"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 823

– Что?

Менно продолжал идти, скрипя утоптанным снегом под ботинками.

– Фоновый шум… – сказал он, осторожно следуя за идеей, словно она была кроликом, который удерёт, если его спугнуть. – В слуховой коре… – Его сердце забилось быстрее. – Наблюдаемый преимущественно у изучающих психологию.

– Ну, я всегда говорил, что студенты-психологи несколько странные.

– Тут дело в другом, – ответил Менно. – Психология привлекает определённый тип студентов: тех, которые пытаются разобраться в себе. Это, знаешь ли, дешевле, чем ходить к психотерапевту.

Новое облако замёрзшего выдоха:

– И что?

– А то, что они, очевидно, всё время о чём-то размышляют, что-то переживают, чему-то удивляются. – Он почувствовал, как приподнявшиеся брови сталкиваются с краем вязаной шапочки, и понизил голос, словно, если говорить тише, идея покажется менее безумной. – В фоновом режиме… Это не шум. – Он покачал головой. – Это… Господи! Это внутренний монолог – поток сознания! Это постоянный фон нормальной жизни, все те вещи, о которых ты думаешь про себя:

Интересно, что на обед? Вот те на, сегодня что, четверг? Надо не забыть заехать в магазин по пути домой. Эти мысли – артикулированные мысли – тоже состоят из фонем. Они никогда не произносятся даже шёпотом, даже одними губами. Но это всё равно слова, состоящие из фонем. Так что вопрос не в том…

– Вопрос не в том, – подхватил Доминик, неожиданно останавливаясь под голыми древесными ветвями, – почему у некоторых людей есть фоновый шум в слуховой коре. Вопрос в том, почему у большинства людей его нет.

Наши дни

Я вошёл в лекционный зал в очень удачно названном Тайер-Билдинг[1376]; ряды первокурсников поднимаются передо мной почти к потолку. Некоторые выглядят как огурчики даже сейчас, в этот ступорный утренний час, но у большинства на лицах до сих пор следы безуспешных попыток проснуться. Тим Хортонс[1377] явно сделал сегодня утром отличный гешефт: у половины студентов на откидных столах его красные картонные стаканы с кофе.

Я засунул руки в карманы своих чёрных джинсов и прошёл к кафедре.

– Итак, дамы и господа, начнём с шутки. Остановите меня, если вы её уже слышали. – Я улыбнулся и дождался, пока всё их внимание сконцентрируется на мне – по крайней мере внимание тех, кто обычно его проявляет. – Такой вопрос: почему дорога была перейдена утками?

Я продолжал улыбаться, но никто не смеялся. Через несколько секунд я заговорил снова:

– Тяжёлая публика, – эта реплика по крайней мере заслужила несколько смешков. – Кто предложит концовку?

Девица европейской внешности с длинными рыжими волосами в третьем ряду начала было говорить: «Чтобы попасть на…», но замолчала, по-видимому, сообразив, что этот ответ подходит к нормальной формулировке вопроса «Почему утки перешли дорогу», а в данном случае лишён смысла.

Я пробую снова:

– Кто-то ещё? Почему дорога была перейдена утками?

Азиатского вида парень в пятом ряду складывает руки на обтянутой футболкой «Виннипег Джетс»[1378] груди.

– На это невозможно дать ответ, профессор Марчук.

– Почему?

Тон его голоса указывает на то, что свой ответ он тщательно обдумал.

– Ну у нас ведь занятие не по английской словесности, – это тоже заработало несколько смешков, – однако ваша шутка в пассивном залоге. В ней не происходит никакого намеренного действия, поэтому некому присвоить мотивацию типа «чтобы попасть на ту сторону».

– Именно! – сказал я обрадованно: я всегда радуюсь, когда занятие хорошо стартует. – И ты прав – мы тут не английским занимаемся, а психологией. Так что позвольте познакомить вас с одной из базовых психологических концепций, а именно с понятием агентивности – субъективного осознания того, что вы инициируете действия и сами их выполняете. А потом мы поговорим о том, почему, хотя мы все считаем себя обладающими агентивностью, вполне может быть, что это не так…

Я вернулся домой, принял душ, надел бордовую рубашку и чёрные слаксы и поехал на Форкс[1379]. По дороге я снова слушал «Си-би-си»; шёл выпуск новостей «Мир в шесть часов».

– …ошеломляющая новость о том, что лидер Новой Демократической партии принял решение не переизбираться на новый срок, – говорила Сьюзан Боннер. – Мы связались с политическим аналитиком Оттавы Хэйденом Тренхольмом. – Мистер Тренхольм, что вы можете сказать по поводу данного заявления?

Мужской голос с едва заметным приморским акцентом[1380]:

– НДП была лидером выборной кампании 2015 года, однако серьёзно споткнулась под руководством Тома Малкера, своего лидера на тот момент. И пришедший ему на смену также не сумел ничем удивить. Но если они найдут кого-нибудь, способного повести за собой людей с разных краёв политического спектра, новые демократы смогут получить немало интересных преимуществ. Конечно, они безуспешно занимаются поисками подобной личности с тех пор, как в 2011 году скончался Джек Лейтон…

Я припарковал машину и вышел на прохладный вечерний воздух. Я заказал для нас столик в «Сиднис», престижном ресторане, разместившемся в столетнем здании бывшего паровозного депо Трансканадской железной дороги. Кайла уже была там, когда я вошёл (мне начинала нравиться её пунктуальность), и – как это мило! – уже попросила официантку принести вегетарианское меню для меня. Нам достался большой стол у полукруглого окна с видом на слияние Ред-Ривер и Ассинибойн. На Кайле были переливающийся синий топ и серые брюки.

– Итак, – сказал я, когда мы сделали заказы, – за ланчем ты рассказывала о квантовой физике сознания.

Она отпила вина.

– Это так. Я работаю в паре с Викторией Чен. Как я уже говорила, она разработала систему, способную обнаруживать квантовую суперпозицию в нервной ткани.

– Я, конечно, не физик, но я как-то не думал, что квантовые эффекты вроде этого происходят в живых организмах.

– О, они определённо присутствуют в некоторых биологических системах. К примеру, мы с 2007 года знаем, что существует квантовая суперпозиция в хлорофилле. Энергетическая эффективность фотосинтеза – девяносто пять процентов, а это лучше, чем всё, что мы способны спроектировать. Растения достигают её, используя квантовую суперпозицию, чтобы испробовать сразу все возможные пути между светочувствительными молекулами и протеинами, являющимися центрами реакции, так что энергия всегда перекачивается по наиболее энергоэффективному маршруту; это пример биологических квантовых вычислений. Вики интересовало, как растениям удаётся это делать при комнатной температуре; мы вынуждены охлаждать наши квантовые компьютеры до температуры лишь на долю градуса выше абсолютного нуля, чтобы получить суперпозицию. Ну а я, как я упоминала за ланчем, давно интересовалась моделью Пенроуза-Хамероффа, которая утверждает, что именно квантовая суперпозиция в микротрубочках нейронной ткани порождает сознание. Так что я убедила Вики позволить мне испытать её методику на людях, чтобы посмотреть, действительно ли в человеческом мозгу присутствует квантовая суперпозиция.

– И?

– И представь себе, она там действительно есть. Не совсем то, что предлагали Хамерофф и Пенроуз, но это определённо открывает новое направление для исследований. – Она издала радостный вздох. – Подозреваю, что нам с Вики придётся поделиться нобелевкой с одним из них – одну нобелевку присуждают максимум троим, так что Стюарту и Роджеру придётся решить между собой, кто из них станет лауреатом.