Стражи восемнадцати районов. Том 1 (СИ) - Крейн Антонина - Страница 51

– И я рад, что ты в добром здравии, – кивнул Рыбкин, садясь в глубокое кожаное кресло напротив главы банды. Я примостился во втором.

Сигил эдак по-злодейски сложил пальцы домиком и поинтересовался, является ли причиной нашего визит труп на Фурштатской улице.

– Как приятно иметь дело с умным собеседником! – шутливо похвалил его Рыбкин. – Сигил, кто убил того парнишку?

– Вот так тебе вынь да положь все карты, – лениво прищурился глава «Муладхары».

Он был похож на худого черного кота с гладкой шерстью. Из тех, что ненавидят людей, но все же решают стать чьим-то любимцем, потому что жить на улице и самим искать пропитание неохота. А так – глупые человечишки будут тебя в попу целовать, надо просто иногда позволять им себя гладить.

В общем-то, Сигил выглядел жутко лицемерным типом.

Они с Феликсом начали муторную словесную игру, сосредоточенную вокруг убийства. У меня даже голова закружилась. Ничего общего с недавним прямым и по-своему добродушным разговором с огненноволосым Кёджи.

Наконец главе «Муладхары» надоело ускользать от ответов, и он признал, что Феликс прав: убийца не был членом их банды.

– Но он – младший брат одного из моих подчинённых, – Сигил с притворной жалостью вздохнул. – У Дэна, старшего, оказался слишком длинный язык; он рассказал братишке о нашем традиционном способе казни, и тот решил наказать так своего врага. Конечно, это совершенно непростительно.

Феликс подался вперед.

– Этот мальчишка еще жив? Или ты уже убил его?

Я поперхнулся.

– Какое убил, что ты!.. – у Сигила был мягкий, «богатый» смех. – Это было бы скучно. Нет, он смирно сидит в подвале. И у него, кстати говоря, есть шанс выйти оттуда, ведь я, на самом деле, сердобольный человек. Просто работа у меня такая, сам понимаешь.

Как оказалось, мальчишка, застрелив своего врага в заброшенном бассейне, вскоре понял, какую глупость совершил. Он рассказал всё брату – Дэну. Тот пришел в ужас. Они бы спрятали труп, но его к тому моменту уже обнаружили. Тогда Дэн побежал каяться перед Сигилом – надеялся, что шеф простит их.

А тот предложил братьям сделку.

Пусть, сказал Сигил, старший заработает младшему право на жизнь.

Банда «Муладхара» издавна была знаменита своим бойцовским клубом, приносившем ей прибыль, и лучше всего всегда шли турниры на выбывание. «Сегодня как раз состоится турнир. Одержи в нём победу, и я закрою глаза на случившееся, – сказал Сигил Дэну. – Думаю, история о том, что один из участников сражается не просто за деньги и славу, а за жизнь брата, только увеличит нашу прибыль, не так ли?»

И поэтому сейчас Дэн из «Муладхары» был где-то там, за ареной, готовясь к очередному бою.

– А что ты думаешь насчет потенциальной войны с «Тигриной Головой»? – спросил Феликс.

Сигил отмахнулся от этого так легко, что мне даже стало как-то обидно за первую банду.

– Пусть приходят: мы раскатаем их в два счета, – отмахнулся босс «Муладхары». – Если одного раза им окажется недостаточно – вырежем всю свору под корень.

Рыбкин покачал головой:

– Сигил, твой способ ведения дел не перестает поражать меня. Но войны не будет, так как я должен забрать у тебя убийцу. Где, говоришь, находится тот подвал?

– Я не собираюсь отдавать тебе мальчишку. С чего бы это?

– С того, что преступник должен понести справедливое наказание. В отличие от моих коллег из Ордена, я знаю ваши порядки и понимаю, что мы можем договориться по-хорошему. Если делом займутся другие колдуны, ваш притон…

– …Будет разрушен? – ехидно перебил Сигил. – Вряд ли. Ты не представляешь, какую восхитительную партию оружия мне завезли на днях из Сиднея.

– Нет. Просто вы потеряете кучу денег, когда Орден тут всё прикроет и заморозит на время следствия.

Сигил раздраженно вздохнул. Кажется, эта перспектива ему не понравилась.

– Я всегда держу свое слово, ты же знаешь. Если я пообещал Дэну, что, выиграв, он получит свободу для брата, то так и будет. Хотя… - Сигил прищурился. – Слушай, вообще, ты прав. Для мальчонки полезнее будет не просто уйти безнаказанным, а как следует подумать над своим поведением. А это лучше всего делать в месте, специально отведенном для таких вещей – то есть, в тюрьме. Так что я поддерживаю идею о его аресте. Но обещание есть обещание. А значит, у нас с тобой есть только одно решение. – Сигил откинулся на спинку стула и довольно переплел руки на груди. – Хочешь получить убийцу? Выиграй в турнире сам.

Я расширил глаза.

Что?! Как смеет этот лощеный бандит предлагать такое?!

Но, к моему удивлению, Рыбкин только тяжело вздохнул, после чего проговорил:

– Окей, Сигил. Возможно, так действительно будет проще всего. Не весь же день с тобой лясы точить, а?

– Люблю иметь с тобой дело, – осклабился Сигил и, нажав кнопку на столе, вызвал каких-то девушек в коротких кожаных юбках, которым велел подготовить нового бойца.

– Фью, Истребитель, а ведь тебе там и драться почти не придется, – отметил Сигил чуть погодя, лениво рассматривая турнирную таблицу на своём планшете. – Уже идут четверть финалы, не могу же я просто вставить тебя в середину. А значит, придется создать под тебя специальный слот между финалом и гранд-финалом... Так что не забудь отметить у себя в блокнотике, а также четко, внятно и во всеуслышание проговорить в Ордене, насколько я был к тебе – и, значит, к ним – благосклонен.

Рыбкин только закатил глаза и фыркнул.

– Феликс, ты с ума сошел? Ты серьезно планируешь драться? – не удержался от вопроса я, когда суетящиеся вокруг Рыбкина девушки собрались уводить его в раздевалку.

Он ободряюще хлопнул по моему плечу.

– Поболей за меня как следует, Женя.

****

Оставшись в одиночестве, я совсем растерялся.

Я вернулся в амфитеатр. С каждой минутой, казалось, людей становится все больше. Большая часть турнирной таблицы уже была заполнена, и в каждом новом бою ставки возрастали. Толпа зрителей становилась все гуще.

Между рядов сновали официантки с подносами, полными закусок и напитков, которые можно было покупать и употреблять прямо на месте. Впрочем, некоторые приобретали бутылки исключительно с целью швырнуть их, улюлюкая, на арену. Стекло разбивалось о защитную сетку и рассыпалось градом. Таких хулиганов ударял охранник, но их это все равно не успокаивало.

Кое-как найдя свободное место, я сел и попытался осмыслить происходящее. На минуту мне пришла в голову идея: может, написать кому-то о том, что происходит? Спросить Клугге, окей ли всё происходящее? Но мне как-то не хотелось становится ябедой.

Пары бойцов одна за другой выходили на арену.

Все появлялись босыми и с пустыми руками – без какого-либо оружия, но в разной одежде. За несколько раундов, которые развернулись передо мной, я успел увидеть и офисного работника, который использовал свой галстук, чтобы придушить соперника, и кого-то вроде мясника в кожаном фартуке, и обтянутого кожей байкера.

Насколько я понял, в турнире могли участвовать все желающие. Нужно было только подписать бумагу с полным отказом от претензий в случае, если ты отсюда не выйдешь – или выйдешь покалеченным. Мне не нравилось смотреть на арену. Вместо этого я предпочитал нервничать и рассматривать зрителей, пытаясь понять, как они могут наслаждаться этим чудовищным видом крови и выбитых зубов.

Каждый раз, когда один из бойцов проигрывал и его утаскивали с ринга, туда выходил ведущий в ярком костюме и объявлял следующих участников.

Я вынырнул из своих мыслей, услышав, что в турнирной таблице произошли изменения.

– Та-да! Замечательная новость, дамы и господа: ведь у нас прямо сейчас появляется новый, дополнительный раунд: плюс-финал! – радостно заорал ведущий. - Встречайте нашего нового участника! Его зовут Феликс, и возможно, старожилы помнят его по прозвищу Истребитель Чудовищ!

Значительная часть зала неожиданно радостно взвыла, захлопала и заорала. «Ты вернулся!!!». «Наконец-то! Он же теперь взрослый, да? Я хочу от него детей!».