Краткосрочный курс для попаданок. Гарантия. Дорого (СИ) - Володина Жанна - Страница 100

— Что папа… из другого мира? — она легко догадывается, о чем я спрашиваю.

— Угу… — бормочу я, качнувшись от головокружения.

— Узнала раньше, чем ты родилась. А поверила, когда ты родилась, — отвечает она, снова поддерживая меня. — Сергей… Твой отец рассказал мне… Я была напугана. Не верила. Думала, что вышла замуж за сумасшедшего, за маньяка.

— Бегала от меня по городам и весям! — хохочет отец. — Беременная убежала, представляешь?!

— Представляю… — бормочу я. — Я вообще теперь всё могу себе представить. Я здесь столько пережила!

— Родная наша! — мама крепко меня обнимает. — Мы хотели тебя подготовить, но не успели…

— Елена успела раньше, — говорит отец.

— Она теперь Императрица? — вспоминаю я. — Она меня укокошит!

— Не укокошит! — улыбается отец. — Она вернула себе любимого мужчину. Она счастлива.

— И она Sorcière! — вспоминаю я. — Не я — она!

— Она больше не Sorcière, — подав маме платье, видимо, для меня, рассказывает отец. — Sorcière, вышедшая замуж не за Решающего, становится обыкновенной бессмертной.

— Обыкновенной бессмертной? — поражаюсь я. — Ничего себе обыкновенность!

— У нее такая сложная и несчастная судьба! — добавляет мама, совершенно меня раздражая. — Если бы ты только знала, сколько бед она пережила!

— И знать не хочу! — я возмущена несказанно. — Она меня заставляла. Она мне угрожала. Она хотела вас всех уничтожить!

— Она мстила и боролась за свою любовь, — говорит отец. — Да. Методы выбрала жестокие, но… Поверь мне, она никому из нас не причинила бы вреда.

— Ага! — тут же злорадно соглашаюсь я. — Просто уничтожила бы Империю вместе со всеми нами!

— Не уничтожила бы, — отрицает отец. — Но хотела. Ты права.

— Ты всё-всё знаешь? — недоверчиво спрашиваю я. — Кошмар, какой груз!

— Почти всё, — кивает отец. — Но не так, как тебе кажется. По-другому. Многовекторно. Многовариантно. Альтернативно. И никогда не знаешь, какой вариант случится и случится ли вообще. Но многое, очень многое скрыто и от меня. Иначе я был бы Творцом, а не каким-то Надзирающим.

— Нам столько надо тебе рассказать! — мама гладит меня по спине, как в детстве, заставляя расправить плечи и поднять подбородок. — Ты обязательно узнаешь нашу с папой историю. Она очень… занимательна. Но это вопрос не одного дня, не одного месяца… Раньше говорить с тобой было бы бессмысленно… Это сюжет для романов, которые твоя подружка запоем читает.

— Полинка! — восклицаю я. — Что с ней?

— Она в нашем… том мире, — успокаивающе говорит отец. — Не волнуйся! С ней всё проще. Она была ко всему подготовлена, благодаря своему увлечению и святой в него вере.

— Но она там, не здесь, — возражаю я. — Она там совсем одна. Ее сочтут сумасшедшей.

— Не волнуйся напрасно, — мама настойчиво тянет меня за огромную ширму. — Надо переодеться, дорогая! У нас прием.

— Это комната великана? — спрашиваю я, поражаясь не только размерам кровати, ширмы и секретера, но и ваз, диванов, кресел и всей остальной мебели в этом… зале.

— Это моя детская! — смеется отец. — Ты еще сам дом не видела!

— Это твой дом? — удивляюсь я, хотя… чему удивляться.

— Да, — отец смеется снова. — Я в нем родился, рос, воспитывался, принимал Их Королевских Величеств и Его Императорское Величество. Здесь хранилось Абсолютное Знание.

— Хранилось? — переспрашиваю я. — А где оно сейчас?

— Оно закрыто мной перед перемещением в мир твоей матери, — печально вздохнув, отвечает он. — Спасая Империю, я вынужден был закрыть его заговором, не имеющим обратной силы. Даже для меня.

— И что теперь?! — этот вопрос я выкрикиваю уже из-за ширмы, куда настойчивая мама меня увлекает. — Как его вернуть, Знание это?

— Эта часть истории Империи для меня закрыта, — вздыхает отец. — У меня есть предположение, но оно, скорее, надежда, а не знание. На данный момент Империя в сложном положении…

— Она всегда в сложном положении! — ворчу я, помогая маме одевать на меня многочисленные нижние юбки. — Сколько я ее знаю…

— Венчание Его Императорского Величества и Ее Императорского Величества… — слова отца меня шокируют.

Точно! Елена теперь жена Императора Раймунда. Она меня уконтропупит…

— Эта дрянь меня арестует и казнит! — нервно сглотнув, кричу я из-за ширмы.

Голос мой звучит глухо через плотную ткань платья, одетого мне на голову мамой.

— Благодаря тебе она и стала Императрицей! — ласково смеется мой отец. — Благодаря тебе она смогла вернуться в этот мир. Она больше сотни лет скиталась по мирам, копя злость и лелея месть. Но любовь ее к Императору Раймунду так велика, что заставила ее искать пути возвращения. Чтобы вернуть любовь или отомстить. Для этого она использовала тебя.

— Это знание было скрыто от папы, — шепчет мама мне на ухо, поправляя локон волос. — Он страшно переживал, что не смог тебя уберечь от всего, что с тобой произошло.

— Ты… прекрасна! — восклицает мой отец в тот момент, когда мама выводит меня из-за ширмы.

Богато украшенное нежно-зелеными драгоценными камнями темно-зеленое платье, конечно, впечатляет даже меня.

— Бедный-бедный Решающий! — с хитрой улыбкой причитает мама. — Сейчас пришлю тебе служанку, которая сделает соответствующую случаю прическу.

— Случаю? Прическу? — подозрительно спрашиваю я. — Какому такому случаю?

— Встреча невесты с женихом, — отец прячет от меня усмешку, но у него плохо получается, потому что он даже не старается. Совсем.

— Он здесь? — паникую я. — Он пришел. Зачем?

— Очевидно… зачем, — мягкими и теплыми интонациями отец пытается меня успокоить. — Вы избраны этим миром для его спасения. Решающий и Sorcière. Ты же это сама поняла. Тьма не дает вам соединиться — ты почувствовала это на себе. И во время прорывов, предполагаю я. И вчера в Храме.

— Папа! — паника охватывает мое еще не пришедшее в нормальное состояние тело. — Папа!

Я бросаюсь к нему. В памяти всплывают его слова, сказанные в Храме перед Алтарем. «Она для этого и была рождена!»

— Я не хочу спасать чужую мне Империю! — практически истерю я, хватая его за руки. — Это не мой мир!

Отец крепко обнимает меня и строго говорит:

— По-другому не получится, родная моя! Это твое предназначение.

Мама ласково гладит меня по спине:

— Он любит тебя, разве ты не видишь? Не может женщина этого не почувствовать. Не может!

— Фиа… Да он вылеплен из ответственности, долга и высокомерия. А сверху приправлен чванством и самолюбием! — сопротивляюсь я. — Я не могу к этому миру привыкнуть! Вы хоть представляете, что я уже пережила?!

— Можешь не сомневаться! — теплые мамины руки берут мое лицо в нежные объятия. — А ты представляешь, что пережила я, беременная тобой, в нашем, моем мире, когда любимый человек, по моему представлению, совершенно сошел с ума, называя себя пришельцем из другого мира. Я несколько месяцев от него скрывалась и просто теряла разум сама от мысли, что это сумасшествие передастся тебе! Да ты и половины моих страхов еще не испытала!

— Еще как испытала! — бросаюсь я в атаку.

Как этот спор напоминает мне множество таких же семейных разборок в моем, слышите — моем! мире…

— Ты думала, что папа сумасшедший, а я от мысли о собственном сумасшествии бросалась к мыслям об ответственности за ваши жизни и о смерти! — завожу я себя, поднимая из глубин памяти все свои переживания и эмоции, с ними связанные. — Тебя никто не шантажировал смертью родителей и брата…

Запинаюсь за слово «брата».

— Шурка! — вырываюсь я из рук мамы и начинаю метаться по комнате (ну… как метаться, здесь это забеги на марафонскую дистанцию). — А Шурка где?

Мама и папа озабоченно переглядываются.

— Саша остался там. Пока… — странно переглядываясь с отцом, отвечает на мои слова и метания мама.

— Почему? — удивляюсь я, испытав облегчение от мысли о том, что с братом всё в порядке.

— Так надо, — строго говорит отец. — Сейчас важно, чтобы ты осознала…