"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 500

Такого рода задачи для Римса были рутиной, но сегодня он волновался – из-за того, какой груз принимал. Уиллум Римс был умным и безжалостным смотрящим, его уважали в преступном мире Порт-Масси, но он всегда вел себя осторожно. В отличие от Босса, Римс не вел роскошный образ жизни и не привлекал к себе внимания, одевался скромно и водил ничем не примечательный и надежный седан «Брок». Он был богат, но хранил деньги в тайнике и умел считать. Босс Кромнер ценил его, потому что Римс никогда не забывал о самой главной задаче смотрящего – приносить Бригаде деньги.

В отличие от Босса, Римс не хотел влезать в нефритовый бизнес. Деньги хорошие, в этом нет сомнений – покупатели на товар кеков уже выстроились в очередь. Богатые коллекционеры, другие Бригады, частная охрана, наемники и даже религиозная секта с севера, чей лидер объявил себя реинкарнацией Пророка, – всем, похоже, нужно заполучить зеленые камни. Нефрит существует тысячи лет, но люди ведут себя так, будто его только что открыли. Римс не верил в мудрость толпы.

Он считал большинство людей идиотами, а нефрит – слишком рискованным бизнесом. Чересчур много шума поднимется. Правительство считает азартные игры и наркотики моральными изъянами, разрушающими личность, но не угрозой реальной власти в стране, то есть Торговым союзам. Нефрит же способен усилить вооруженные и опасные организации, и те превратятся в настоящую угрозу правоохранительным органам и властям. А раз нефрит нельзя использовать без «сияния», это повлечет за собой и всплеск наркоторговли, что чревато последствиями для самого прибыльного бизнеса Бригады.

Однако, по мнению Римса, самой большой проблемой в нефритовом бизнесе было взаимодействие с кеками. Римс мог вести дела с веспами и югутами, даже с шотти и тунами, если понадобится, но кеки ему совершенно не нравились. Какие-то они ненормальные, он им не доверял.

Он видел, что его люди тоже на грани. Подошел Пэтс.

– Вот же хрень, Тощий, – сказал он. – Сколько нам еще тут морозить задницы? Раньше они не опаздывали. Что-то не так.

Римс понимал подозрения шкурника: чтобы уменьшить риск перехвата властями, груз разделили на четыре партии и ввозили в гавань с разницей от трех недель до полутора месяцев, прямо под носом у портовых инспекторов, его принимали докеры Вормингвудской Бригады, а оттуда доставляли Римсу в разные точки на реке. Предыдущие доставки прошли гладко, и не было оснований предполагать, что в этот раз все будет по-другому, если только кеки не задумали их надуть, тогда это их последний шанс.

И тут Пэтса успокоил гул моторной лодки. Из-под мрака моста сверкнули огни лодки и свернули к краю причала, к тому пирсу, где стояли Римс и его люди. Заметно прихрамывая, с лодки сошел невысокий мужчина.

Выглядел он кеконцем, но двое его темнокожих спутников – нет. Возможно, они с какого-нибудь другого тропического острова в Восточной Амарике, в темноте толком не разглядишь. Они вместе подняли тяжелый металлический ящик и перенесли его на берег. Хромой открыл крышку и посветил внутрь фонариком, чтобы показать Римсу содержимое – необработанные камни разного размера, разрезанные, так что виднелся блеск зеленого камня.

– Двадцать пять кило, – сказал он. – Хочешь взвесить?

Римс покачал головой – в первых трех партиях не было недовеса, вообще-то, там оказалось даже больше тридцати кило. Когда Римс указал на это, лодочник пожал плечами и ответил: «Мы привезли чуть больше, чтобы свою долю забрал посредник».

Посредник. То есть он, смотрящий. Тот, кто делает всю работу и принимает на себя риск, пока в такие вечера, как этот, тучные Боссы вроде Кромнера сидят в тепле и безопасности, потягивают бренди и курят сигары. Римс помнил незнакомца, сидящего рядом с Дауком на той встрече, молодого представителя клана с Кекона, который до заключения сделки расспрашивал Римса с пристрастием. В конце концов, кеки оказались не такими уж дикарями, раз они понимают, что компетентный смотрящий на месте – это ключ к успеху операции, и платят ему дополнительно за гарантию, что все пройдет гладко.

И потому, несмотря на свой скепсис относительно торговли нефритом, Римс забрал примерно по пять кило с каждой партии и припрятал их, чтобы в дальнейшем воспользоваться вместе с ближайшими шкурниками, втайне от остальной Бригады. Страховка на случай, если у Кромнера возникнут проблемы. Остальной нефрит отправился на склад в промзоне, где другой смотрящий Кромнера, Мотылек Дьюк, и его шкурники присматривали за иммигрантами в свинцовых рукавицах, которые резали и полировали нефрит, а потом паковали и отсылали клиентам.

Римс закрыл ящик и сказал Пэтсу:

– Сходи за деньгами.

Шкурник пошел к грузовику и несколько минут спустя вернулся с чемоданчиком, поставил его на крышку ящика и открыл. Внутри были уложены пачки с сотенными купюрами в талирах.

– Хочешь пересчитать? – с легкой ухмылкой спросил Римс лодочника.

Тот покачал головой.

– Эспенцы умеют считать деньги.

Он закрыл чемоданчик и пошел с ним обратно к лодке, не прибавив ни слова. Римс жестом велел Купу и Бэрну погрузить металлический ящик в машину. На полпути в глаза им ударил свет фар, и восемь человек выскочили из двух черных машин. Братья Брюэры мгновенно выхватили пистолеты, Римс вытащил свой «анкев», но услышал встревоженный голос Мотылька Дьюка:

– Тощий, это ты?

– Ага, это я, Мотылек. Скажи своим ребятам, чтобы размахивали своими «фулли» в другом месте, мать твою.

Шкурники Дьюка держали весь пирс на прицеле своих автоматов Фуллертона. Куп и Бэрн опустили оружие, но Римс не последовал их примеру.

– В чем дело, Мотылек? Какого хрена ты приперся сюда, а не ждешь нас на складе?

– Мы слышали, что здесь будет жарко, Тощий, что это подстава. – Дьюк шагнул вперед. Он встал перед своими людьми, фары высветили громадный силуэт. Римс всегда считал, что Дьюк напоминает гориллу в костюме. – Ну, вот мы и приехали убедиться, что у вас все в порядке, решили прийти на подмогу, если кеки что учудят. Вы получили камни?

– Ага, получили, – отозвался Римс.

– Все? – спросил Дьюк.

И по одному этому слову, сказанному особым, полным алчности тоном, Римс тут же понял, что его предали.

Он развернулся и побежал к пирсу. Шкурники Дьюка открыли огонь, нашпиговав Купа и Бэрна пулями. Двигатель моторки взревел, словно в панике, свинец прошил ее корпус. Боковым зрением Римс заметил, как кеконец завалился навзничь, чемоданчик в его руке кувырнулся в воздухе и упал за борт.

Римс нырнул в черную воду. Она поглотила его, так резко обдав холодом, что на мгновение он решил, будто его все-таки настиг смертельный выстрел. Потом он почувствовал, как погружается в Камрес, представил свое тело на дне грязной реки, рядом с костями людей, которых отправлял сюда многие годы, и яростный инстинкт выживания вернул его к действительности. Римс избавился от обуви и шерстяного пальто, тянувших его вниз, и поплыл, не видя ни зги и не зная, где выберется на берег, да и выберется ли вообще, не зная, уцелели ли Пэтс, Карсон и остальные шкурники.

Он был уверен лишь в одном.

Мотылек Дьюк не посмел бы напасть на смотрящего без разрешения. А значит, Римса хотел убить Босс Кромнер, человек, которому Тощий преданно служил многие годы.

Глава 45. Обещание в парке

Вен сердилась на мужа. Конечно, она понимала, что Колоссу всегда не хватает времени, а его обязанности в клане неизбежно стоят на первом месте, но она ничего не могла с собой поделать. С семьей Хило был внимательным и веселым, играл с мальчиками, выслушивал их болтовню, как будто ему больше нечем было заняться. Но с некоторыми делами клана он разбирался лично и как можно скорее, а это значило, что никогда нельзя что-либо запланировать.

Ночной ливень приглушил летнюю жару до комфортной температуры, день был идеальным для пикника на природе, но Хило не смог провести с ними время, хотя и обещал. Вместо этого он на несколько часов закрылся в кабинете вместе с руководством небольшого клана Каменная чаша, чтобы обсудить забастовку строителей, подкосившую проекты эспенцев на острове Эуман. После этого он принял представителей гуманитарной благотворительной организации, а затем вместе с Шелестом весь вечер провел в городе, встречаясь с Фонарщиками.