"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 591

Мэри и Понтер прибыли в Йоркский университет. Скрыть Понтера от окружающих не было никакой возможности. Зимой на него можно бы было натянуть лыжную шапочку до самых бровей и надеть лыжные очки, но в этот осенний день в таком наряде он бы бросался в глаза так же, как и в своём натуральном виде. Кроме того – Мэри передёрнуло, – ей вовсе не хотелось видеть Понтера в чём-то, хоть отдалённо напоминающем балаклаву, и смешивать эти два образа у себя в голове.

Они припарковались на стоянке для гостей и пошли через кампус пешком.

– Мне здесь не нужна охрана? – спросил Понтер.

– В Канаде носить оружие запрещено, – ответила Мэри. – Не то чтобы никто его не носил, но… – Она пожала плечами. – Здесь многое не так, как в Америке. Последнее политическое убийство в Канаде было в 1970 году, и оно было связано с попыткой отделения Квебека[1177]. Я не думаю, что тебе стоит беспокоиться больше, чем любой другой канадской знаменитости. Я прочитала в «Стар», что в город приехали снимать фильм Джулия Робертс и Джордж Клуни. Поверь, они гораздо привлекательнее для зевак, чем ты или я.

– Отлично, – сказал Понтер. Они миновали приземистое здание «Йорк Лэйнс»[1178] и направились к…

Это было неизбежно. Мэри знала это с самого начала: по-другому от гостевой парковки не пройти. Они с Понтером приближались к месту, где смыкаются две бетонные подпорные стены, к месту, где…

Мэри протянула руку, нащупала массивную ладонь Понтера и переплела свои пальцы с его. Она ничего не сказала, даже не взглянула на стену; она смотрела прямо перед собой.

Понтер, однако, смотрел по сторонам. Мэри никогда не рассказывала ему, где конкретно произошло изнасилование, но она заметила, как он отмечает укромные места, разросшиеся деревья и расстояние до ближайшего фонарного столба. Если он и догадался, то ничего не сказал, и Мэри была благодарна за надёжную тяжесть его руки.

Они шли дальше. Солнце играло в прятки среди пышных белых облаков. Кампус кишел молодёжью: некоторые всё ещё в шортах, большинство в джинсах, редкие студенты-юристы – в костюмах и при галстуках.

– Этот гораздо больше, чем Лаврентийский, – сказал Понтер, вертя головой в разные стороны. Лаврентийский университет в городе Садбери, поблизости от которого он появился в этом мире, был местом, где Мэри выполнила анализ его ДНК, показавший, что перед ними действительно неандерталец.

– О да, – сказала она. – И это лишь один из двух – ну, в действительности трёх[1179] – университетов в Торонто. Если хочешь увидеть по-настоящему гигантский, я тебе как-нибудь покажу университет Торонто.

В то время как Понтер оглядывался по сторонам, люди оглядывались на него. Одна женщина поздоровалась с Мэри, как давняя подруга, хотя генетик не могла даже вспомнить её имени, и они сотни раз проходили мимо, не замечая друг друга. Однако теперь она воспользовалась возможностью рассмотреть неандертальца вблизи, пока пожимает Мэри руку.

Наконец они отвязались от неё и пошли дальше.

– Вот здание, в котором я работаю, – сказала Мэри, показывая на него. – Оно называется Фаркуарсон-билдинг.

Понтер продолжал с интересом оглядываться вокруг.

– Из всех мест, где я был в вашем мире, мне кажется, университетские кампусы приятнее всего. Здесь так просторно и много зелени.

Мэри задумалась.

– Здесь и правда неплохая жизнь, – согласилась она. – Во многих отношениях более цивилизованная, чем в реальном мире.

Они вошли в Фаркуарсон-билдинг и поднялись по лестнице на второй этаж. Войдя в коридор, Мэри заметила на дальнем его конце знакомую фигуру.

– Корнелиус! – позвала она.

Человек обернулся и прищурился – по-видимому, зрение у него было не такое острое, как у Мэри. Но через секунду он её узнал.

– Привет, Мэри! – крикнул он, направившись к ним.

– Не беспокойтесь. Я просто забежала в гости.

– Ты ему не нравишься? – тихо спросил Понтер.

– Не в этом дело, – усмехнулась Мэри. – Просто ему достались мои преподавательские часы на то время, что я работаю в «Синерджи Груп».

Когда Корнелиус подошёл ближе и разглядел, кто сопровождает Мэри, он так и вытаращился на Понтера, однако быстро опомнился.

– Доктор Боддет, – сказал он и слегка поклонился.

Мэри подумала, не сказать ли ему, что вот, мол, далеко не всех больших шишек величают профессорами, но потом решила промолчать; Корнелиус и так относится к этому слишком болезненно.

– Здравствуйте, – ответил Понтер.

– Понтер, это Корнелиус Раскин. – Как всегда в таких случаях, Мэри сделала неестественно длинную паузу между именем и фамилией, чтобы Понтер смог их различить. – Он доктор наук, наша высшая учёная степень, в области молекулярной биологии.

– Рад с вами познакомиться, профессор Раскин, – сказал Понтер.

Мэри не стала его поправлять – он так старался соблюдать все принятые у людей формальности, что, безусловно, заслуживал пятёрки по этому предмету. Но если Корнелиус и заметил оговорку, то не подал виду, всё ещё под впечатлением от неожиданной встречи.

– Спасибо, – сказал он. – Что вас сюда привело?

– Машина Мэре, – ответил Понтер.

– Мы возвращаемся в Садбери, – пояснила Мэри. – Дочь Понтера выходит замуж, и он должен присутствовать на церемонии.

– Поздравляю, – сказал Корнелиус.

– Вы не видели Дарию Клейн? – спросила Мэри. – Или Грэма Смайта?

– Смайта я сегодня не видел, – ответил Корнелиус, – а Дария в вашей старой лаборатории.

– А Кейсер?

– Должно быть, у себя в кабинете. Хотя я не уверен.

– О'кей, – сказала Мэри. – Ладно, я хотела забрать пару вещей. Ещё увидимся.

– Будьте здоровы, – сказал Корнелиус. – До свидания, доктор Боддет.

– Здравого дня, – ответил Понтер и пошёл вслед за Мэри. Они подошли к двери, и Мэри постучала.

– Кто там? – послышался женский голос из-за двери.

Мэри заглянула внутрь.

– Мэри! – изумлённо воскликнула женщина.

– Привет, Кейсер, – сказала Мэри, широко улыбаясь. Она распахнула дверь так, чтобы было видно Понтера. Карие глаза Кейсер стали круглыми.

– Профессор Кейсер Ремтулла, – сказала Мэри. – Познакомьтесь с моим другом Понтером Боддетом. – Она повернулась к Понтеру: – Кейсер возглавляет факультет генетики Йоркского университета.

– Потрясающе, – сказала Кейсер, пожимая Понтеру руку. – Просто потрясающе.

Мэри хотела было сказать: «Да, он такой», но решила оставить эту мысль при себе. Они поболтали с профессором несколько минут о факультетских новостях, а потом Кейсер засобиралась на занятия, и Мэри с Понтером двинулись дальше по коридору. Подойдя к двери с окном в ней, Мэри постучалась, и они вошли.

– Есть кто дома? – спросила Мэри у согнувшейся над столом женской фигуры, стоявшей спиной к ним.

Женщина обернулась.

– Профессор Воган! – радостно воскликнула она. – Как я рада вас видеть! И… Боже мой! Это?..

– Дария Клейн, это Понтер Боддет.

– Вау, – сказала Дария, а потом повторила, словно одного раза ей показалось недостаточно: – Вау!

– Дария работает над диссертацией, защитив которую она получит докторскую степень. Её специализация такая же, как и у меня, – извлечение ДНК из древних образцов.

Мэри поболтала несколько минут с Дарией, пока Понтер, который, будучи учёным, очень интересовался глексенскими технологиями, с любопытством оглядывал лабораторию. Наконец Мэри сказала:

– Ну ладно, нам пора двигаться. Я только хотела забрать несколько образцов, которые здесь оставляла.

Она пересекла помещение и подошла к холодильнику для хранения биологических образцов, отметив, что к карикатурам Сидни Харриса и Гэри Ларсена, которые она налепила на дверцу собственноручно, теперь добавились новые. Мэри открыла металлическую дверцу и ощутила ударивший в лицо морозный воздух.