"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 317

Анден смотрел вперед, стиснув зубы. Какую игру затеял Гонт?

– Моя мать не сказала свое слово, – сухо ответил он. – После ее смерти меня забрал Коул Сен. Именно ему я обязан образованием и нефритом, который надену после выпуска.

Гонт пожал плечами, по ним будто пробежала рябь.

– Факел Кекона теперь старик. Тебе следует задуматься, означает ли твой долг перед ним, что ты должен стать мелкой сошкой у Коула Хило.

До сих пор ровный голос Гонта почти не выдавал его чувств, но теперь дрогнул, не оставив сомнений в его презрении к Штырю-сопернику.

Машина свернула на серпантин, ведущий в горы. По обеим сторонам дороги мелькала пышная зелень, а иногда дорожные знаки с истертой белой краской и частные въезды за ржавыми железными воротами. Анден попытался скрыть возрастающую тревогу в голосе:

– Куда вы меня везете?

Гонт откинулся на спинку сиденья, и оно прогнулось под ним.

– На самый верх.

Глава 9. Как обойти айшо

Лан встречался с Дору и двумя важными Фонарщиками, когда их прервала секретарша Дору, она осторожно постучала и пискнула:

– Простите, Коул-цзен. Вас спрашивают по телефону. Говорят, это срочно.

Колосс нахмурился – возможно, это снова из посольства Эспении, будут говорить сладкие речи или попытаются подкупить, чтобы он изменил свою точку зрения по поводу квот на экспорт нефрита. Он извинился и вышел из двери, которую услужливо придержала секретарша. Она робко улыбнулась. Лан не знал ее имени. Шелест часто менял секретарш. Эта выглядела совсем девчонкой и носила почти прозрачную розовую блузку с просвечивающим под ней черным лифчиком. Она поспешила к столу и перевела звонок в его кабинет.

Лан не считал эту комнату своим кабинетом, хотя использовал ее, когда занимался делами отсюда. В остальное время кабинет пустовал. Верхний этаж офисного небоскреба Равнинного клана на Корабельной улице в Финансовом квартале Жанлуна мог похвастаться потрясающим видом, но был всецело владениями Шелеста. Лан предпочитал кабинет в особняке Коулов.

Он взял трубку и снял звонок с режима ожидания.

– Коул-цзен, – произнес низкий и неспешный мужской голос. – У нас ваш юный друг Анден. Наши пути пересеклись на празднике Лодочного дня. Правила не нарушены. Мы просто беседуем, вполне дружелюбно и цивилизованно. Нет нужды беспокоиться о его безопасности… пока никто из Равнинных не поднял бучу. Я говорю о вашем Штыре.

– Понимаю, – ответил Лан.

Он знал, что говорит с членом Горного клана, больше никто бы не посмел себя так вести. Он подозревал, что это Гонт Аш, хотя и не был уверен. Лан оперся на стол и спокойно, с металлом в голосе сказал:

– Но можете мне поверить, я запомню ваши заверения.

– Не волнуйтесь за Андена. С ним обращаются уважительно и вежливо. Вам стоит волноваться только о том, чтобы ваш брат не устроил заварушку.

Он повесил трубку.

Лан опустил трубку на рычаг и посмотрел на нефритовые часы на запястье, отметив точное время. Потом он немедленно взял трубку и набрал дом брата, зная, что вряд ли застанет там Хило. Как и ожидалось, трубку не взяли. Он позвонил в главный дом и велел Кьянле попросить Хило позвонить ему в офис на Корабельной улице, как только он объявится. Лан повесил трубку и дал себе несколько секунд, чтобы успокоиться.

Невиданная наглость Горных потрясла его и разъярила. Если Айт Мадаши хочет что-то сказать Равнинным, ей следовало устроить встречу с Ланом через Шелестов. Или выказать уважение, послав члена своего клана с сообщением. И то, и другое было бы правильным поведением. Но похищение Андена, единственного члена семьи Коулов, не имеющего нефрита, и попытка использовать его как посредника были очень похожи на нарушение айшо. Лану придется сильно постараться, чтобы предотвратить открытое столкновение. Звонивший был прав, ему нужно беспокоиться о своем Штыре. Если Хило обнаружит, что Горные забрали Андена, он будет непредсказуемым в ярости.

Лан нашел в записной книжке номер квартиры Маик Вен. Там тоже никто не отозвался, он позвонил ее братьям, и тоже безуспешно, пока не вспомнил, что сегодня Лодочный день, и люди Хило патрулируют набережную и окрестности. Он позвонил в «Двойную удачу» и попросил владельца, господина Уня, соединить его со старшим из Зеленых Костей, которого он сумеет найти поблизости. Через несколько минут на линии раздался голос.

– Кто говорит? – спросил Лан.

– Цзуэн Ню.

Человек Маика Кена.

– Цзуэн-цзен, – сказал Лан, – это Колосс. Мне нужно срочно найти Штыря. Позови одного из Маиков, если знаешь, где они, или пошли какого-нибудь Пальца на поиски. Пусть брат позвонит мне в офис Шелеста, как только получит сообщение. Не нужно паниковать, просто сделай это.

– Слушаюсь, Коул-цзен, – встревоженно ответил Цзуэн и повесил трубку.

Лан вернулся в кабинет Дору. Он извинился перед Фонарщиками – двумя застройщиками, которым понадобилась финансовая поддержка клана и помощь в получении разрешений на строительство жилого комплекса, и сел, не обращая внимания на ход встречи. Он волновался за Андена. Для него мальчик был как племянник, Лан чувствовал за него ответственность. Он помнил, как держал Андена за руку, утешая горюющего мальчика, как привел его в дом Коулов и сказал, что теперь это и его дом. Лан верил в искренность Гонта по поводу того, что Андену не сделают ничего плохого, но все может измениться. Если что-то пойдет не так, Горные могут взять его в заложники. Проклятье, куда запропастился Хило?

Дору должен был полностью лишиться Чутья, чтобы не заметить тревогу в нефритовой ауре Лана. Конечно же, Шелест как можно скорее завершил встречу, но так, чтобы не показаться невежливым. Он обещал просителям, что клан займется их делами, как, разумеется, и предполагалось – взамен на дань клану они рассчитывали на его патронаж. Фонарщики собрали бумаги, заверили Лана в своей преданности и вышли.

– Что стряслось, Лан-се? – спросил Дору.

– Горные забрали Андена, – ответил он.

Когда он рассказал, что случилось, Дору прищурился и со скепсисом причмокнул.

– Они не могли такое спланировать. Мальчишка всегда в Академии, до него не добраться. Гонт просто воспользовался обстоятельствами, но если бы они хотели оскорбить или причинить ущерб, то не стали бы звонить тебе и предупреждать. Вероятно, они вполне искренне хотят, чтобы ты придержал Хило.

– Правда? – сказал Лан, вспомнив кое-что еще.

В прошлом году между Горными и одним мелким кланом под названием Три Ходки возникли разногласия, все закончилось боевым столкновением, и в результате Горные поглотили мелкий клан. А дело было в том, что два члена Горного клана схватили невесту сына Колосса Трех Ходок, отвезли ее на расстояние двух часов езды от Жанлуна и оставили на обочине, в темноте и без обуви. Рассвирепевший наследник Трех Ходок повел свой клан в атаку на Гонта. Для него и его семьи это плохо кончилось.

Хило частенько громогласно сетовал на поведение Горных – мелкие стычки и споры за территории, которые Лан оставлял на попечение брата, – но теперь Лан задумался о том, что захват Андена может быть похож на то, как Горные поступили с Тремя Ходками. Не нарушая айшо открыто, бросить соперникам наживку, чтобы они первые развязали насилие, а потом смести их в отместку за нанесенное оскорбление.

Зазвонил телефон, и Лан тут же взял трубку.

– Это я, – сказал Хило.

– Ты где?

– В телефонной будке перед квартирой племянника Гонта, в Молоточке, и со мной двадцать ребят. – Хило говорил спокойно, но Лан слышал едва сдерживаемую ярость. – Гонт схватил Энди. Информатор в Летнем парке видел, как завязалась потасовка, и сказал, что этот говнюк увез моего кузена в своей машине.

– Успокойся, – сказал Лан. – Я это знаю. Мне звонил Гонт. Они выпустят Андена на круговом перекрестке в Храмовом квартале через два часа. – Он почти боялся задать вопрос. – Ты сделал что-нибудь, что может поменять их планы?

Повисла пауза, а потом Хило ответил: