"Современная зарубежная фантастика-1". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Кюнскен Дерек - Страница 151

– Не… очень довольна? – Ребен заерзал на кресле, пытаясь сохранить на своем лице улыбку.

Итейн пожал плечами.

– Это мягко сказано, если учесть, сколько серебра она потратила на тебя. Не говоря уже про всех этих призраков-солдат.

– Понимаю. – Ребен не стал убирать руки от лица, надеясь таким образом скрыть румянец. – Мне бы хотелось заверить ее высочество, что я прилагаю все усилия…

– Подозреваемые.

– Прошу прощения?

– Подозреваемые. Виновные. Нарушители закона. Злоумышленники. Они у тебя есть?

Ребен проклял свои дрожащие руки, когда они потянулись к свиткам, которые он разбросал по столу в одном из припадков гнева. Он собрал свитки, развернул их и прочел имена, собранные дознавателями – дознавателями, которых он высоко ценил и которых теперь безмолвно проклинал за то, что они не добились особых успехов – особенно дерзкую Хелес, которая требовала автономности, но не предоставила ничего, кроме подозрений.

– Господин по имени Фарасси недавно стал тором – якобы после того, как заключил выгодную сделку с неким пиратом с Разбросанных островов. Пендраго, человек из Скола, известный душекрад из… э-э… района Давар. Еще есть Беррикс Бледный, известный разбойник и душекрад из Куары. Некоторые из моих дознавателей даже предполагают, что в этом замешан Консорциум – группа торговцев, которая управляет шахтами в пустыне. Возможно, он решил побороться за власть.

Лицо Итейна не дрогнуло. Он просто выжидающе смотрел на Ребена. Камерарий схватил со стола еще несколько свитков.

– Э-э… У нас есть некий Астарти с Белого Берега. И Боран Темса. Из района Бес. Всего пару недель назад он из владельца таверны превратился в тора, хотя никто не понимает – как и почему. Он торговец душами, это очевидно – и, возможно, душекрад. Об этом сообщает дознаватель Хелес. Она – одна из моих лучших работников. Это все.

– Это все, – отозвался Итейн.

Это было утверждение, а не вопрос.

Призрак принял задумчивый вид и наклонился над столом, чтоб взглянуть на свитки. Ребен вжался в кресло, чувствуя, что утопает в высокой спинке, и постарался скрыть тот факт, что он кусает губы от страха.

Итейн хмыкнул.

– В общем, все это не сильно впечатляет.

Ребен махнул рукой в сторону свитков; его оскорбляла сама мысль о том, что его отчитывает слуга-тень, даже принадлежащий принцессе.

– Я делаю все, что могу!

Итейн поднял бровь и с сомнением посмотрел на Ребена.

– Позволь помочь тебе. Вот этот Боран Темса – тупик. Твой Хелес…

– Она – женщина.

– Твоя женщина по имени Хелес ошиблась.

– Она редко ошибается – если вообще ошибается.

Призрак покачал головой.

– Темса – дальний родственник рода Ренала. Дальний, дальний родич, но тем не менее Игла про него знает. Он торгует душами, но не крадет их. Забудь про него. Потрать свои ресурсы на что-то более полезное – например, на этого Астарти или на Беррикса.

– Я доверяю Хелес…

– А будущая императрица – нет, и, если честно, она недовольна отсутствием результатов, несмотря на то, что выдала тебе серебро и призраков. Удвой усилия и поймай эту дерзкую сволочь, пока она не набралась храбрости, чтобы напасть на тебя.

Ребен почувствовал, что его щеки залило холодом и что кровь утекает из них, словно вода в сточную канаву.

– Это ее приказ или твой, тень?

– Ее. Я передаю его дословно.

Подмигнув Ребену, Итейн постучал костяшками пальцами по столу и ушел.

Когда за призраком хлопнула дверь, камерарий обмяк, думая о том, какая ведьма или бельдам прокляла его в этот день. Он положил голову на ладони, и по его рукам потекли струйки пота.

Неспешно, широким шагом Итейн вышел из кабинета и почувствовал, как поток сухого воздуха обдувает его голубые пары, заставляя их завиваться вокруг швов костюма. «Почувствовал бы мой нос затхлые запахи папируса и чернил, ароматы бесконечных башен, сложенных из папок и исков?» – подумал Итейн.

По пути к выходу он прошел через один из сводчатых залов и наклонился, чтобы посмотреть на горы свитков. На самом нижнем уровне этого странного леса, освещенного редкими лучами солнца, писцы и прокторы усердно трудились, бегали от одной башни бумаг к другой, не переставая что-то писать. Почему-то ему было приятно, что в этой толпе нет ни одного сияющего голубого пятна. В залах Палаты полужизни не работали. Заниматься их делами доверяли только людям.

Итейн добрался до огромного крытого двора Палаты, где собрались одетые в черное татуированные прокторы, когда услышал слишком хорошо знакомый голос:

– Клянусь своей смертью, это же Итейн Талин.

Он остановился.

– Просвещенная сестра Лирия. И, полагаю, еще и сестра Яридин?

Итейн со вздохом повернулся и увидел, что у него за спиной стояли две тени. Они были в длинных одеждах с капюшонами, но не в алых, как обычно, а в ржаво-коричневых.

– Как вы вошли сюда?! – резким тоном спросил он. – Членам Культа Сеша запрещено появляться в центральных районах.

Лирия улыбнулась беззубым ртом.

– Похоже, что мы больше не интересуем ни гвардию, ни Палату Кодекса, ни даже новых солдат Сизин – ну, то есть пока в городе действует убийца.

Итейн скрестил руки на груди, стараясь не смотреть в сияющие глаза сестер. Он перевел взгляд на длинные очереди, которые сплетались в круто закрученные геометрические узоры между дверями и волноломом из слоновой кости и мрамора. За столами сидели люди, у которых, похоже, было только одно дело – с глубокомысленным видом качать головой.

Как сестрам удалось пройти сюда без очереди?

– Кто вас впустил? – спросил он.

– Уж ты-то должен знать, что в городе есть люди, которые нам сочувствуют, – ответила Лирия.

Итейн не стал даже думать об этом, чтобы окончательно не сойти с ума.

– Что вам вообще понадобилось в Палате? Хотите снова добиться благосклонности монарха? Пожалуй, прикажу проктору вытащить вас отсюда – просто чтобы полюбоваться на ваши лица.

– Но ты обещал, что будешь предан нам – в обмен на предоставленные сведения, – возразила Лирия.

Ее голос звучал приглушенно, словно чешуя, скользящая по песку.

– Ничего я не… – Итейн прикуси губу.

До сих пор. Спустя столько лет. Он вспомнил их разговор в тени зданий банков. Вспомнил сделку, которую он заключил, о которой он совсем забыл.

– Что вы здесь делаете?

Лирия обошла вокруг Итейна, разглядывая его так, словно собиралась на него залезть.

– У нас назначена встреча.

– Мы хотим предъявить иск, – вставила Яридин. – Этот хаос затронул и нас. Злодеи воспользовались хаосом, чтобы похитить нескольких наших свободных братьев.

– Какая жалость, – хохотнул Итейн. – Удивительно, что Культ Сеша не разобрался с этим делом самостоятельно.

– Церковь, – поправила его Яридин. – И перед властью Кодекса мы склоняемся так же низко, как и перед Сешем. Наступило новое время, Итейн. И мы, в отличие от тебя, меняемся вместе с ним.

– Неужели?

Лирия заговорила снова.

– Золотое перо никогда не было тебе к лицу, брат.

– А вот свобода очень тебе пойдет, – добавила Яридин, многозначительно подняв голубую бровь.

Итейн презрительно посмотрел на них.

– Но за это мне придется надеть ваши алые тряпки? – спросил он. – Это со мной уже было. Я предан – но не вам. Давайте попытайтесь это изменить. – Он похлопал по рукояти меча. – Свобода? Ха. Вы не торопитесь извлечь мою половину монеты из королевского хранилища.

Лирия погрозила ему пальцем.

– Хм… Увы, нас ждут дела. А тебя наверняка ждет Сизин.

– Наверняка она поглощена расследованием всех этих убийств, – снова вставила Яридин. – Доброго тебе дня.

Они направились к лабиринту коридоров, который уходил прочь от внутреннего дворика. Итейн смотрел им вслед, пока они не растворились в толпе. Именно в такие минуты он жалел о том, что у него нет слюны, которой можно украсить землю.