Алый бант в твоих волосах. Том 4 (СИ) - Седов Павел - Страница 12

А чуть позже мы оба уселись за стол и приступили к последней фазе — лепке самих мантов. Динка с точностью аптекаря отмеряла ложкой нужное количество фарша, выкладывала его на кругляш, а затем аккуратно заворачивала начинку в тесто.

— У тебя здо́рово получается! — похвалил я девушку. — Знаешь, если бы мы жили в средневековье, из тебя бы вышел первоклассный зельевар!

— С таким учителем иначе быть и не может! — ответила она мне комплиментом.

— Ты меня переоцениваешь!

— Неправда! Назови хотя бы одну вещь, которой ты меня учил и не смог научить.

— Э… Ладно. Мощный аргумент, — растерялся я.

— Уже придумываешь, чему ещё меня научить? — игриво продолжила поддразнивать Дина. — Чего покраснел? Подумал о чём-то пошлом?

— Я? Я… нет! Ничего я не думал! — поспешил оправдаться я, уверенный, что просто не мог покраснеть. Ведь я правда ни о чём таком не помышлял!

— Мм… Ну тогда имей в виду. Я быстро учусь! — ответила Динка так, словно её расстроило то, что я не собираюсь научить её ничему пошлому.

Наши взгляды встретились, и в голубых глазах девушки я увидел тех самых чертят, что иногда превращали её из милой колдуньи в соблазнительную ведьмочку.

Когда с мантами был покончено, я открыл сваренную сгущёнку, и мы взялись делать торт.

— У нас есть только коржи! Как из этого сделать нормальный торт? — удивлённо спросила синевласка.

— И сгущённое молоко! — радостно добавил я. — У нас есть сгущёнка! А ещё мы возьмём кусочек масла, — приговаривал я, доставая из холодильника и ящиков шкафа нужные ингредиенты. — Арахис, который мы с тобой обжарим, и… фрукты! Выбирай. Ананас или персик? — спросил я и поднял в руках две банки с консервированными фруктами.

Глядя в потолок, Динка наклонила голову набок, приложила указательный палец к губам, немного поразмыслила и решила:

— Ананас! Ананас пойдёт в торт!

— Хорошо. А если не секрет, почему ананас?

— Потому что я люблю персики больше!

— Так… И какая здесь связь? — чуть ли не смеясь, спросил я и закончил открывать банку с ананасами.

Дина молча схватила освободившуюся открывашку, ловко откупорила вторую банку и, достав пальцами скользкую половинку персика, быстро затолкала её себе в рот.

— Мм… Как вкусно! — едва прожевав, сказала она. Достала ещё одну половинку и поднесла её к моему рту. — Ну же, открывай! Капает!

— Надо угостить девчат! — предложил я и вынул из сушилки плоскую тарелку.

Выложил на неё несколько колечек ананаса и половинок персика. Разрезал их и отнёс девушкам на второй этаж. А когда я вернулся, Динка увидела меня и рассмеялась:

— Похоже, им понравилось! Иди сюда! Ты весь в помаде!

Она взяла бумажную салфетку, смочила её водой и принялась оттирать моё лицо и шею. А я-то не сразу понял, чего это девушки бросились целоваться! Видимо, решили устроить примерку перед праздничным ужином, а заодно проверить, сочетается ли цвет помады с их платьями.

Закончив, Дина чмокнула меня в щёку и тут же протёрла это место салфеткой, будто от поцелуя остались следы. А я взглянул на приоткрытые губы девушки, на которых не было никакой помады.

— Благодарю, — произнёс я и чмокнул Динку в ответ.

Пока она резала ананасы, я той же ложкой взбил до однородной массы сгущёнку и растопленное сливочное масло. Выложил на широкую дощечку нижний корж и хорошенько промазал его получившейся смесью. Положил сверху второй и повторил. А затем Дина начала выкладывать на него мелко порезанные фрукты.

— Эй! Не воруй! — прикрикнула она и едва не поймала меня за руку, когда я спёр с коржа вымазанный в сгущёнке десятый кусочек ананаса. — Не то мне придётся тебя наказать!

— Боюсь-боюсь! — смешно огрызнулся я и спёр с торта ещё одну ананасинку.

— Ну, Тём! — возмущённо крикнула Дина и нахмурилась.

— Злить ведьмочек, это опасно? Ладно, не буду.

Услышав мои слова, Динка улыбнулась и сморщила носик. А когда она закончила раскладывать фрукты, я положил сверху ещё один корж и стал промазывать его сгущённым молоком. Пока я это делал, синевласка взяла четвертинку ананасного колечка, ложкой нанесла на неё варёную сгущёнку и протянула к моему рту.

— Кажется, у меня сегодня кое-что слипнется! — жуя, сказал я.

И потерял уверенность в том, что фрукты в торте придутся по вкусу. Очень уж странное сочетание! Кофейные коржи, сгущёнка и ананас. Слишком сладко!

— А давай пропитаем последний корж лимонным соком?

— О! Интересная идея! Будет с кислинкой. Давай!

Всё равно терять нечего! Кондитер из меня так себе, а с лимоном, возможно, что-то и выйдет.

Динка отыскала в холодильнике целый лимон. Помыла его. Срезала кожуру. И пока я не начал промазывать верхний корж, выдавила на него сок из половинки фрукта.

Мы украсили верх торта кусочками персика и обсыпанными сахаром дольками лимона, а бока — дроблёным арахисом, который я предварительно обжарил на сковороде. На вид получилось очень даже вкусно.

— Это сделали мы! — радостно произнесла Дина, глядя на торт. — Мой первый торт в жизни, сделанный своими руками!

— Да! Мы сделали его сами! — довольно добавил я и приобнял девушку одной рукой.

В качестве ещё одного десерта мы по-быстрому приготовили желе из сиропа и оставшихся фруктов. Кому-то достанется с персиком, а кому-то с ананасом. Убрали желе застывать в холодильник. И теперь нам оставалось лишь сварить манты перед ужином.

Но сперва нужно украсить комнату. А ещё раньше сделать праздничные свечи! Дина распаковала пакет с гипсом, приготовила картонные коробочки, которые мы с ней обклеили изнутри скотчем. А потом начала лепить лебедя, пока я вырезал из цветной бумаги украшения.

Когда я нарезал кубиками купленные свечи для того, чтобы затем растопить их, Дина слепила сердце. Спустя полчаса лебедь застыл, и синевласка принялась мастерски подправлять его специальной палочкой, убирая последние огрехи.

— Сейчас будем с тобой делать форму. Готовь смесь! — командовала Динка.

В этот раз уже она обучала меня, а я ей помогал. Ещё через час у нас были готовы две формы: для свечи в виде сердца и лебедя. Я растопил воск. Мы перенюхали купленные ароматизаторы и остановились на смеси лаванды с сандаловым деревом. Добавили ароматизатор в горячий воск и разлили его по формам. Повторили всё несколько раз, и на выходе получились несколько красивых голубых и жёлтых свечей.

— Вау… Вышло даже лучше, чем я себе представлял! И лебедь такой статный!

— Ты мне льстишь! — начала скромничать Динка.

— Отнюдь! Ну что, идём украшать комнату?

❖ ❖ ❖

Не желая мешать нам, нарядные девушки собрались в кафе, чтобы вернуться прямиком к ужину. С любопытством разглядывая цветные кружки́, сердечки и прочие украшения из бумаги в моих руках, Катя, Саша и Лера покинули домик и опять оставили нас с Диной одних.

Свернувшись клубком, Снежок сладко спал на одной из кроватей. И даже не повёл ухом, пока я затаскивал с лоджии в комнату стол. Принеся с первого этажа стулья, я уставился на потолок, прикидывая, как буду подвешивать к нему украшения. По совету синевласки, я заранее продел в них ниточки, так что сейчас мне оставалось только влезть на крепкий деревянный стол и просто развесить всё в нужных местах.

— Устал? — спросила меня Дина и подошла ближе.

— Ну, есть немного. Зато он… вон, как дрыхнет! — сказал я и сам удивился, как обиженно прозвучали мои слова.

Синевласка рассмеялась. А потом взяла меня за руку и потянула к кровати. Подобрала плед. Присела на край матраца. Укрыла свои голые ноги этим пледом и поманила меня ладошкой.

— Давай, большой кот. Ложись и отдохни! Пять минут, — милым голосом предложила мне девушка и похлопала ладошками по своим бёдрам.

Да ладно⁈ На ручки⁈ Меня⁈

Не издав ни звука, я прилёг на кровать и положил голову Дине на колени.

— Кот, говоришь? Мяу?

— А-ха-ха! Всё! Закрывай глаза, а я расскажу тебе историю… Давным-давно в одной далёкой волшебной стране жил очень отважный кот. Высокого роста, обладавший недюжинной силой, он мог двигать лапами целые горы! Но его настоящая сила таилась не в лапах, а в сердце.