"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 720

Всё оказалось несколько заумнее, чем в мультике. И труба высотой около десятка метров, а не пяти-шести, как мне представлялось в фильме, и раструбы или расширения у неё оказались на входах-выходах. Возможно, для удобства скатывания споткнувшихся гуманоидов, а возможно, для каких-то других целей. Но для себя я отметил, что в случае неуклюжего падения, выкачусь из трубы довольно комфортно и ни обо что не стукнусь.

«Такие аттракционы в парках нужно ставить и народ веселить, а не только генерировать энергию в пространстве», — подумал я и взял старт.

Для начала раскручивания пришлось забегать чуть ли не на серебристую стену, но потом труба тронулась, и процесс разгона пошёл. Нехитрое, но и нескучное дело. Взяв оптимальный темп для распределения сил на долгое время, я нащупал нужную мне высоту, и углубился в работу, а параллельно с ней в размышления.

Сначала представил себе других инопланетян, потом как они дружно бегают в таких трубах-генераторах, а заполировал целой оравой своих подчинённых, которых я незнамо как провёл на неведомый узловой астероид и заставил вырабатывать так нужную Все-Сети энергию.

Настолько живо размечтался, что не сразу заметил, как начала увеличиваться весовая нагрузка трубы, отчего бежать стало труднее, а мой комфортный пятачок для бега сместился на некоторое расстояние вперёд и вверх. Дальше уже никаких интересных происшествий не произошло.

Бежал, пока справа на табло не включился зелёный символ, сообщивший, что минимально допустимые обороты, рассчитанные на мой вес и энергию, достигнуты, а значит, настала пора возвращаться на Греноли.

Не останавливая монотонный бег, я сменил его направление и удалился из генераторного зала, а потом, после пары заключительных переключений в энергетических щитах, убежал и из Узлового Ха-Да.

— Динамо бежит! — радостно доложил я Образу, когда включил её в работу. — Что ещё можно натворить, пока желание и силы не закончились?

— Спасибо за помощь. Больше никаких сигналов нет. Если ваши планы на просмотр записей не изменились, могу приступить к ПК-обучению. Это аббревиатура Первого Контакта. На случай отсутствия под рукой переводчика или другой Электронной Машины, — бодренько так, врезала по моим спортивным мозгам Образ, окунув вспотевшим от бега личиком в очередное галактическое блюдечко со сметаной.

— Вот, значит, какая благодарность? Я и так трое космических суток маялся и терзался, а вы… Сначала просмотрю и переварю все художества фальшивого Пещерыча, а потом, если задержатся вести от Ватарии, начнём обучение. Шестидесятый допуск, хоть к чему-то да обязывает. И это… Свяжитесь, с кем собирались. Попросите о встрече с настоящим гуманоидом. Только не слишком зелёным и не очень взрослым.

А сейчас я в каюту. После водных процедур вызову вас для просмотра, анализа и комментариев. Договорились? Пора взрослеть и смелеть, — разобиделся я на самого себя и заказал уроки неведомого вселенского мастерства для путешественников по галактике, её параллелям и временам.

Наказал себя за трусость и нерешительность, что в принципе одно и то же.

Пещерные записи

Хорошо помню, что очень долго тогда плескался в ванной. То горячей водой разогревался, то холодной остужался. Думал, что от контрастных струй за пять минут закалюсь и стану смелым и отважным. «Вот сейчас после горячей пойду… Нет, после холодной», — настраивал себя, как незнамо на какой подвиг, но так и не настроил. Напридумывал неизвестно чего, до такой степени пугавшего, что на простую телезапись осмелиться не мог.

— Слово же дал, что посмотрю, — стыдил себя вслух и, как будто, достучался до спрятавшейся храбрости.

Выскочил из ванной, а переодеться-то не во что. Пришлось вытираться и заматываться в одеяло. «Сразу после просмотра – стирка», — напутствовал себя, мол, кино про Пещерыча ещё не самое страшное, что может случиться в жизни космического путешественника.

— Это каюта Головастика. Вызываю Образ. Прошу демонстрацию фильма ужасов и его комментарии, — завёл свой вредный моторчик и глубоко вздохнул, покорившись неизвестности и неизбежности.

Телевизор зазеленел, а через секунду ЭВМ приступила к расспросам.

— Вам только бегство продемонстрировать? Или всё, начиная с момента, когда они что-то для себя поняли и собрались уйти? С переводом я помогу, а вот с изображением Главного Отшельника не очень. Только контур его обведу, и всё. Договорились? Что решили? — наговорила с три короба компьютерная тётенька, но я от волнения ничегошеньки не понял.

— Начнём с конца. Мне по времени понятно будет? Ну, когда именно они смылись? В тот же день, прервав свою сказку? Или ночью, когда вы мне об оборотнях рассказали? — начал вспоминать тот перегруженный эмоциями день, когда и сказка-загадка прозвучала, и откровения Образа, и сон со странной запиской из будущего о невозможности возвращения.

— Всё произошло до нашей с вами беседы. Во время моего тестирования файлов с русским языком, дополненным после анализа записей. Вы пришли уже некоторое время спустя. По большому счёту, моя беседа стала возможной только потому, что никакого влияния со стороны не было, поэтому я рассказала максимально возможное о мире Тичарити, о Главном Отшельнике, о Дарующих.

Воспроизвести вам всё, что случилось в тот день?

— Будьте любезны, — буркнул я и, на всякий случай, отгородился от телевизора подушкой.

Салат переключился, но никакого конца света не произошло. На экране появились три окошка с коридорами, комнатами, мутным облачком, точь-в-точь, как на Куоме, и я не сразу разобрался, что к чему.

Оказывается, Барбария оставалась в своей каюте и разговаривала с Пещерычем оттуда, а он носился по всему астероиду, как теннисный мячик. Вероятно, пытался успокоиться, но даже его стремительные проникновения сквозь пол и стены ему не помогали.

Неожиданно, зазвучало что-то невнятное, а моя помощница сразу же начала переводить на дополненный русский.

— Сейчас Барбария спрашивает о звёздочке-искре, которую они рассматривали при повторном анализе записей с вашими ответами.

«Как такое могло произойти? Тебя же там никогда не было». Спросила она.

«Понятия не имею». Ответил он.

«Некуда нам податься. Некуда! Его родной мир отыскать может только он». Это снова Барбария.

«Я смогу. Отправляйся в гнездо». Ответил дух.

«Один должен всё сделать». Добавил он же.

«Больше не свидимся? А если не найдёшь, что делать будешь? Обратной дороги без меня не отыщешь». Заявила Барбария.

«Найду. Ты же ещё в нашем спектакле главную роль сыграешь. Наделишь его допуском, если ещё не забыла. Потом сам сыщу тебя в гнезде. Там первый перекрёсток, там и свидимся. А сейчас мне пора. Времени очень мало остаётся. Миров с такими признаками не так много, но отыскать их непросто. Дай слово, что продолжишь его обучение. Обмануть его несложно, а значит, можно!» Высказался дух и, как видите, исчез с астероида.

Далее, в тот же час и сама Барбария… Смотрите. Сейчас она выйдет из комнаты… Сейчас в лифт. А вот и её настоящее природное обличие.

Я сначала во все глаза таращился на метавшегося по астероиду облачного Пещерыча, потом на его Барбарию, которая ковыляла-ковыляла старушкой из каюты, а в лифте обернулась в копию моей знакомой Жучки и выбежала из кабины Фортепьяна, прицелившись прямиком в ракушечную стену.

— Вот это кино, я понимаю! — изумился я от короткометражки на неведомом языке. — Это настоящее обличие Природ? Жучки?.. Боженьки-боженьки. А кого же тогда такая природа Димке подарила? «Нуждающийся в магии». Так, что ли, получается? А их кобельки все такие же волшебные или только… Как их назвать? Только самки?

— Вижу, уже сталкивались с чем-то подобным? А с чего вы взяли, что видели дикую Природу? — усомнилась ЭВМ.

— Да с того, что она жила на нашем адресаторе. Шмыгала в пещеру, как к себе домой. И никакими пропусками не заморачивалась. Кобелька своего одному сироте всучила. Вот, собака, так собака. Что же теперь этот кобель с мальцом сделает?.. Спасать нужно Димку. Впору самому головой в стену кидаться, — расстроился я, потому что стал виновником собачьего происшествия со своим крестником.