Мой дикий сосед (СИ) - Истомина Аня - Страница 10

Усмехаюсь, фотографирую фак и отсылаю ему с припиской.

“Доброй ночи, Петр”.

Отключаю звук, откладываю телефон. Мажу мазью руки и вздыхаю. Какой же всё-таки он странный. Его то хочется обнять, то через минуту убить. Да какой через минуту? Через секунду!

Подталкивая одеяло под голову, закрываю глаза и отчетливо чувствую аромат мужских духов на ткани.

Что-то свежее, с лёгким запахом табака.

А еще теперь перед глазами стоит не только видео, но и фото.

И, так как с момента расставания с Костей у меня никого не было, фантазия пытается завернуть целый сюжет с использованием этих изображений. Но я упорно думаю об Англии, тюрьме, соседке, самолётах.

О чем угодно, кроме Петрова. И плавно засыпаю.

Просыпаюсь чуть раньше будильника. На твердом диване тело затекло, но все же я выспалась. Тянусь к телефону, проверяю новости и сообщения.

В нашей девчачьей болталке суета.

Пока я спала, подруги решили сегодня вечером пойти в ресторан. Меня поставили перед фактом, как опоздавшую на обсуждение.

Но я и не собиралась отказываться - всё-таки мы полгода не виделись!

Пишу свой положительный ответ.

От Петрова ещё два сообщения. Открываю переписку. А они удалены. Ещё раз мельком гляжу на невероятный торс и встаю. Вот жрет же всякую фигню, а выглядит, будто одну куриную грудку с овощами!

Да и вообще, для мажора ведёт себя как-то не типично. Немножко не складывается образ в голове. Вот образ распиздяя - отлично складывается!

За раздумьями пью кофе, собираюсь и, вызвав такси, еду в большой мебельный магазин. Покупаю там себе небольшой рабочий стол, кресло, набор отверток. Дополнительно нахожу отдел с текстилем и беру две подушки с одеялом, пушистый небольшой ковер и такой же пушистый плед в тон.

Потому что Максу, похоже, все равно, что у него не заправлена кровать, а я, опять же, не выношу свинарник.

На огромной тележке все вывожу на улицу, вызываю такси и за тройной тариф уламываю водителя все мое добро запихнуть в салон.

Возвращаюсь домой уже ближе к обеду. Заношу сначала лёгкие покупки, потом коробку с креслом, потом, ругаясь сквозь зубы, затаскиваю коробку со столом.

Судя по тишине в квартире, Петров всё ещё спит.

Налив себе кружку кофе, приступаю к делу. С креслом проблем вообще не возникает. Быстро собираю его и отставляю в сторону.

Со столом справляться труднее - он хоть и небольшой, но довольно тяжёлый и, пока я его пытаюсь собрать, детали разъезжаются и, кажется, вот-вот сломаются.

Но постепенно мое упорство даёт плоды. Конструкция становится жёстче. Пытаюсь прикрутить полку между боковин, ругая технологов, которые не могут добавить в детали пару отверстий. Из-за отсутствия дырочек под шурупы отвёртка срывается и чуть не втыкается мне в руку.

Слышу шорох, в дверях показывается сонный Макс. Он хмурится, глядя на меня, потом молча уходит в кухню.

Мог бы и помощь предложить, между прочим! Я бы все равно отказалась!

Спустя минуту он возвращается с чашкой кофе, садится на диван и все так же молча смотрит на мою возню.

- Давай я, - наконец выдает Петров.

- Спасибо, я уже почти собрала.

- Дань, ты не так собрала, - немного помолчав, снова говорит он.

- Нормально я собрала! - зло шикаю в ответ.

Петров пожимает плечами, встаёт и уходит в спальню.

Я сижу на полу, уставшая и злая. Ещё нужно поднять эту тяжесть.

Встаю, кое-как поднимаю стол, смотрю на него и понимаю, что что-то, действительно, не так.

Глава 16. Макс

Покурив на балконе, возвращаюсь в зал. Заглядываю, вижу стол, который, конечно же, стоит под наклоном, потому что Даня перепутала боковину и столешницу местами. Самой девчонки не вижу.

Подхожу, озираюсь в поисках отвёртки. Слышу откуда-то сзади всхлип и подпрыгиваю от неожиданности, резко разворачиваюсь.

Даня сидит под столом, уронив голову на коленки и тихо ноет с отвёрткой в руках. Она такая маленькая, что я даже её не заметил.

От моего шороха она тоже испуганно вскидывает голову и бьётся затылком о стол, начинает рыдать в голос.

Я присаживаюсь рядом на корточки, смотрю на это хмуро. Что с ней делать-то?

- Да не ной ты, сейчас все исправим. - бурчу, забирая у нее отвёртку из рук. - Почему не разбудила меня? Как ты донесла это все?

Даня пытается вытереть слезы, но они бегут по новой.

- Ну, блять, Дань! - термушу ее по волосам. - Хватит из-за фигни рыдать.

- Я… я… - всхлипывает она, не в силах больше ничего выговорить и показывает мне руку.

Смотрю и вижу, как по ладони бежит струйка крови.

- Да блин! - вытягиваю Даню из-под стола, ставлю на ноги, веду на кухню.

Промываю ей под струей воды рану. Небольшая, но глубокая. Где-то в полках должны быть перекись и бинт.

Выгребаю все нещадно, а когда нахожу и оборачиваюсь, вижу, как бледная Даня медленно сползает по стене, медитируя на ладонь.

- Ты не девочка, ты - катастрофа какая-то, - подхватываю ее на руки, несу в спальню.

Даня вырубается у меня на руках, но тут же приходит в себя, когда кладу ее на кровать. Смотрит, как я обрабатываю ладонь, морщит нос, когда я туго заматываю бинт.

- Сп-пасибо, - выдыхает, всхлипывая.

- П-пожалуйста, - передразниваю ее и встаю. - Полежи.

Раскручиваю почти весь стол, собираю заново так, чтобы скрыть следы дырок, наделанных Даней. Справляюсь минут за десять. Заглядываю в комнату.

Даня спит, то и дело судорожно вздыхая. Бледная, растрепанная, но все равно в животе крутить начинает почему-то.

Подхожу ближе, сажусь на пол возле кровати и бессовестно разглядываю ее лицо, грудь, кожу на оголившемся животе.

Такая она сейчас беззащитная. Хрупкая. Пробуждает желание ее защитить, помочь.

А ещё овладеть. Навалиться сверху на сонную, подавить любое сопротивление и взять без разрешения все, что захочется.

А хочется… много чего. Закрываю глаза, вздыхая.

Блин, как специально сейчас мне попалась, когда мы только-только с очередной подругой разбежались.

Я даже вчера от безысходности ей позвонил, чтобы пофлиртовать по телефону и разрядиться, потому что глазами уже сожрал Даню всю.

Воздержание, мать его!

И ведь реально больше брюнетки нравятся, но она - какое-то неправильное исключение. Потому что бесит периодически. С первого дня. И какого-то хрена хочу ее в эти моменты ещё больше.

Прикусить за острый язык, засосать так, чтобы вдохнуть не могла.

- Петров, - открываю глаза, чувствуя прикосновение к плечу, и вздрагиваю. Током прошибает.

- Ай, - Даня тоже отдергивает руку. - Ты чего здесь сидишь?

- Караулю, чтобы ты не откинулась, - бросаю грубо и поднимаюсь на ноги. - Куда стол ставить?

- В угол, - показывает она пальцем. - Давай помогу.

- Да нет, спасибо. А то ещё чего-нибудь себе травмируешь.

- Ты чего такой злой? - вздыхает Даня.

- Да потому что бесишь, Дань! Говоришь, что девочка, а ведёшь себя, как мужик с яйцами! Впадлу было меня разбудить?!

- Да хватит орать! - она повышает голос, встаёт с кровати. - Ты голову разбил сильно.

- Но руки и ноги целы! Или я на инвалида похож?! - рычу снова и сам не понимаю, почему не могу прекратить.

Машу рукой, ухожу от греха подальше. Поднимаю стол и молча заношу в комнату.

- Так? - ставлю возле стены.

Даня кивает.

Ухожу, приношу стул и ковер.

- Давай ковер в зале постелим? - предлагает она. - Тут места осталось мало.

Я безропотно тащу ковер обратно, под пристальным взглядом Дани разворачиваю и ловлю себя на мысли, что мы сейчас ведем себя как семейная пара.

- Тебе нравится? - добивает меня она.

- Эмм, - я нехотя отвожу взгляд от нее и смотрю на ковер. - Ну да. Трахаться на нем прикольно, наверное.

- Петров! - шипит Даня. - Только попробуй! Тогда ты на нем спать будешь!