Краткосрочный курс для попаданок. Гарантия. Дорого (СИ) - Володина Жанна - Страница 97

— Всё решается в эти самые минуты! — торжественно говорит Надзирающий. — Я смог вернуться в Империю из другого мира только потому, что силы многих могущественных Магов самого высокого ранга, сложившись для помощи мне, преумножили эту возможность.

— Что нужно делать?! — воодушевившись, восклицает Раймунд.

— Нужно уступить… — тихо отвечает отец.

— Уступить?! Кому?! — бархатный баритон Бернарда переходит почти в визг, это всех пугает и заставляет нервничать еще больше.

Руки Фиакра, или Пирра, или кого-то там еще держат меня крепко, по-свойски, по-хозяйски, и главное, спокойно. Разве не ему надо сейчас волноваться? Не его ли только что объявили не Последним Решающим?

Обшариваю взглядом Храм — Полинки не вижу. Елена ее уничтожила или моя подруга спаслась? Как понять и что делать?

«Ты здесь, предатель?! — мысленно вопрошаю я, обращаясь к Францу.

Тишина.

«Папа! — решаюсь я мысленно спросить Господина Надзирающего. — Что происходит? Что мне делать? Почему ты не спасаешь меня?»

— Уступить?! Кому?! — повторяет вопрос Бернарда Император Раймунд.

— Уступить энергию консумации предыдущей Sorcière, — осторожно, но твердо говорит Надзирающий.

— Предыдущей? — Император бледнеет, и глаза его, черные и блестящие, горят просто праведным гневом. — Предыдущей?!

Теперь это уже рык хищного зверя. Придворные дамы и кавалеры стоят, боясь пошевелиться. Их Королевские Величества подходят к Императору и встают рядом.

— Иначе женская месть с помощью силы Тьмы уничтожит целую Империю, как она уже уничтожила Западное Королевство! — голос отца становится еще серьезнее и еще тверже.

На Императора Раймунда страшно смотреть: лицо словно высечено из камня, глаза горят, брови хмурятся, губы поджаты.

— Что вы себе позволяете?! — еще один рык Императора, сотрясающий своды Храма. — Вы предали нас? Предали Империю?!

— Я спасаю ее! — строгий голос моего отца становится не менее грозным и еще более сильным, чем голос Раймунда. — Абсолютное Знание дает мне сотни, тысячи вариантов того, как это может произойти. Я… Мы предпринимаем столько усилий, чтобы это был самый лучший для всех вариант.

— Мы?! — сказать, что Раймунд взбешен, ничего не сказать. — Мы?!

— Да! Мы! — это Король Базиль.

— Мы! — это Король Итэн.

— Мы! — это Король Люсиан.

— Мы! — это… Лефевр.

— Это заговор! Ваше Императорское Величество! — Бернард в ужасе от происходящего.

— Это не заговор! — перебивает его Надзирающий, глядя мне прямо в глаза. — Это попытка верных подданных сделать своего Императора счастливым, а его Империю непобедимой и процветающей!

«Прости, доченька, что тебе приходится пройти столько испытаний…» — теплый голос отца, такой знакомый и такой любимый, вливается в уши, как медовая вода. — «Верь мне, и всё будет хорошо»

— Что бы сейчас ни произошло, будь возле меня! — приказывает моему уху Фиакр, ставит меня на ноги и делает шаг в сторону Императора.

Я остаюсь на месте. Фиакр оборачивается, вздыхает как-то мило, по-дружески и берет меня за руку, ведя за собой.

— Ваш Императорское Величество! — обращается он к Раймунду. — Я всегда с вами. При любом вашем решении!

— Благодарю вас, друг мой… — Раймунд в гневе, но пытается держать себя в руках.

— Мы всегда с вами, брат наш! — это уже Король Базиль. — Все наши помыслы, чувства, дела в вашу поддержку и во спасение Империи!

— Для этого мы и просим вас не отвергать нас и наши действия за вашей спиной, не считать нас предателями! — это Король Итэн.

— Теперь, когда с нами Господин Надзирающий, мы достигнем большего! — это Король Люсиан.

— Мы по-прежнему служим только вам, Ваше Императорское Величество! — это вытянувшийся в струнку Лефевр.

Ищу глазами Бошара. Нахожу. Хранитель меня в полуобморочном состоянии. Бледен, трясется, голубые глаза полны слез. Встретившись со мной взглядом, он берет себя в руки и ободряюще улыбается.

— Нельзя вернуть то, что безвозвратно исчезло! — интонация Раймунда изменяется, но остается пугающе грозной.

— Разве исчезло? Неужели безвозвратно? — в вопросах Надзирающего сомнение.

— Разговоры о ней и даже мысли о ней под запретом! — шепотом выкрикивает Раймунд. — У всех и вся!

— Вы о ней?! — осеняет Бернарда. — О ней?! Об этой…

— Молчите! Ни слова больше! — запрет Императора звучит угрожающе. — Ее нет! Ее не существует… больше…

— Она существует! — Король Базиль делает глубокий поклон. — Разрешите, Ваше Императорское Величество… Позвольте, брат мой…

Меня не удивляет ничто из происходящего. После появления отца я вообще ничему не удивляюсь. Жду. Еще надо понять, что с Полинкой… Еще Елена с ее угрозами… Еще фамильяр мой-не мой… Хотя нет, конечно, удивляет. Это руки Императора. Они дрожат. Самый внушительный и представительный мужчина из всех, кого я когда-либо видела. Сильный, нет, могучий. Широкоплечий, высокий, надежный. Мужчина. У которого дрожат руки

— Вы затеяли бессмысленное… — в голосе Раймунда теперь горечь и усталость. — Никто не сможет вернуть…

— Я могу! — это… Фиакр.

— Подтверждаю! — после целой минуты оглушительной тишины, давящей не по-детски на слух, зрение и даже дыхание, произносит Король Базиль и добавляет. — Кроме него — никто!

— Да! Это действительно так! — с глубокой, не понятной мне грустью, подтверждает Господин Надзирающий.

Так… Мой Фиакр… Хорошо, не мой, просто Фиакр… Может вернуть кого-то, кого вернуть нельзя… Интересно…

— На данный момент это так, — ответ отца.

— Вы безумцы! — Император переводит взгляд с моего отца на Фиакра.

— Мы ваши слуги и друзья, — ласково возражает Надзирающий. — Вы же знаете, я не могу предать. Это исключено. Все могут, но Надзирающий и Решающий — нет. Такова природа вещей…

О! Такова природа вещей. Отец вспомнил слова булгаковского Воланда. Только сначала тот сказал: «Ничто в этом мире не меняется». Вот интересно, а в этом мире? Он тот или этот?

— Это просто легенда! — возмущенно восклицает Бернард. — На этом основании считать остальных предателями — возмутительная ложь! Тем более, Его Императорское Величество видит и слышит, кто его предал!

— Время! — напоминает Надзирающий. — Нам нужно ваше согласие на снятие защиты Храма. И еще обещание не применять магию никому, кроме Его Превосходительства Господина Решающего и Вас, Ваше Императорское Величество!

— Клянемся! — хором произносят Короли и Лефевр.

Бернард и Бошар молчат.

— Нам нужно ваше слово! — настаивает Король Базиль, раздраженно глядя на них.

— Я еще не дал своего! — сердится Раймунд. — То, что вы задумали за моей спиной, бессмысленно и не поддается никакому трезвому расчету!

— Причем здесь трезвый расчет? — осмеливается противоречить Надзирающий. — Как раз всё очень зыбко и многовариантно. Нужно не только ваше решение и согласие, но и ее.

— Ее нет в этом мире… — с досадой, сожалением и злостью отвечает Раймунд. — Давайте просто сейчас отправимся во дворец и устроим праздник в честь вашего чудесного возвращения, Господин Надзирающий. Если уж нам никак не удается обвенчать Его Высокопревосходительство с его очередной избранницей.

— Мы столько столетий потратили на то, чтобы вытащить ее сюда! — Надзирающий повышает голос. — Я рискнул всем, прошел через время и миры. Вернул сюда собственную дочь, для которой пребывание здесь подобно смерти! И… ее заманил с большим трудом.

— Хватит! — Раймунд нервно пожимает могучими плечами. — Мы довольно потешили публику! Вам не стереть память придворным! Все они из магических семей. У нашего разговора нет предмета!

— Ну почему же… — глубокий низкий женский голос раздается в тишине Храма.

Вот это да! Елена!

— Вы сняли защиту?! — пораженно кричит Бернард. — Вы… Вы… Вы — предатели!

По мгновенно освободившемуся проходу идет самая красивая на свете женщина. Ее идеальное тело затянуто в черный щелк, идеально блестящий в свете свечей. Идеальная прическа подчеркивает идеальность лица. Оно каждую секунду преображается, меняя цвет идеально красивых глаз.