"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 438

– Он никогда не будет готов, – с веселым пессимизмом отозвалась женщина.

– Ты никогда мне не веришь, – проворчал мужчина. – А, Хианы пришли.

Накануне Анден спросил супругов:

– И кто этот Колосс?

Его потрясло, что никто не упомянул об этом человеке раньше.

Господин Хиан почесал бороду.

– Ну, это не то же самое, что в Жанлуне. У нас не так много Зеленых костей. Даук Лосуньин – это тот, кому подчиняются остальные, и он единственный здесь, кого мы называем Колоссом, так что, видимо, можно считать его… Колоссом Южного капкана.

Господин Хиан передернул плечами.

Колосс оказался крепко сбитым лысым человеком с руками мастерового и дружелюбным лицом. Глядя на него, Анден не знал, что и думать. Этот человек не был похож на воина и Зеленую кость, а уж тем более на лидера клана. Его дом был меньше гостевого домика в поместье Коулов. Он не производил впечатления могущественного человека, даже смешно сравнивать с Коулом Хило или Айт Мадой.

– Даук-цзен, – сказал господин Хиан, прикоснувшись ладонями ко лбу и склоняясь в уважительном приветствии.

Госпожа Хиан последовала его примеру и вручила госпоже Даук тарелку с миндальными булочками домашнего приготовления.

– Спасибо за то, что приняли нас, – сказал господин Хиан. – Это Эмери Анден, студент из Жанлуна, я вам о нем рассказывал.

Анден тоже склонил голову в официальном приветствии.

– Даук-цзен.

Даук дружелюбно похлопал Андена по плечу.

– Как тебе Эспения?

– Я… э-э-э… Привыкаю, цзен, – ответил Анден.

Колосс хохотнул.

– Не так-то просто привыкнуть, да?

Он проводил их через кухню в столовую и поставил к овальному деревянному столу дополнительные стулья. В стене между кухней и столовой находилась ниша с роскошной зеленой вазой, и Анден разинул рот от изумления, пока не сообразил, что это не потрясающее и опасное количество нефрита, как ему показалось с первого взгляда, а просто декоративный зеленый камень.

Потом он заметил две маленькие парные фигурки лошадей на каминной полке и подсвечник на столике у дивана, все из бутафорского нефрита. В Жанлуне такая демонстрация фальшивого нефрита выглядела бы нелепо. Может, это потому, что у кеконцев в Эспении мало настоящего нефрита и они не могут носить его в открытую, приходится использовать фальшивую показуху в качестве напоминания о культурном наследии.

Открылась входная дверь, и появился молодой человек. Та самая Зеленая кость, которую уже видел Анден, несколько месяцев назад он спас женщину, выбежавшую на проезжую часть. Госпожа Даук поспешила к нему.

– Кору, я не ждала тебя сегодня к ужину.

Молодой человек снял кепку и обнял мать.

– У нас гости?

– Хианы, ты их знаешь. А это Эмери Анден, студент с Кекона, он живет у них и учится в колледже Порт-Масси.

Анден понял, что пялится как идиот. Только теперь он вспомнил, что госпожа Хиан называла фамилию той Зеленой кости – Даук. Это было давно, и он не уловил связи. Сообразительный велосипедист – сын Колосса.

В глазах Кору мелькнуло узнавание. Он усмехнулся. На переносице возникла складка, а в темных глазах заплясало веселье.

– Значит, мы снова встретились, – сказал он по-эспенски. – И ты по-прежнему выглядишь как испуганный олень, как и в первый раз.

Анден моргнул и ответил на ломаном эспенском:

– Ты оба раза меня удивить, цзен.

– Кору, что за манера разговаривать с гостем! – воскликнула госпожа Даук и шлепнула сына по затылку. – Говори по-кеконски!

– Ничего страшного, госпожа Даук, – ответил Анден, чувствуя, как горит лицо. – Мне нужно практиковаться в эспенском, если я хочу его выучить. Ваш сын лишь оказывает мне услугу… по своему обыкновению.

– Сана, – позвал Даук Лосун, – ужин скоро?

– Он готов, – откликнулась его жена, поспешила обратно на кухню и внесла стальную кастрюлю, которую поставила на треногу в центре стола.

– Свиное рагу еще не готово, но остальное вполне. Рагу я принесу позже. Не стойте же, садитесь и приступайте к еде!

Вшестером за столом было тесновато. Даук Сана наготовила много блюд – острую капусту, креветки в остром лимонном соусе и припозднившееся свиное рагу с щедрыми ломтиками грибов и яиц. Все это – традиционная кеконская кухня, за исключением длинных и темных соленых крекеров, которые передавали вдоль стола в корзине, эспенцы подавали их к каждому блюду, ими зачерпывали еду вместо ложки и окунали в соусы и супы. Анден сидел рядом с Дауком Кору, тот ел с аппетитом и, как положено примерному кеконцу, нахваливал все материнские блюда.

Анден отчаянно пытался придумать способ начать нормальный разговор с соседом в надежде разглядеть нефрит. Рассчитав, когда придет его очередь брать крекеры из корзины, Анден потянулся так, чтобы его рука почти коснулась руки Кору. Через его локоть прошла дрожь, приникнув в кости, он ощутил рывок глубоко внутри, словно он рыба на стальном крючке, которую выдергивают из воды. Анден покрылся испариной – уже очень долгое время он не чувствовал нефритовую ауру так близко. После долгого отсутствия нефрита тело устремилось к нему с вызывающим головокружение желанием. Он содрогнулся и отдернул руку.

– И надолго ты здесь? – поинтересовался Кору.

– А? – Анден быстро отпрянул. – Ах да, на два года. Чтобы закончить языковую программу и получить диплом. В общем, таков план.

Кору снова набил рот едой и больше ни о чем не спросил.

– Кору-цзен… – сказал Анден после затянувшейся паузы, – я слышал, ты тоже студент. Учишься в юридической школе?

Тот посмотрел на него и рассмеялся.

– Никто не называет меня Кору, кроме родителей и их друзей. Все называют меня Кори. – Он вытер ладонь и протянул ее Андену. – Ну вот, мы и познакомились как полагается. Да, со следующей осени я буду учиться на юриста в Вотерсгардском университете. В этом году не учусь, занимаюсь волонтерством и коплю деньги на учебу, работая полулегально. А следующим летом планирую полтора месяца поездить по стране. – Он повернул голову и повысил голос, чтобы его слышал и отец: – Прежде чем меня заставят пойти по стопам сестры.

– У тебя есть старшая сестра? – спросил Анден.

– Три. – Кору тряхнул головой. – Не стесняйся, можешь мне посочувствовать.

Анден не знал, каково это, иметь столько старших сестер, так он и сказал. Кори встал из-за стола и принес с каминной полки семейную фотографию.

– Моя старшая сестра – адвокат, – объяснил он, показывая фотографию Андену, – работает в государственном департаменте промышленности. Ее муж – инженер, детей у них нет. Вторая сестра училась на медсестру, а теперь сидит дома с двумя малышами. Третья – вот она – получила диплом социального работника и в прошлом году вышла замуж.

Все Дауки были похожи – улыбками, широкими плечами. Андену хотелось спросить, являются ли и сестры Кори Зелеными костями, но он уже совершил столько ошибок и неверных предположений о культурных традициях Эспении, что не решался. Если эти люди прячут свой нефрит, может, невежливо в открытую спрашивать, кто из них Зеленая кость. Он еще с минуту изучал семейное фото, а потом вручил его обратно Кори.

– Ваш младший сын по-прежнему в Вотерсгарде? – спросил Даук Лосуньин у Хианов. – Как у него дела? Работает над диссертацией?

Беседа старшего поколения перетекла к обсуждению и жалобам на взрослых детей, а потом к слухам о соседях в кеконской части Южного капкана. Андену этот разговор казался слишком будничным для Колосса, но Даук Лосун положил на стол тяжелые локти, подперев кулаками подбородок, а госпожа Хиан сетовала на пробки перед домом и возмущалась живущей через дорогу парой, той самой, которая постоянно буянила.

Даук Сана убрала тарелки и принесла чай и плошку с эспенским печеньем, и тут в дверь позвонили. Кори открыл и впустил гостя, тот кивнул и торжественно поздоровался со всеми.

– Даук-цзены. Господин и госпожа Хиан.

Он посмотрел на Андена, но промолчал. Вновь прибывший снял шляпу, пальто и ботинки. Черные кожаные перчатки он не оставил вместе с пальто, а сунул в передний карман рубашки и присоединился к остальным за столом. Кори притащил еще один стул, гость пробормотал благодарности и взял печенье, пока Сана наливала всем чай.