"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 406

– Баннеры. Дешевка. Музей не в состоянии потратиться даже на такую важную выставку.

– Для нас же это хорошо?

– Посмотрим, – осторожно ответил Куп.

Жизель вошла в здание первой и остановилась рядом с ничего не подозревающим охранником. Морти развернулся и отступил на несколько ярдов.

– Безопасность тут ни к черту. Отключи электричество и сигнализацию, и я попаду внутрь с палочками для еды и кредитной картой.

– Кстати, об отключении. Какой у них запасной генератор?

– Сейчас гляну. – Морти уставился на чертежи.

Они не столько пересекали вестибюль, сколько исполняли беззвучную самбу. Поскольку никто их не видел, то требовалось лишь вовремя убираться с дороги. К счастью, в такую рань народу было немного. Вот только все присутствующие уткнулись носами в музейные брошюры и не смотрели, куда идут, потому Купу со товарищи приходилось глядеть в оба. Куп больше всего беспокоился о докторе Лупински, но быстро понял, что в том нет необходимости. Док отплясывал на осьминожьих конечностях вокруг каждого встречного похлеще Джина Келли. Казалось, ему это даже в радость.

Куп вспомнил свою последнюю восемнадцатимесячную отсидку, благодарить за которую стоило Морти. К моменту освобождения он и сам был не прочь станцевать, но появился Мор-ти, и врезать ему оказалось не менее приятно.

До Хархуфа Лупински добрался первым. Комната была забита мумиями, драгоценностями, керамикой и погребальными сосудами, окружившими богато украшенный саркофаг. Куп замер в дверях.

– Что думаешь? – спросила Жизель.

– Если честно, я впечатлен. Красиво. Ну, типа того, не знаю… так таинственно.

– Ух ты. Чарли Купер запал на трехтысячелетнего мертвеца в исподнем.

– Веди себя хорошо, или я не украду для тебя снежный шар.

– Лжец. Ты всегда их крадешь. Это твоя фишка. В тайнике Аль Капоне ничего не нашли, а вот когда вскроют твой, там от пола до потолка будут сплошные снежные шары.

Куп шагнул к саркофагу Хархуфа, дабы проверить систему безопасности.

– Всему виной Лос-Анджелес. Когда там в последний раз выпадал снег на Рождество? На Рождество должен быть снег.

Жизель остановилась рядом:

– Какой же ты сентиментальный. Сентиментальный любитель хомячков и снеговиков.

Куп собрался было ответить, но к ним сквозь толпу пробрался Морти с чертежами музея в руке.

– Ты спрашивал про аварийный генератор?

– Ну и?

– Его не существует.

Куп вместе с ним уставился на схему:

– Уверен?

Морти ударил по ней тыльной стороной ладони:

– Не музей, а дыра.

– Да, ты прав. Нас будто провоцируют.

– Это оскорбление для воров. Наш гражданский долг вынести все подчистую, – объявил Морти.

– Согласен.

Жизель достала очередной гаджет – на сей раз нечто вроде крошечной спутниковой тарелки, установленной на покрытом медом куске ветчины.

– Что там с магическими ловушками и проклятиями? – спросил Куп.

Жизель покачала головой:

– Пусто. Морти прав. Предлагаю преподать им урок и вынести все.

Доктор Лупински так и стоял по другую сторону саркофага, заглядывая внутрь.

– Что скажете, док? Хотите, весь музей переедет в ваш офис?

Доктор распрямился и обвел зал кото-телевизионной головой. Кот чихнул.

– Не страшно. Что думаете об экспонатах? Стоит забрать все, чтоб неповадно было?

– В смысле? – немного нервно уточнил Куп.

– Но Хархуф-то в норме.

Доктор Лупински вновь повернулся к саркофагу.

– Не понимаю. Зачем музею выставлять кучу третьесортного дерьма? – удивился Морти.

– Тебя послушать, так тут все третьесортное. Вероятно, они хотели, чтобы тоскливая маленькая выставка не выглядела столь жалко, а музей казался более успешным, – сказала Жизель.

мелькнуло на экране доктора Лупински. Затем кот застыл. Экран на секунду погас, а когда вновь загорелся, кот пошатнулся и лег.

– В чем дело, док? – спросил Куп.

Куп повернулся к Морти:

– Ты запасные принес?

Тот стянул с плеча тяжелый рюкзак:

– Конечно. И поскольку я тащил их сюда, то ты понесешь обратно. Да? Все по справедливости.

– Без проблем, как скажешь. Только давай быстрее.

Морти повел доктора в пустой угол комнаты. Опасное это дело, пробираться сквозь толпу с тяжеленным металлическим осьминогом, шатающимся так, будто он перебрал моторного масла и водки.

Когда они остановились, Морти снял с телевизора крышку и начал вынимать старые батарейки. Он передал их Купу, а тот, в свою очередь, Жизель.

– Нас же по-прежнему не видно? – спросил Куп.

– Все в порядке. Главное, ничего не урони.

Едва она это произнесла, как Морти, вынувший еще пару батареек, попытался вручить их Купу, но уронил, и они покатились через зал. Громкий удар металла о мрамор привлек всеобщее внимание. К счастью, батарейки откатились от хозяев достаточно далеко, отскочили от саркофага и продолжили путь. Охранник с заспанными глазами поднял их и сунул в карман. Затем огляделся и снова принял сонный и скучающий вид.

Куп открыл пачку с новыми батарейками, и Морти, зачерпнув целую кучу, максимально быстро утрамбовал их в задний отсек телевизора и закрыл крышку.

Доктор Лупински вскочил на щупальца. Кот наяривал по экрану дикие круги.

Из динамиков донеслось безумное мяуканье.

«Благодарю. Так гораздо лучше».

– Рад помочь, – отозвался Морти. – Что скажете? Еще что-то будем смотреть?

– О ящике Вулрич не говорил. Ему нужна только мумия, – напомнил Куп. – Чем меньше работы, тем лучше.

Кот припал на передние лапы и задрал голову.

«Я могу сам его нести».

– Он не влезет в фургон.

Морти склонил голову:

– Ну не знаю. Если кое-что сдвинуть…

– Не влезет, – отрезал Куп.

– Ты прав, – распрямился Морти. – Очевидно, не влезет.

– Извините, док, мы как-нибудь сами. Вы тот еще умник, но мошенник ненастоящий. Понимаете?

– Идем отсюда, – проворчал Морти. – Это место навевает на меня уныние.

– И на меня, – согласился Куп.

Остальные поддержали, и группа пошагала на выход, вот только в вестибюле Куп отделился.

– Куп! – зашипела Жизель. – Я тебя больше не прикрываю.

– Я только куплю снежный шар.

– Купишь? Не украдешь?

Он замер и, оглядевшись, достал деньги:

– Тут слишком убого для кражи. Встретимся у фургона.

Куп потратил двадцать семь долларов на снежный шар с фигуркой мумии внутри, которая напоминала не столько Хархуфа, сколько обернутую туалетной бумагой курицу на вертеле. Настроение лишь ухудшилось. Он подумывал выбросить фиговину в мусорку, но вместо этого расплатился за нее, а на выходе спер пачку жвачки. Морти и Жизель были правы. Обчистить эту свалку – их гражданский долг. Это как с полетом на Луну: там не нашлось ни аборигенов, ни озер с лунной водой, зато страна воспрянула духом. Ограбить музей, который словно сам напрашивался, – именно то, в чем они нуждались. В приятной ночке, когда нарушаешь закон и знаешь, что никто и ничто тебе не помешает.