кожаные диваны, рядом с каждым из которых стояло по низенькому столику. В таком помещении вполне возможно проводить пресс-конференции, нужно лишь поставить на столики бутылки с минеральной водой!

– Ну, теперь можно начинать? – спросил Лицкявичус.

– Можно! – отозвалось одновременно несколько голосов.

– Отлично. В целом, насколько я понимаю, каждый из вас знаком с делом, которым мы сейчас занимаемся, – убийством Геннадия Рубина. Возможно, вы не знаете только о последних событиях. Итак… Агния, – он кивнул в мою сторону, – прокатилась в Москву и выяснила, что медсестра Ольга Малинина, единственная свидетельница по делу, бесследно исчезла. Мы предполагаем, что она случайно вляпалась в квартирную аферу, и сейчас над этим работает один столичный следователь. Я правильно понимаю, Артем Иванович?

Майор молча кивнул.

– Далее. В «Сосновом раю» произошел неприятный инцидент, во время которого известный актер Артур Степанов устроил дебош, избил медбрата и едва не покалечил Леонида. К счастью, ему удалось скрутить парня и «оприходовать» его раньше, чем пострадали другие люди.

Вглядевшись в Кадреску пристальнее, я и в самом деле заметила на его лице то, что поначалу приняла за причудливую тень – довольно-таки приличных размеров синяк на виске.

– Ты – наш герой! – усмехнулся Никита, глядя на Леонида. – Просто Зорро какой-то!

Патологоанатом скроил «козью морду» и отвернулся к окну.

– В добытых с большим трудом пробах крови и мочи Степанова обнаружены следы кокаина. Мы не обратили бы на это внимания, если бы не предыдущий случай, закончившийся, к сожалению, смертью человека: похоже, в «Сосновом раю» подобные вспышки ярости у «гостей» становятся доброй традицией, и, как мне кажется, пришла пора выяснить, что же там все-таки происходит.

– Вы думаете, кто-то снабжает знаменитостей наркотиками прямо в клинике, чтобы они могли вести привычный образ жизни и ни в чем себе не отказывать? – поинтересовался Никита.

– Возможно. Хотя это и кажется мне странным: клиника – не нарколечебница, и люди приходят туда совершенно добровольно, чтобы вернуть себе форму. Согласитесь, странно было бы нюхать кокс, в то время как ты пытаешься сбросить лишние килограммы и избавиться от депрессии!

– Нет, Андрюша, ты плохо знаешь эту братию, – возразил Павел Кобзев. – Для многих из них наркотики – это и в самом деле образ жизни, как для других выпивка или игра. Понимаешь, имея такой напряженный график работы, живя практически «на чемоданах», трудно вести нормальную жизнь. Для поддержания сил требуется много энергии, и «дурь» с выпивкой с этим помогают – на первых порах, по крайней мере.

– В любом случае, – продолжал Лицкявичус, – становится ясно, что в «Сосновом раю» не все ладно. Павел, что ты узнал о Татьяне Донской?

– Ну, – начал психиатр, – я выяснил, что девица испытывала множество физических и психологических трудностей. В «Сосновый рай» она наведывалась частенько – делала мелкую пластику, занималась с диетологом и физиотерапевтом, а также посещала психоаналитика и рефлексотерапевта Геннадия Рубина из-за проблем с пояснично-крестцовым отделом.

– Эх, хорошо бы допросить этого психоаналитика! – мечтательно проговорил майор.

– Ты же понимаешь, что это невозможно? – отозвался Лицкявичус. – Во-первых, расследование неофициальное. Во-вторых, даже являйся оно таковым, врачебная тайна не позволила бы врачу рассказать нам правду о сеансах Татьяны.

– Ну, можно же получить ордер – ввиду смерти певицы… Да, мечтать не вредно!

– Никита, что у тебя?

– Я еще не со всеми успел поговорить из списка Леонида, – ответил молодой человек.

– Из какого такого списка? – в один голос спросили мы с Павлом.

– Мне его под дверь подсунули, – скучным голосом пояснил патологоанатом. – Там шесть или семь фамилий известных людей.

– И что с ними? – спросила я удивленно.

– Понятия не имею: некий неизвестный доброхот предложил мне их «проверить».

– На предмет? – задала вопрос Вика.

– Черт его знает – просто проверить!

– Вот я и начал «проверять», – продолжил Никита, как только поток вопросов наконец иссяк. – Первым в списке шел Петр Аникеев.

– Футболист, что ли? – заинтересованно переспросил Павел.

– Ага. Я поговорил с одной девчушкой из пресс-службы…

– Ну почему он всегда говорит с девушками, а я?..

Павел не закончил фразу и махнул рукой. Мы засмеялись – все, кроме Лицкявичуса и Леонида.

– Так вот, – снова заговорил Никита, – Галя сказала, что у Аникеева в данный момент проблемы с законом из-за того, что он избил какого-то мужика – здорово избил, судя по всему, потому что того доставили в «Полено».

– Это все? – вопросительно поднял брови Лицкявичус.

– Нет. За ужином я еще Галю попытал…

– А, так вы и на ужин сходили! – усмехнулся Павел. – Так, глядишь, и до загса недалеко!

– Брось, Паш, – ты что, хочешь, чтобы он так рано себе жизнь испортил? – возразил Лицкявичус.

Я посмотрела на бывшего босса. Значит, его отрицательное отношение к браку не изменилось, и даже Никите он не желает подобной участи – участи женатого человека!

– Что дальше-то, Никита?

– Галя сказала, что уголовное дело на Аникеева уже заведено, хотя руководство «Зенита» и просило не торопиться. Они своих попыток не оставят. Аникеев – «звезда», и он нужен команде – особенно накануне Кубка мира. Следователь дал понять, что «при определенных обстоятельствах» делу можно дать обратный ход.

– Интересно, во сколько он оценивает эти «обстоятельства»? – хмыкнул Леонид.

– Думаю, Аникеев заплатит. Или, может, даже клуб.

– В любом случае это лучше, чем тюрьма! – согласился Павел.

– Еще одна вспышка немотивированного насилия? – задумчиво пробормотал Лицкявичус. – Я прихожу к выводу, что неизвестный информатор Леонида знал, что делает, подсовывая ему этот список…

– А как насчет остальных? – задал вопрос Кобзев.

– Я успел поговорить еще с соседкой Алены Руцкой. Не самый лучший вариант, конечно, но она же у нас знаменитость, и до нее не так-то легко добраться!