Краткосрочный курс для попаданок. Гарантия. Дорого (СИ) - Володина Жанна - Страница 48

— Вот! — довольный голос Аленки над моим ухом. — Теперь ты выдержишь напор Решающего и не выпустишь собственную энергию навстречу его силе. Ему придется убедиться, что ты не Sorcière. Главное, как только почувствуешь, что не можешь сдержать энергию, восстанови в памяти то событие, которое спасло тебя от жара сейчас.

— И всё? — не верю я. — Так просто?

— Так просто, потому что ты Sorcière, — недовольно говорит обратившийся обратно Франц. — Если опоздаешь, не сдержишь свой поток, Решающий тебя, как это у вас говорят, раскусит запросто. И всё! Колдунью он не упустит. Ты даже в дом Хранителя вернуться со свидания не сможешь! Это же событие тысячелетия! Со времен предыдущей Sorcière, Последней Колдуньи, прошло пятьсот лет. А поскольку отец нашего Императора упустил ее, то, верь мне, этот Решающий не упустит.

— Но их Величества знают, что я Sorcière, — напоминаю я растерянно. — Они не боятся моего исчезновения?

— Они не знают главного — того, что ты попаданка, — Франц стучит сухим кулачком по моему лбу. — Они уверены, что ты сирота, воспитанная замечательным опекуном, трагически погибшим от рук лазутчиков Тьмы. Случайно родившаяся в некой магической семье, сейчас выдаваемой за немагическую, Новая Колдунья. Пока они развлекаются, наблюдая за метаниями Решающего, думающего, что ты несчастная сиротинушка, мечтающая быть Обещанной и воспользоваться своим шансом.

— А что могут эти Sorcière? — настойчиво спрашиваю я. — Чем они так ценны? Только бешеной энергией, которую могут дать на брачном ложе Решающему? Это ж судьба аккумулятора!

— Красивое слово! — восклицает Франц. — Я бы взял такое имя в твоем мире!

— Не стоит! — останавливаю я его фантазию. — Это всё равно, что зваться конденсатором или карбюратором!

— Тоже красивые имена! — вздыхает Франц. — Длинные! Достойные! Благородные!

— Кондиционер, синтезатор, культиватор… — вываливаю я на бедного Франца новые для него слова. — Но называться так в моем мире не стоит.

— Жаль! — печально реагирует фамильяр. — Но ты повспоминай, подумай. Может, какое слово подойдет и для моего нового имени.

— Ладно, — киваю я и с опаской интересуюсь. — А за удачным вторым свиданием последует третье?

— Да. Но мы планируем сделать его неудачным! — напоминает мне Франц.

— Ты тут насчет женской логики упражнялся, сексист, а где же твоя, мужская? — дразню я фамильяра. — Что нам это даст? Ну, откажется он от меня после второго свидания. И что? Их Величества знают, что я Sorcière. Просто выдадут эту информацию Решающему! Тот поймет, что я жульничала. Упс!

— Мужская логика в том, что мы выигрываем время и не даем Решающему возможности узнать о Sorcière самому. Лишаем его возможности действовать спонтанно и неуправляемо, — снисходительно объясняет Франц. — Пока их Величества узнают о твоем подготовленном фиаско, пока придумают, что делать: продолжать развлекаться или выдавать правду Решающему — много времени пройдет!

— Сомневаюсь, — возражаю я. — И даже очень. То вы представляете Решающего как панацею, единственный шанс на спасение Империи от Тьмы. А то отказываете ему в интуиции, опыте и магии, наконец!

— Да… — чешет затылок Франц. — Пробелы в твоем информировании — моя прямая вина. Решающий не может почувствовать Sorcière. Такова природа Магии. Sorcière рождаются совместными усилиями Магмы и Тьмы. Это, кстати, одна из причин, по которой Sorcière не доверяет наш Святой Бернард. Он в своих проповедях уверяет прихожан, что Колдунья, если она и появится рядом с Последним Решающим, то только для того, чтобы его уничтожить. Это предмет вечного спора Бернарда и Императорского семейства.

— Он чувствовал меня! Единственный! И видел, и слышал! — говорю я пылко и хвастаюсь. — Еще он меня боялся!

— Бернард воспитывал Последнего Решающего с раннего детства. Многое ему удалось Решающему внушить, — объясняет Франц. — Но видел и слышал тебя Решающий потому, что это были прорывы. Ты в это время была не здесь и не там, а на грани миров. Он способен видеть за гранью. Единственный. Точнее, вас таких двое.

— Получается, Бернард — оппозиционер какой-то! — удивляюсь я. — Имеет точку зрения, отдельную от Величеств, при этом занимает важный пост в Империи.

— Он воспитатель и Императора, и их Величеств. К нему особое отношение, — получаю еще одну порцию важной информации.

— А этот Решающий точно Последний? — со слабой надеждой на противоположное спрашиваю я. — Может, где-то завалялся еще один или даже парочка? Или прячется какой-нибудь Решающий от правительства? Косит от мобилизации?

— Точно Последний! — авторитетно подтверждает Франц. — Даже среди будущих младенцев в магических семьях на несколько сотен лет вперед не предвидится его рождение. Магма может наделить такими способностями один раз в пятьсот или даже тысячу лет.

— А Sorcière? — вспоминаю я о своем статусе и странных словах Бошара о бессмертии. — Они разве не долгожители?

— Нет, — вздыхает сочувственно Франц. — Они либо бессмертные, либо обладают короткой человеческой жизнью. Но это выясняется только после консумации брака Колдуньи.

— Ух ты! — даже голова кружится от избытка новой информации. — А когда второе свидание? Надеюсь, после девяноста девяти по списку?

— Боюсь тебя огорчить, но сегодня, — ухмыляется фамильяр. — Сразу перед его свиданием с первой по списку. По протоколу, если ты окажешься не Предназначенной, а просто подающей надежды Обещанной, претендующей на звание Именуемая, тебя придержат в запасе.

— Это нарушение равноправия полов! — вспоминаю я реалии родного мира. — Что за средневековье?

— У женщин не может быть равных прав с мужчинами, — довольный Франц почти смеется. — А вторую часть твоего возмущения я не понял.

— Госпожа! — стук в мою огромную дубовую дверь, и голос Нинон. — Прибыли его Высокопревосходительство, господин Решающий!

— И много их там? — шучу я, разрешив служанке войти.

— Кого много? — не понимает она, ныряя в глубокий поклон.

— Их Превосходительств, — поясняю я со смехом. — Ты же сказала «прибыли».

Голубые глаза Нинон наполнены растерянностью и недопониманием.

— Ладно, проехали! — машу я на нее рукой.

— Да-да! — радостно кивает она. — Вы сейчас поедете в Храм и на Святое озеро! Ах! Какая вы счастливица!

Хочется узнать, чем же оно, это озеро, так свято, но я, наверное, должна знать это и сама. Не спрашиваю.

— Давай одеваться, — послушно соглашаюсь я.

— Сегодня ночью надо повторить ритуал для глаз, — напоминает мне Нинон. — Они у вас последние сутки карие. Действие заговора заканчивается!

— Может, сейчас проведу? — предлагаю я. — Заранее. А то позеленеют раньше времени — и пиши пропало!

— Кому писать? — пугается Нинон. — Никому нельзя об этом писать! Это тайна ваша, нашего господина и моя, вашей личной служанки. Господин Бошар доложил только их Величествам, как и положено!

— Нельзя, значит, не будем! — успокаиваю я Нинон, ругая себя за болтливость и склонность к употреблению крылатых выражений.

— Привезли новое платье для вас, госпожа! — суетится Нинон, вынося из гардеробной платье цвета морской волны, украшенное черно-золотыми кружевами. — С черной вуалеткой будет бесподобно!

Полтора часа уходит на переодевание и прическу.

— Не гневайтесь, госпожа! — Нинон неожиданно ныряет в глубокий поклон. — Позвольте высказать просьбу! Личную.

— Дозволяю, — подыгрываю я ситуации.

Очень любопытно, что она попросит.

— Когда вы станете супругой Решающего, вы возьмете меня с собой в его дом?

— Легко! — обещаю я, это и в моих интересах.

Тем более, замуж за вашего любвеобильного Решающего я не собираюсь.

У дверей моей комнаты меня встречает Андрэ Бошар, который рассыпается в комплиментах.

— Спешу порадовать вас занимательными новостями! — целуя мою руку, восклицает он. — Ирен сообщила, что в столице на вас повальная мода!

— Это разве радостная новость? — удивляюсь я.

— Конечно! — бодро отвечает Хранитель. — Во-первых, это замечательно для вас, если что-то не сложится с Решающим, согласитесь, даже в вашей беспроигрышной ситуации что-то может пойти не так, то вы останетесь самой привлекательной невестой Империи. Во-вторых, мне всегда казалось, что для женщины это крайне важно — быть признанной красавицей и законодательницей мод!