Цинния - Кренц Джейн Энн - Страница 55

— Добрый вечер, Николас.

Только один человек на всем белом свете называл его Николасом. Ник напрягся и повернулся, чтобы посмотреть на стоящую за его спиной жену Оррина, Эллу.

— Привет, тетя Элла.

Он знал, что приветствие не обрадует ее. Как и ее муж, Элла не любила, когда ей напоминали о его кровном родстве с семьей. Она была маленькой худощавой женщиной, некогда прекрасные черты которой с годами стали заостренными и сухими. Ник был почти уверен, что ее прищуренный взгляд был результатом постоянной неудовлетворенности, которая разъедала ее изнутри. Исследования истории семейства Частин дали Нику следующую информацию: тридцать пять лет назад Элла питала надежды выйти замуж за Бартоломью Частина. А когда Бартоломью уехал на Западные Острова, не проявляя никакой заинтересованности ни в браке, ни в семейном бизнесе, она обратила свое внимание на Оррина. Ник подозревал, что именно искусная политика Эллы привела Оррина к посту президента «Частин Инкорпорейтед» после исчезновения Бартоломью. Элла получила то, что хотела, но насколько Ник мог судить, никогда не была особенно счастлива.

— Я была удивлена, когда Оррин сказал мне, что ты будешь здесь сегодня вечером, — решительно атаковала Элла. — Я и не представляла, что ты принят в «Клуб Основателей».

— Я могу понять всю глубину вашего потрясения. — Ник взболтал шампанское в бокале. — Падение стандартов в наши дни просто ужасно, не правда ли?

— Полагаю, ты находишь это забавным.

— Не совсем.

Элла неодобрительно посмотрела на Циннию, которая все еще была в центре танцевального зала с Дунканом.

— Если ты планируешь войти в это общество, то было бы неплохо быть немного разборчивее в выборе спутницы. У мисс Спринг имеется определенная репутация.

Ник наклонился настолько быстро, что Элла открыла рот от удивления и отступила на шаг. Он понизил голос до шепота:

— Я так и поступаю. Между прочим, я известен тем, что не допускаю оскорбления женщин, которые удостоили меня своим обществом.

Элла моргнула, но затем быстро пришла в себя:

— Не смей угрожать мне, Николас.

— Я полагаю, вам что-то нужно от меня, иначе вы бы не подошли поговорить со мной на виду всех ваших высокопоставленных друзей.

— Не надо сарказма. Я хочу поговорить с тобой о семейных делах.

— Я думал, что вы не причисляете меня к членам семьи.

И без того резкие черты лица Эллы заострились еще сильнее.

— Нет никакого сомнения, что ты сын Бартоломью. Все это видят. Ты его живая копия. Поэтому я считаю, пришло время исполнить долг по отношению к семье.

— Только у Частина хватило бы нахальства сказать о том, что у меня есть долг по отношению к семье.

— Я уверена, что ты отлично знаешь, что у «Частин Инкорпорейтед» финансовые затруднения.

— Да. — Ник улыбнулся.

Взгляд Эллы выражал непреклонную решимость.

— Я не буду ходить вокруг да около. Переговоры Оррина с мистером Латтрелом ничего не принесли.

— Вы имеете в виду, что Латтрел отказался влить наличные в «Частин Инкорпорейтед»?

— Очень недальновидно для него, но для тебя это хороший шанс. К сегодняшнему вечеру Оррин исчерпал все возможности. Компания на грани разорения. Ты обязан залатать брешь в финансах. Ты единственный, у кого достаточно денег, чтобы спасти фирму.

Ник забыл о шампанском.

— Моя обязанность?

— Как сын Бартоломью Частина, ты обязан вложить деньги в семейный бизнес. Оррин сказал мне, что компании требуются наличные, и как можно быстрее, или мы окажемся банкротами. Я свяжусь с тобой через несколько дней, чтобы сказать, сколько денег требуется.

— Ты так смотришь, будто увидел, что Переход заново открывается. — Цинния насмешливо улыбнулась Нику, когда он потащил ее на танцевальную площадку. — Что-то не так?

— У меня состоялся удивительный разговор с тетей несколько минут назад. — Ник обнял ее и стал медленно кружить по залу. — Она сообщила мне, что я просто обязан вложить деньги в «Частин Инкорпорейтед».

— Семейная фирма?

— Моя ветвь семьи не получает от компании никакого дохода.

— Понятно. — Она была удивлена сдержанной страсти, прозвучавшей в этом простом заявлении.

— Чему ты улыбаешься?

— Так, ни ему.

— Да ладно. — Он посмотрел на нее с негодованием. — Ты думаешь, забавно, что моя тетя хочет, чтобы я вложил деньги в компанию?

— Нет. Я думаю, это означает, что остальные Частины в отчаянии. Мне знакомо это чувство.

— Пять кругов ада, что ты этим хочешь сказать?

— Если бы я оказалась на месте твоей тети, то поступила бы так же. К сожалению, когда «Спринг Индастриз» разорилась, ни у кого в семье не нашлось достаточно наличных, чтобы спасти компанию.

— Остальные Частины уверены, что я не член семьи. — Рука Ника на ее талии напряглась. — И я не думаю, что ты бы умоляла кого ни попадя. Даже ради спасения «Спринг Индастриз».

Цинния в удивлении подняла брови:

— Неужели твоя тетя тебя умоляла?

— Нет, не совсем. — Ник вздохнул. — Ты бы сказала, что она выдвинула определенные недвусмысленные требования.

— Я уверена, что ей потребовалось все ее мужество, чтобы подойти к тебе. Она, скорее всего, ожидала, что ты рассмеешься ей в лицо.

— Ты не знаешь мою тетушку Эллу. — Ник вел ее в кругу танцующих пар с небрежным изяществом. — Она, наверное, надеялась, что я вытащу чековую книжку прямо здесь и сейчас.

— А ты что сделал?

— Очень вежливо улыбнулся и направился сюда вырвать тебя из лап Латтрела.

— Очень вежливо улыбнулся? — Цинния нахмурилась. — Не поверю ни на секунду. Ты никогда не улыбаешься вежливо. Ник, я думаю, что ты должен тщательно обдумать сложившуюся ситуацию до того, как примешь какое-то опрометчивое решение.

— Даже не думай, — предупредил он мягко, — советовать мне, как вести дела с Частинами.

— Даже и не мечтала.

— Проклятье. — У него хватило такта выглядеть огорченным. — Я не хотел грубить тебе.

— Может, нам просто замолчать и танцевать?

— Хорошая идея. — Он медленно закружил ее в другую сторону.

Цинния вся отдалась музыке и приятным ощущениям, которые получала от танца со схематиком. Интуитивное чувство времени и расстояния Ника означало, что они никогда случайно не врежутся в другие пары, не будут поспешно и неуклюже менять направление движения танца. Когда Цинния смотрела сверху на передвижения по огромной площадке танцзала, они всегда казались бессистемными, но она знала, что Ник чувствовал скрытый узор. И в результате у них получалось гладкое изящное скольжение по паркету. Когда музыка закончилась, он, казалось, неохотно разомкнул руки. Он остановился сбоку от группы людей и перевел на нее значительный взгляд.

— Я думаю, что в течение вечера мы достаточно продемонстрировали свои отношения. Каждый здесь знает, что мы — пара. Пойдем домой.

Она почувствовала разрастающееся тепло в ответ на явное сексуальное желание, которое исходило от него.

— А ты знаешь, я всегда думала, что ты предпочитаешь действовать незаметно.

— Не знаю, откуда у тебя такие фантазии. — Он взял ее за руку и стал продвигаться к ближайшим из длинного ряда двустворчатых дверей, расположенных по одну сторону танцзала.

Цинния заметила, как несколько голов повернулось в их сторону, следя за их продвижением к фойе. Когда Ник привел ее на прием, она уловила несколько пристальных взглядов. Но как не странно, никто не сказал ничего осуждающего в пределах слышимости. В фойе образовалось несколько кружков по интересам. Один или два человека, которые были друзьями родителей Циннии, заметили ее и вежливо кивнули. Она могла разглядеть в их взглядах предположение, когда их внимание переключилось на Ника. Ник, казалось, не догадывался о том интересе, который они вызвали, пока пересеали фойе. Он подвел ее к гардеробу с холодным высокомерием.

— Подожди здесь. Я возьму твое пальто. — Он отпустил руку Циннии и пошел к гардеробщице.

Движение около лифта заставила Циннию повернуться и посмотреть, кто еще уставился на нее, и уперлась взглядом прямо в Рексфорда Итона. Они увиделись впервые с того дня, когда фотограф низкопробной газеты сделал компрометирующий снимок их двоих, выходящих из спальни. Увидев ее, Рексфорд явно был в замешательстве. Он стоял со своей женой, Бетани, и третьим членом их интимного трио, хорошо известной Дарией Гардинер.