После падения (ЛП) - Секстон Мари - Страница 37

Я прервал поцелуй и встретился с ним взглядом.

- А как насчет Аризоны? – спросил я. - Работа… этой зимой...

- Это не кровью написано. - Он погладил меня по щеке. - Мой дядя поймет, если я решу остаться.

- А ты хочешь остаться?

На его губах медленно появилась улыбка, когда он провел подушечкой большого пальца по моей скуле взад и вперед.

- Разве это не очевидно?

Я нервно рассмеялся.

- Ты можешь объяснить мне? Скажи, как глупцу.

Улыбка превратилась в оскал. Райан притянул меня к себе и поцеловал.

Помолчав, он сказал:

- Это довольно забавно. Я всегда воспринимал Такер Спрингс как очередную остановку на пути. Я бы провел здесь несколько месяцев, а может, год или два, а потом двинулся бы дальше. - Он взял мою руку в свои. - Но с тех пор, как я встретил тебя, у меня было такое чувство, что если я когда-нибудь уеду отсюда, то рано или поздно найду дорогу обратно.

- Я был бы совершенно счастлив, если бы ты никогда не уезжал.

Райан снова улыбнулся.

- Я думаю, я мог бы.

Я потянулся и обхватил его шею обеими руками, а когда он снова наклонился, я прижался губами к его губам. Знакомое прикосновение его эспаньолки к моему лицу что-то успокоило во мне, как будто я нуждался в последней капле уверенности в том, что все это мне не привиделось.

Поцелуй стал более страстным. Рука Райана скользнула мне на затылок, и он сжал ее крепче, а его поцелуй стал более настойчивым и требовательным. Без гипса, который мог бы помешать нам, мы крепко обнимали друг друга, разделенные только одеждой и теплом тел.

- Мне нужно принять душ, - сказал он через некоторое время. - Не хочешь присоединиться ко мне?

Облегчение смешалось с возбуждением.

- Да. Определенно хочу.

Глава 17

МЫ никогда не были так близки друг другу. Голые, без одежды, без гипса, без ледяного расстояния, разделяющего нас. Горячая вода лилась на нас, но не разделяла, и впервые я прикоснулся к нему - к его лицу, груди, потрясающей заднице - обеими руками, а не только одной.

На этот раз его поцелуй был жадным и требовательным, настолько сильным, насколько это вообще возможно, его пальцы впились мне в затылок, когда он заставил мои губы раскрыться.

В какой-то момент мы оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, и я прошептал:

- Я скучал по тебе.

- Я тоже скучал по тебе. - Райан прикоснулся своим лбом к моему и притянул меня ближе к себе. - Я был зол, но я... Боже, я скучал по тебе.

- Прости.

- Ты здесь. - Он снова поцеловал меня. - Это все, что меня волнует.

Он обхватил мою щеку ладонью, и мы просто смотрели друг другу в глаза. Волосы потемнели от стекающей воды, одна капля скатилась по краю эспаньолки. Затем он привлек меня к себе, и мы слились в очередном поцелуе, прижавшись телами друг к другу под струями падающей воды.

Он использовал вес своего тела, чтобы прижать меня к стене, которая поддерживала меня, когда он наклонил голову и поцеловал меня в шею. Его твердый член прижался к моему. У меня задрожали колени. Оба. Свободные от гипса, они грозили выскользнуть прямо из-под меня, когда мы целовались и прижимались друг к другу.

Я толкнул его в ответ, положив руку ему на грудь.

- Что...

- Я целую вечность ждал, чтобы сделать это, - сказал я и осторожно опустился на колени. Несколько раз мне удавалось отсосать у него, но всегда было трудно встать, потому что я не мог стоять на коленях. И это, и то, что я использовал только одну руку.

Сейчас? Обеими руками. Наконец-то я мог пользоваться обеими руками. Я гладил его обеими руками, слегка поворачивая одну, пока дразнил головку его члена губами и языком.

Он схватил меня за волосы, провел по ним пальцами, снова схватил.

- О, боже мой, - простонал он. - Не заставляй меня кончать. Пожалуйста.

- Я хочу.

- Знаю. - Он погладил меня по волосам дрожащей рукой. - Но я хочу трахнуть тебя.

- Трахнешь. - Я обвел головку его члена своим языком. - У нас впереди вся ночь.

- Но я... я... - Он издал беспомощный стон, когда я медленно взял его в рот. - О Боже... - Райан захныкал. Его рука ударила по кафельной стене с такой силой, что я вздрогнул, и я почти не был готов, когда первая струя спермы попала мне на язык. Тем не менее, я поймал все это и проглотил, не подавившись.

Он оперся рукой о стену, а другую положил мне на плечи.

- Святые угодники... черт...

Я оттолкнул его руку и встал, и он практически прижался ко мне, когда я обнял его за талию и поцеловал. Хотя его тело было вялым и дрожащим, его губы были смелыми и требовательными, и он ответил на поцелуй, затаив дыхание, отчаянно, как всегда после того, как я делал ему минет.

- Просто подожди, - невнятно бормотал он между поцелуями. - Как только я приду в себя...

- Не могу дождаться. Боже, я так сильно хочу тебя.

Райан поцеловал меня, но поцелуй закончился так же быстро, как и начался, и он потянулся мимо меня. Шум воды прекратился, и во внезапно наступившей тишине его тихий голос, казалось, эхом отразился от кафеля:

- Спальня.

Впервые не было ни гипса, ни костылей, которые мешали бы нам, и наши руки были нужны только для того, чтобы цепляться друг за друга, касаться друг друга, тащить друг друга к кровати. Все еще мокрые, и нам было абсолютно наплевать на это, мы вместе упали на матрас.

Я забрался сверху и прижал его руки к себе, и мы целовались так жадно, что это граничило с насилием. Поцелуи вышли из-под контроля. Прикосновения были отчаянными, мы оба практически вцепились друг в друга поверх простыней.

И ему не потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Где-то в середине наших пыхтений, ласк и поцелуев он просунул мою руку между нами, и мы оба ахнули, когда он сомкнул мои пальцы вокруг своего твердеющего члена.

Он погладил меня. Я погладил его. Наши бедра двигались вместе, наши губы двигались в унисон, и даже наше дыхание стало синхронным.

- Ложись на спину, - прорычал он, наклоняясь за презервативом. - Чтобы я мог тебя трахнуть.

О Боже, мне нравилась эта его агрессивная, требовательная сторона.

В кои-то веки все, что мне было нужно, это одна-единственная подушка под бедра, а не целые горы, которые удерживали бы мою ногу на месте. Снова комфортный секс. Слава Богу.

Райан провел языком по губам, натягивая презерватив. Как только он надел его и смазал немалым количеством смазки, я раздвинул для него ноги, и он вошел в меня. Я был так чертовски возбужден, что это причиняло боль, я был так возбужден, что едва могла это выносить, и когда он прижался ко мне своим твердым, как камень, членом, я подумал, что вот-вот разобьюсь вдребезги, потому что пиздец, как сильно нуждался в нем.

Райан закрыл глаза и прикусил губу, прижимаясь ко мне. Моя спина выгнулась под нами. Я вцепился в его руки, отчаянно желая за что-нибудь ухватиться, пока он медленно входил в меня все глубже. Он сделал несколько медленных, осторожных движений, но как только смог двигаться свободно, не боясь причинить мне боль, ускорился. Я раздвинул ноги шире, позволяя ему проникнуть глубже, и стало охуенно приятно.

Тихо всхлипнув, Райан наклонился и просунул руки мне под спину, он прижался ко мне, и я почувствовал его. Всего его. Не только его член был глубоко во мне, но и он сам. Между нами ничего не было, ничего, что мешало бы мне внутренней стороной бедра коснуться его бедра или обеими руками провести по его волосам.

Я задвигал бедрами, и Райан вздрогнул, когда его ритм почти сбился. Потом он пришел в себя, и мы задвигались вместе, и он вошел так глубоко, что это должно было быть больно, но, Боже, это было потрясающе. Я снова застонал, и он, должно быть, подумал, что я вот-вот расплачусь. Наверное, так оно и было. Черт бы меня побрал, если бы я знал. Все, что я знал, это то, как хорошо ему было, как я был близок к тому, чтобы кончить, как сильно я хотел, чтобы это длилось, и длилось, и длилось, и в то же время не думал, что переживу еще секунду, если не кончу.