"Современная зарубежная фантастика-1". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Кюнскен Дерек - Страница 257

Лирия вывела нас в более широкий, чем остальные, коридор, который не заканчивался тупиком. Здесь грохот доносился не сверху, а снизу. Он усилился, когда мы подошли к железным ограждениям деревянного мостика, и превратился в глухой рев, когда мы выбрались из коридора на открытое пространство. Порыв ветра потревожил мои пары и заставил полы одежды хлопать, обвиваясь вокруг моих ног. Падавший сверху солнечный свет создавал завесы из кружащихся по спирали пылинок. Под нами раскинулось сияющее море из призраков и красной ткани. Каждый уровень глубокой ямы, которой фактически являлся собор, был набит битком. Толпы приверженцев культа текли, словно лиловые реки, по скатам, лестницам и мостикам, спускались на нижние уровни, подобно водопадам. Многие просто ждали и разговаривали, расхаживая взад-вперед. Другие стремительно бегали, выполняя какие-то поручения. Я перегнулся через ограждение, заглянул в эту бездну, и у меня закружилась голова.

– Императрица, добро пожаловать в Церковь Сеша, – сказала сестра Лирия. Ее голос был еле слышен за ревом толпы.

Нилит рассмеялась – начала негромко, а потом ее смех полетел по собору, эхом отражаясь от огромных балок.

– Пока мы сражались между собой, вы строили свою империю прямо у нас под носом. Келтро, ты был прав. Все мои усилия были напрасны.

– Напротив, императрица. Все это – ради мира. Все это – ради вас.

– Ложь.

– Как видно, Келтро не сообщил вам о наших намерениях.

Я сложил руки на груди.

– О нет, сообщил, – возразила Нилит. – Он сказал, что этот хаос во многом создали именно сторонники Сеша. Что вы собирались посадить на трон Сизин, а не меня.

Вздохнув, Лирия, как и Нилит, поставила руки на ограждение и, проследив за ее взглядом, посмотрела вниз, на толпы.

– Мы, Культ Сеша, не так уж отличаемся от вас. Хотя у нас разные методы, мы стремимся к одной и той же цели.

– И какая же у вас цель?

– Мир, справедливость и свобода для всех. Мы тоже считаем, что империя больна и что рабство – яд, которым она отравляет все вокруг. Императрица, мы понимаем, что система сломана, и что такие люди, как Темса, Хирана и, при всем уважении, ваша дочь хотят, чтобы она и дальше оставалась в таком состоянии. А мы, как и вы, мечтаем ее исцелить.

– Но вы поклоняетесь хаосу.

– Мы поклоняемся богу смерти, богу изменений. Хаос – всего лишь инструмент Сеша.

Лирия повернулась к императрице, и та посмотрела ей в глаза.

– Мы пытались – много лет назад, когда вы только-только прибыли в Арк и стали женой будущего императора Фаразара. Мы надеялись взрастить в Милизане идею о свободе, но ваш муж сорвал наши планы и изгнал нас. Двадцать лет мы смотрели на то, как империя угасает, и ждали своего шанса. Но мы мечтаем не о мести, а о переменах. Церковь Сеша торгует сведениями, и, собрав все имеющиеся у нас крупицы знаний, мы поняли, что империи нужен другой правитель. Изначально мы выбрали вас, императрица. Наши шпионы сообщили, что вы так и не стали аркийкой, как рассчитывал Фаразар, что вы выступаете против каждого параграфа кодекса и догмата. Мы собирались помочь вам взойти на трон, но после вашего исчезновения наши планы изменились. Мы, как и остальные жители города, полагали, что вам надоел ваш бездарный муж и вы бежали обратно в Красс. Мы знали, что ваша амбициозная дочь рано или поздно захочет вскрыть его убежище и что она мечтает прославиться. Мы предполагали – возможно, ошибочно – что ее амбиции можно обратить на пользу. Поэтому с помощью Итейна мы познакомили ее с единственным человеком в Араксе, который мог бы сравниться с ней по уровню притязаний – с боссом Бораном Темсой. Он обладал не только амбициями, но и средствами для достижения цели. Мы много лет наблюдали как за Темсой, так и за другими душекрадами – такими, как Беррикс Бледный и Астарти. Когда стало ясно, что Темса подает надежды и что скрытый в нем голод заставляет его лезть вверх по общественной лестнице Аракса, мы ввели в круг его приближенных Даниба. Мы назвали ему имена торов и тал, у которых были личные хранилища, а также показали Сизин, что при определенном уровне беспорядков она могла бы выманить Фаразара из убежища и стать спасительницей города. Она приняла наш совет близко к сердцу, и обстановка в городе приблизилась к точке кипения. Мы знали, что рано или поздно Сизин и Темса вступят в противоборство и из союзников станут соперниками. Такие люди, как они, не способны сотрудничать с другими. Мы надеялись сделать из Темсы злодея, а затем передать его Сизин, подарить ей козла отпущения, чтобы она смогла сыграть роль великого героя, о которой она так мечтала. Мы надеялись, что тем самым мы восстановим отношения между городом и Культом Сеша, которые разорвал Фаразар.

Лирия умолкла, и я вдруг понял, что киваю, обдумывая ее слова. Нилит тоже слушала, не возражая. Я почти слышал, как крутятся шестерни ее проницательного ума.

– Мы много лет тщательно строили планы, но не учли нескольких случайных факторов, – продолжила Лирия и выставила вперед три светящихся пальцев. – Мстительная бабка, про которую все думали, что она умерла или отправилась в изгнание. Лучший замочный мастер Дальних Краев, которого убили в первую же ночь его пребывания в Араксе…

Обе женщины посмотрели на меня, и я обнаружил, что пытаюсь втянуть живот.

– И вы, Нилит Райкхар. Жена, которая готова убить своего мужа и тащить его тело несколько сотен миль. – Лирия задумчиво вздохнула. – Вы упорно сражались, верно, императрица?

Нилит невольно согласилась – по крайней мере, если судить по ссутулившимся плечам и устало моргающим глазам.

– Но один вопрос остается без ответа: кто же взойдет на престол?

Настала напряженная пауза, которую нарушила Лирия.

– А кого бы выбрали? Бешеного душекрада, который жаждет власти и крови и все еще пытается доказать всем, что в молодости, много лет назад, он был прав? Безжалостную старую женщину, которую так поглотили мысли о мести, что доверие и преданность для нее – пустой звук? Дочь, которая из-за ненависти готова разрушить империю лишь для того, чтобы предстать перед всеми в роли спасительницы? Или женщину, которая дважды пересекла пустыню и сражалась, чтобы избавить от скверны город, который ей даже не родной?

Лично я знал, кого бы я выбрал. Я понял, почему эти сестры называли себя «просвещенными»: они отлично умели убеждать.

Нилит просто посмотрела на сестер – она то ли лишилась дара речи, то ли просто ждала ответа.

– Мы бы выбрали последнюю, – ответила Яридин, выходя из коридора и бросая взгляд вниз, на людскую массу. – Вы по праву убили Фаразара. Других претендентов на престол город не примет, особенно если учесть, что все они мертвы и порабощены. Мы поможем вам взойти на трон, и вы воплотите в жизнь все перемены, за которые вы боролись.

Значит, они все-таки подслушивали под дверью.

Лирия подошла ближе и заговорила заговорщическим тоном.

– Мы знаем, как вы собираетесь распорядиться властью, императрица. Вы хотите освободить призраков. Церковь Сеша уже много лет мечтает об этом, и мы с радостью встанем рядом с вами у Великого колодца Никса.

– Ты забываешь про это.

Нилит подняла левый кулак, стряхивая рукав халата и тряпки с руки; сапфировый свет залил железо и дерево балкона. Пальцами она оттянула в сторону обтрепанный воротник, и стало ясно, что голубые пары уже захватили бо́льшую часть кожи на груди. Они поднимались по шее, и ее смуглая кожа становилась пепельно-черной там, где жизнь превращалась в смерть.

– А вы забыли про это, – ответила Лирия и потянулась к другой руке Нилит – той, на которой был песок, кровь, обломанные ногти и все прочее. Нилит стряхнула с себя ладонь Просвещенной сестры, но поняла смысл ее слов. – У нас нет чудодейственного средства, но яд слазергаста пока что не одолел вас. Время еще есть.

– Полуживой человек лучше полумертвого? – раздраженно бросила Нилит.

Яридин кивнула.

– С точки зрения Города Множества Душ – да.

– Значит, я – последняя, кто остался из ваших кандидатов.