"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 485

– Запуньо начинает поглядывать в сторону других рынков, – сказал Кен. – Он уже варит СН-1 для своих сборщиков, каменных рыбок и шлифовальщиков, чтобы те не получили Зуд. Вполне естественно, если он начнет и продавать «сияние» на сторону, тем более теперь, когда его больше не производят фабрики Горных в Югутане. Мы слышали, что Запуньо пытается наладить партнерство с другими группами – наркокартелями, торговцами оружием и владельцами борделей, чтобы продавать нефрит и «сияние» в другие страны.

– Почему эспенцы не заставят увиванское правительство разобраться с Запуньо? – спросил Тар. – Они знают, где его особняк, почему бы просто его не прикончить?

– Увиванское правительство – это коррумпированная черная дыра, – ответил Хило. – Часть страны вообще никому не подчиняется, а половина иностранной помощи исчезает в неизвестном направлении.

– Ти Пасуйга платит полиции больше, чем правительство, – объяснил Кен. – А Запуньо – человек щедрый, раздает деньги местным городам на строительство дорог, школ и храмов. Он почти неприкасаемый у себя на родине. Мы можем нанести ущерб его бизнесу, но пока он жив, он останется для нас проблемой. – Кен потер челюсть. – Хило-цзен, нужно подумать, как шепнуть его имя.

Хило почти не отреагировал на заявление Штыря. Кен посчитал, что Колосс уже подумывал об этом, но не нашел удовлетворительного решения.

– У нас и дома есть враги, которых мы много лет пытаемся извести. Нельзя одновременно заниматься всем, – сказал Хило.

Двумя неделями ранее по тайным указаниям Колосса жанлунская полиция арестовала и допросила дилера «сияния», о котором упоминала Шаэ, а Пальцы Кена выследили. Торговец пошел на сделку и выдал имена нескольких высокопоставленных Зеленых костей, включая ближайших родственников Иве Калундо, Шелеста Горного клана. Равнинные позаботились о том, чтобы новости об аресте и имена названных клиентов просочились в прессу. Не только Айт Мада использовала газеты, чтобы выставить соперников в нелестном свете. Эта история вызвала публичное обсуждение вреда СН-1, но главное – новые опасения по поводу того, что руководство Горным кланом может перейти семье Иве.

Тем временем Равнинные решили несколько проблем на шоссе Бедняка, переложив их на плечи противника. По приказу Хило Зеленые кости Кена прикрыли проституцию в «золотом треугольнике» азартных игр в Трущобе, сутенеров изгнали и предупредили, чтобы те не показывались вблизи казино.

В игорных домах Равнинные развесили плакаты и распространяли листовки с рекламой стриптиз-клубов и борделей в соседних районах Песья Голова и Острие, находящихся под контролем Горных. Буйные эспенские вояки переместились на территорию Горных вместе со своими деньгами и сопутствующими неприятностями: недавно трое пьяных иностранных моряков устроили потасовку с Зелеными костями из семьи Кобен и очутились в больнице, в результате Айт Маде пришлось унижаться, публично поддержав Кобенов и втихую заплатив эспенцам.

Кена восхитила тактическая хитрость Хило-цзена, хотя он не мог отделаться от мысли, что постоянные попытки Колосса дестабилизировать Горных сродни желанию поджечь мокрую траву – выходит много искр и дыма, но пока что не видно полыхающего костра.

Возможно, Хило думал так же, потому что отодвинул тарелку с оставшейся едой и сказал Тару:

– Нужно убить кого-нибудь из Кобенов. Не парнишку или мать, а Зеленую кость, кого-то близкого. Но чтобы это сделали не наши люди, а какой-нибудь наемник, который никак не приведет к Равнинным. Это должно выглядеть как явное убийство, а не несчастный случай.

– У матери мальчугана есть брат, который носит нефрит, и дядя, – отозвался Тар.

– Хорошо, – сказал Хило. – Любой из них подойдет. Будет лучше, если он умрет, но даже если и не умрет, все равно сгодится. Главное, чтобы они не знали, кого винить.

Маики кивнули. Кобены были многочисленной семьей, но не отличались умом, а теперь, когда они получили преимущество над семьей Иве, их можно спровоцировать на полезное для Равнинных нападение, как они напали на пьяных иностранцев. Тар хотел задать вопрос, но тут подошел выказать свое почтение Фонарщик и владелец «Двойной удачи», господин Юнь, несколько минут они болтали с ним.

Когда улыбающийся ресторатор поклонился и ушел, Хило сказал своему помощнику:

– Торопиться с убийством кого-то из Кобенов не нужно, можно подождать до моего возвращения из Эспении.

Когда они уже встали и собрались уходить, Хило положил руку Кену на плечо.

– Я не забыл о том, что ты сказал про Запуньо. Потеря нескольких крыс вполне ожидаема, но ты прав в том, что это оскорбительно. Сейчас у нас куча проблем, но я согласен, нужно жестче вести себя с Ти Пасуйгой. Мы что-нибудь придумаем, когда я вернусь.

Тау Маро вернулся с полуденной встречи совета директоров «Четырех добродетелей» с ощущением осторожного оптимизма, но вместе с тем и сильно разочарованным. Эта благотворительная организация существовала всего год, но уже успела привлечь больше средств, чем планировала, и получила хвалебные отзывы в прессе. С другой стороны, усилия по лоббированию в Зале Мудрости ключевых вопросов по проблемам беженцев не увенчались успехом. Когда доходило до бизнеса и политики, было чрезвычайно сложно добиться чего-либо без поддержки клана. Видимо, именно слово «клан», размышлял Маро, обозначало комбинацию упорной надежды и неизбежных трудностей, влияющую на все стороны его жизни, от академической карьеры до политики, работы в некоммерческих организациях и даже сердечных дел.

Он вошел в свой кабинет и обнаружил, что там его дожидаются трое. Двое, судя по возрасту, могли быть студентами, но он их не узнал. Третий сидел за столом Маро и медленно раскачивался в кресле, он обладал нефритовой аурой, но нефрита видно не было. В Жанлуне это все равно что оттопыривающийся над нелегальным пистолетом пиджак и означает только одно – этот человек не имеет права носить нефрит и занимается каким-то криминалом.

Маро остановился в дверях, подавив подозрение и тревогу.

– Простите, но это не ваш кабинет, – сказал он.

– Мы ищем доктора Тау Маросуна, – сказал человек в кресле.

– Кто вы? – спросил Маро, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Шотарский полукровка, – ответил мужчина на идеальном шотарском. – Прямо как вы.

Маро напрягся, и тут незваный гость встал из-за стола и шагнул к Маро, на его узком лице расцвела кривоватая улыбка. В его ауре не было угрозы или враждебности, но Маро невольно сделал шаг назад, когда незнакомец мягко закрыл дверь кабинета и сказал:

– Не волнуйтесь, доктор Тау. Я не сделаю вам ничего плохого. Я знаю, сколько у кеконцев предрассудков, и понимаю, почему вы не хотите, чтобы ваши коллеги узнали об истинных причинах ваших многочисленных визитов в Лейоло.

Посетитель не представился. Выглядел он прямо как злодей, только что сошедший с экрана шотарского криминального боевика. Бугристые пальцы и жестокая усмешка. Маро смотрел на него, не веря собственным глазам и с невольным опасением.

– Но вам стоит быть осторожнее, – продолжил незнакомец. – Не так-то просто сделать карьеру в этом городе без связей с одним из крупных кланов Зеленых костей. Люди вроде вас не получают того, что заслуживают. – Он заметил, как Маро покосился на двух его молодых спутников, и добавил: – Не беспокойтесь о них, они не понимают по-шотарски. Скажите, доктор Тау, вы по-прежнему трахаете эту Коул или между вами все кончено?

Маро тряхнул головой и уставился на незнакомца, теперь уже с гневом во взгляде, а не с тревогой.

– Если вы считаете, что можете меня подкупить или шантажировать, то ошиблись. Я не знаю чего-то особенного про Равнинный клан, а даже если бы и знал, не рассказал бы вам ни за какую цену и как бы вы ни угрожали. Давайте, расскажите всем, что я полукровка. Поднимите шумиху, раздувайте ксенофобию, как вы поступили с Коул Шаэ. Я не боюсь потерять работу, мои труды говорят сами за себя.

Человек с узким лицом поднял руки в притворно примирительном жесте.