"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 428

Такси не двинулось с места.

– Ты в порядке, чувак? – спросил водитель.

– Да зашибись, – ответил Куп.

– Тебе врач не нужен?

– Нужен, но не тот.

Таксист наклонился ближе к окну.

– А какой?

– Тот, кто мог бы сделать пересадку тела. Перенести мой мозг в совершенно новое, неузнаваемое тело.

– Ого, – сказал таксист. – Я таких не знаю.

– У них в штате наверняка такие есть, но меня, вероятно, просто засунули бы внутрь приставки и присобачили бы любые конечности, которые оказались бы под рукой.

– Серьезно?

– Если бы тебе пришлось выбирать, ты бы предпочел щупальца или куриные ножки? Я вот больше за курицу. Они могут быстро бегать, а щупальца просто жуткие.

Водитель поскреб голову.

– Парень, ты реально псих.

– Спасибо. Так и напишу на своем надгробном камне.

– Я поехал, а ты будь аккуратнее. Не позволяй призракам подкрасться к тебе.

– А что такое? Ты видишь призраков?

Куп еще раз покрутился и остановился спиной к двери салона.

– Увидимся, вертунчик, – сказал таксист, вливаясь в солнечный и совершенно прозаичный поток машин на бульваре Сансет. Плоский свет Эл-Эй, смог и газетные баки, полные недоеденных бутербродов и листовок стриптиз-клубов, внезапно показались такими умиротворяющими. Куп развернулся и медленно открыл дверь салона.

Над головой звякнули колокольчики. От пелены благовоний, трав и сигаретного дыма заслезились глаза. Пахло так, словно кто-то сжег ведьму и попытался залить ее галлоном масла пачули.

– Минерва? – крикнул Куп в темную заднюю комнату.

– Привет, друг. Сейчас подойду, – отозвался веселый голос.

Куп запер входную дверь на засов и в окно проверил улицу на предмет появления покойных фараонов.

– Сейчас-сейчас, – снова раздался голос.

Куп обернулся и увидел прямо у себя перед носом пистолет «Магнум» сорок четвертого калибра. На другом конце пистолета была пожилая женщина в летящем платье времен семидесятых и куче шарфов. Она выглядела как Стиви Никс, вырезанный из сушеного яблока.

– Ладно, придурок! – крикнула она. – Вали отсюда. У тебя десять секунд, или в тебе появится больше дырок, чем у дельфина, пережившего групповуху.

Куп вскинул руки.

– Минерва, не стреляй. Это я, Куп.

Стиви Никс секунду это обдумал, надел свободной рукой очки, которые выудил из декольте, и прищурился.

– Куп, – сказала она тем же веселым голосом, что и раньше. – Сто лет тебя не видела.

– Как дела, Чарльз Бронсон? – спросил он, все еще не опуская руки.

Минерва убрала пистолет в карман.

– Не обращай внимания, – сказала она. – Просто держу его под рукой, чтобы стрелять в людей. Как поживаешь?

– Ты экстрасенс. Сама мне и скажи.

Он опустил руки. Она оглядела его с ног до головы.

– Мне для этого кристалл не нужен. Ты запер дверь, а колени у тебя дрожат, как у чихуахуа, который трахает снеговика. – Она покачала головой. – Ты же не просто проведать меня пришел?

– Боюсь, нет.

– Проходи, – велела Минерва.

Она порылась в карманах, пока не нашла сигарету и дешевую пластиковую зажигалку. Закурив, Минерва сказала:

– Прости за циничность, дорогой, но вряд ли у тебя в штанах деньжата завалялись?

– Денег нет, – ответил Куп. – Но у меня есть украшения. Блестяшки. Антиквариат.

Минерва одарила его злой полуулыбкой.

– Хочешь подогнать мне простака?

– Давай сначала поговорим.

– Ты всегда был хитрым малым.

Минерва провела его за занавеску в комнату, где вела сеансы. Она села на подушки и затянулась сигаретой. Купу помещение показалось каким-то наркоманским притоном.

– Где тебя холера носила все это время? – спросила она.

Куп все еще разглядывал комнату. Свечи. Цветастые шторы. Астрологические плакаты. Мягкие подушки и низкие стулья. Прямо милый маленький бункер, украшенный подростком хоббитом, ударившимся в хиппи.

– Работал там и сям. Прогорел. Присел в тюрьму.

Минерва кивнула.

– Проклятие нашего ремесла. Но теперь ты на свободе и вроде не голодаешь.

– Сошелся с Жизель. Мы снова вместе.

Минерва откинулась на подушки.

– Это после того, как она вырвала тебе сердце и сожгла его на площади? А ты отходчивый парень.

В хоббичьей норе было много теней, укромных уголков и трещин, но ничего, похожего на мумию. И все же Купу пришлось подавить желание оглянуться.

– Есть кое-что еще – и не держи на меня зла…

– Ну вот, самое важное, – осторожно сказала Минерва. – Выкладывай.

– Я теперь федерал.

Она побелела и потушила сигарету. Аккуратно сложив руки, она ласково заговорила с ним, словно старушка в кондитерской, пытающаяся заманить его в духовку.

– Да ладно, дорогой, если ты пришел разорить меня, как насчет того, чтобы дать старой Минерве преимущество? В память о прежних временах?

– Расслабься, – сказал он. – Я не из тех федералов.

Она скривилась.

– А из каких?

Куп наклонился над столом и сказал:

– Мы не выставляем банки или обычных богачей. Мы занимаемся сверхъестественным. Непослушные вампиры. Дурные призраки. Такого рода вещи.

– Ты охотник за привидениями?

– Я? Никогда. Слышала об ограблении музея пару дней назад? Вот из таких я федералов.

Минерва изогнула брови.

– Это был ты? Как интересно. Расскажи.

Он вспомнил мумию и усталого полицейского, жадно указывающего на него, как на последний эклер в баке для пончиков на заправке.

– В первый раз все прошло отлично. Но во второй раз полетело к чертям.

– Погоди. Ты вернулся на место первого ограбления? Это же дурная примета, идиот. Я полагаю, у тебя была веская причина.

Он вздохнул.

– Мы кое-что забыли.

– Что?

– Это. – Куп достал из кармана носовой платок и выложил на стол добычу с египетской выставки.

Ощущение, которое поднялось в груди Минервы, было не жадностью, а уверенностью в том, что если бы ее глаза сидели глубоко в голове, то схватили бы все, спалили к чертям это место и рванули на самолете куда подальше в рекордные сроки.

– Тише, мое сердце, – прошептала она.

– Офигенно, да? – спросил Куп.

– Можно?.. – сказала Минерва, указывая на сверкающее золото и драгоценности.

– Да пожалуйста. Все настоящее.

Она взяла несколько колец и небольшое ожерелье.

– Боже мой. Некоторые из этих безделушек практически вибрируют от силы.

– Серьезно? Кроме шуток, – попросил Куп.

– Нет, здесь есть что-то мощное. Но позволь спросить, зачем ты принес украшения сюда? Почему просто не сдал в ломбард?

– Куп, – позвала мумия у него в голове.

– У меня неприятности с магией, Минерва.

– У тебя? Да ладно. Это у меня магические проблемы. Мой духовный наставник просто бросил меня, точно паршивую подружку на выпускном вечере. – Она достала еще одну сигарету и закурила.

– У меня настоящие магические проблемы.

– Во что ты пытаешься меня втянуть? – осторожно спросила она.

– Проклятие, – ответил Куп. – Настоящее проклятое проклятие мумии Бориса Карлоффа.

Минерва отодвинула украшения обратно в сторону Купа.

– Рада была повидаться. Моя дверь всегда открыта, но почему бы тебе не убраться отсюда? Иди и спроси… Я не знаю… Профессора Муни.

Куп нахмурился.

– Я проверял. Муни на окружной ярмарке. Он читает мысли вместе со свиньей.

– Больше нет, – поправила Минерва. – Его выгнали за то, что он пил. Ему пришлось съесть своего партнера.

– Так почему ты меня к нему посылаешь?

Она пожала плечами.

– Решила, что вам обоим в целом незачем жить.

Куп толкнул к ней драгоценности.

– Минерва, мне нужна помощь.

– Не знаю. Эти древние египетские проклятия – сложная штука. Слышал о Престоне Кейси?

– Нет.

Она мечтательно улыбнулась.

– Он был шикарным парнем из «Метро-Голдвин-Майер». Разбил сердце местной девчонки, когда служил в легионе в Каире в 56-м году.

– Что с ним произошло?

– Знаешь о Семи язвах египетских?