"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 873

Кайла пришла в ужас:

– Ты в своём уме?

– Мы удвоим общее число мыслящих людей – с трёх миллиардов до шести.

– Удвоив число психопатов!

– Это да, но мы также удвоим и число «быстрых», с одного миллиарда до двух.

Кайла покачала головой не в силах поверить.

– Ты думаешь, что превращение большинства человечества в психопатов – это способ решения мировых проблем?

– Ну… да.

– При этом превратив тебя, меня и всех, кто сейчас «быстрый», в бездумных эф-зэ?

– Да, будут побочные эффекты, потому что последовательность состояний зациклена и…

– И это тебя нисколько не волнует? Что ты превратишься из… из философа в философского зомби?

– Утилитарист не ставит собственные интересы выше интересов других. И это приведёт к бо́льшему благу для…

– Чёрт возьми, Джим, ты не можешь сказать, что четыре миллиарда существующих сейчас эф-зэ несчастны: они попросту неспособны быть несчастными. Они в буквальном смысле не знают, что теряют.

– Но мы-то знаем, что они теряют, – и мы можем им это дать.

– Превратив их в психопатов?

Как я отмечал ранее, практически неслыханно, чтобы психопат когда-либо страдал от депрессии или накладывал на себя руки.

– Психопаты обычно счастливы. Они наслаждаются своей жизнью, – сказал я. И потом, явно нанося удар ниже пояса, добавил: – Помнишь?

Она втянула в себя воздух, но отрицать не стала.

– Твоё мнение… нетипично. Ты защищаешь психопатов. В буквальном смысле. В зале суда.

– Потому что они тоже люди, мыслящие существа.

– Да, и парочка этих мыслящих существ – одно в Вашингтоне, другое в Москве – близки к тому, чтобы взорвать мир к чертям собачьим.

– Да, но если, как я сказал, мы сдвинем всех, у Кэрроуэя и Путина – не говоря уж про губернатора Техаса Макчарльза – внезапно проснётся совесть, так же как в своё время у тебя; так же как у Тревиса. Возможно, сейчас Россия и Штаты на грани войны, но они не смогут переступить эту грань – они отступят. Мы спасём мир и при этом удвоим количество мыслящих существ. – Я убеждал её – и себя самого. – Это не суперэрогация: это не больше чем необходимо. Это необходимый минимум того, что мы должны сделать. Это моральный императив.

Кайла медленно качала головой.

– Нет, – сказала она. – Это не ответ.

Я скрестил руки на груди.

– У тебя есть идея получше?

Она посмотрела прямо на меня.

– Вообще-то есть, – ответила она.

Мы удалились в кабинет Кайлы рядом со столовой; уже было за полночь, мы оба были немного на взводе, так что казалось разумным, чтобы перед нами был компьютер.

– О’кей, – сказала Кайла, выводя на экран схему, которую мы изучали ранее, – это три квантовые когорты. В каждой из них вдвое меньше людей, чем в предыдущей: соотношение 4:2:1. Назовём когорты альфа, бета и гамма в порядке уменьшения их численности. Круглым счётом в альфе четыре миллиарда человек – сейчас все они эф-зэ; в бете два миллиарда квантовых психопатов, и в гамме один миллиард «быстрых».

– Так, – сказал я.

– И ты хочешь переместить их на одну ступень вверх, правильно? Четыре миллиарда человек из когорты альфа станут психопатами, два миллиарда из когорты бета станут «быстрыми», и один миллиард из когорты гамма – когорты, в которой родился ты и в которую сейчас вхожу я, – станут эф-зэ. – Она мышкой переместила объекты на экране так, чтобы отразить результат такого смещения.

– Именно. Наибольшее…

– Нет. Не наибольшее.

– Прости?

– Это не наибольшее благо для наибольшего числа людей – по крайней мере не с точки зрения нормального человека. Без обид.

– О’кей.

– Правильный ответ, – сказала Кайла – это не смещение всех на одну ступень, а смещение на две ступени. Передвинь всю когорту альфа – самую большую группу – из состояния Q1 в состояние Q3, дав им и сознание, и совесть. Ты получишь наибольшее возможное число «быстрых»: впервые за все времена бо́льшая часть человеческого рода начнёт наконец работать на всех парах.

– Бог ты мой, точно! И кроме того…

– Каждый совершает этот сдвиг синхронно, так ведь? Так что если когорта альфа сдвигается на две ступени, то же самое происходит и с бетой: все нынешние психопаты – Квинтон Кэрроуэй, Владимир Путин и прочие негодяи, разрушающие мир, в котором мы живём, – также сдвинутся на две ступени. Они станут Q3, а затем вернутся к началу, став Q1. Это их фактически деактивирует, превратив каждого квантового психопата в эф-зэ. – Она подняла руку. – Мы не можем вернуться во времени и убить Гитлера, но можем остановить каждого деспотичного правителя, каждого бессердечного банкира, каждого злого человека на этой планете.

Она помолчала, затем продолжила:

– Да, сколько-то психопатов останется. Но подумай: когорта гамма также сдвинется на две ступени, вернувшись к эф-зэшному состоянию Q1, а потом поднявшись до уровня Q2 – квантовой психопатии. Поскольку гамма – самая маленькая из когорт, то в конце концов мы получим наименьшее возможное количество психопатов.

Она сидела на крутящемся кресле, я – на обычном стуле. Однако я откинулся назад, поставив стул на задние ножки, и задумался. У меня не было никакого желания становиться квантовым психопатом, которым я бы стал, совершив два последовательных сдвига, однако да, план Кайлы действительно уменьшил бы количество психопатов вдвое, учетверив при этом количество «быстрых».

– И, – высказал я внезапно пришедшую в голову мысль, – как объяснял мне Намбутири, большинство Q2 и Q3 индексируют свою память словесно, так что по крайней мере какая-то часть новоиспечённых психопатов будет помнить, как у них была совесть, помнить, каково это было – беспокоиться не только о себе, но и о других. Есть надежда, что это немного их смягчит.

– Есть надежда, – повторила Кайла.

В голосе её было сомнение, но слово мне понравилось.

– Именно! – у меня немного кружилась голова, как это обычно бывает от сильного переутомления. – В буквальном смысле. Полные надежд. Нет, не новые Q2, но подумай о новых Q3! Впервые с того времени, как мы встали в полный рост посреди саванны, появятся миллиарды и миллиарды людей, полных надежд.

Я надеялся, что Кайла улыбнётся в ответ на мою улыбку, но нет – её брови придвинулись друг к другу, и уголки рта опустились.

– Однако даже если это технически возможно – то есть даже если мы можем это сделать…

– Да?

– Джим, имеем ли мы на это право? Не берём ли на себя то, что лишь Богу позволено?

Я снова наклонился вперёд.

– Роль Бога слишком долго оставалась вакантной, – сказал я. – Пора уже кому-то её занять.

Мы наконец добрались до спальни наверху, когда Стрелец уже садился на западе – а летом нужно очень долго не спать, чтобы это увидеть.

Я воспользовался маленькой уборной внизу и, лёжа в постели, слышал, как Кайла в прилегающей к спальне ванной в буквальном и переносном смысле плещет холодной водой себе в лицо.

Потом она высунулась из-за двери с зубной щёткой во рту.

– Но если мы сдвинем сейчас всех, – сказала она, – то что будет дальше? Что, если соотношение 4:2:1 между квантовыми состояниями останется таким же для детей, что родятся в будущем? Мы окажемся там же, откуда начали.

– Со временем, возможно, – сказал я. – Но в развитых странах люди сейчас живут долго, почти целое столетие, и продолжительность жизни будет увеличиваться. Сейчас 2020 год; возможно, к 2120-му эф-зэ снова станут доминировать, если мы, к примеру, не начнём делать внутриутробные тесты на суперпозицию. Но это всё равно даст нам бо́льшую часть столетия. Квантовой физике едва исполнилось сто лет – кто знает, чего мы добьёмся в этой области за следующие сто? Я буду доволен решением проблемы на ближайшее будущее.

Она в раздумье подвигала зубной щёткой, потом сказала:

– Ладно, забудем про будущее. Подумаем про настоящее. Что станет с твоими близкими, Джим?