"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 791

Через минуту Управляющий планетой вернулся с деревянным ящиком, похожим на крупную резную шкатулку с фигурой собаки на крышке. Не говоря ни слова, бывший атласар поставил ношу на стол к ленте, шлангу и бутылке Мёбиуса и убыл по служебному назначению. И убыл с видом оскорблённого, но хорошо воспитанного официанта ресторана для венценосных персон, вынужденного обслуживать случайно разбогатевшего нувориша.

Шкатулка оказалась незапертой, но открыл я её не сразу. Засмотрелся на искусно вырезанную на крышке фигуру Жучки – явно перевёртыша, но не простого, а моего знакомого: с палицей вместо хвоста.

«Кто из собачек гонялся за мной и пугал хвостиком с булавой? Кто у нас Жучка-анкилозавр?» — зарылся я в воспоминаниях о старых добрых временах, бывших до хроноволны, но о Ватре вспомнил только когда заглянул в ларец, действительно оказавшийся бандеролью с моими личными вещами, бессовестно украденными…

Снятыми с меня во время пребывания в мороке, который наступил в момент «подарка».

Подарком было моё яблочное «лечение» Ватарии от всех возможных у Дарующих немощей, недугов и злых рукотворных прилогов вместе взятых. Армавирские туфли, рубашка, штаны, майка с трусами и носками – всё было чистым, выглаженным и благоухало оксидом этилена с названием «Алый Анис».

По какой причине в моей головушке чередой проплывали яркие картины с комментариями всего со мной происходившего давным-давно, в тот момент бандерольного «озарения» или наития – даже не пытался разобраться. Правда, проявив слабость, пару раз поднимал глаза к пустому потолку: вдруг, сходит огненное благословение с лепестками-памятеносами, но тщетно.

«Значит, продолжается моё образование. Учебный процесс. Но на кой изначально меня там раздевали, когда хлопнулся в обморок? Чтобы переодеть в точные копии одёжки из… Протос? Чтобы как можно больше помощников-добровольцев было на мне и вокруг в момент распыления на кварки и протоны? Вот спасибо, парни с сыроварни. Вот это я понимаю. Помогли собраться и в кратчайшие сроки вернуться. И, конечно, совершить возмездие», — кумекал я и радовался за себя, Ватарию с Ватрой, хитроумную и прозорливую Барбарию-Болидию, верных Эсхатос-Протос, пока не очнулся от того, что невесть откуда взявшееся в руке яблоко кусаю в пятый или уже в шестой раз и жую с аппетитом.

— Батюшки-светы! Кто загипнотизировал? — раскричался я незнамо на кого.

«Ой, чуда-ак. Если бы загипнотизировали, ты бы этот подарок хранил, как зеницу ока», — откликнулись Ассистенты, обиженные моим невменяемым предположением.

— Откуда оно взялось? Хранилось в бандероли с тряпьём?

«Переодевайся уже! Скоро хозяин часовни явится. Неудобно получится. А яблоко из Ревелийского сада доешь. Не нужно чтобы гости его увидели. Почуять почуют, но не поймут, что оно особое», — строго внушили мне Всемогущие и я не заставил себя долго уговаривать.

Мигом снял с себя все изношенные донельзя шмотки, оказавшиеся прото-ткаными и псевдо-состаренными копиями и напялил родные, пахнувшие яблочным ароматом вещи. При всём при этом громко хрустел остатками красного яблочка, которым когда-то одаривал Ватарию. Только памятуя об аппендиците, плодоножку с семенами и жёсткие пластинки межплодников вместе с камушком засунул в карман вновь обретённых штанов.

Пока расправлялся с плодовыми уликами, не заметил дематериализацию снятых вещей-пожитков, видавших Очиститель и многолетние «сборы» осколков с фрагментами в единое головастое целое.

— А куда…

Не успел задать детский вопрос, как получил на него «внушительный» ответ: «Домой. Сколько можно командированным служить такому шалопаю!»

— Понял. Ясно. Вижу, — выдохнул под всеобщий «потусторонний» хохот парней и прочих зрителей, явно присутствовавших при судьбоносном моменте переодевания, и, нисколечко не обидевшись, добавил: — Смейтесь на ваше прото-здоровье.

Чехарда продолжается

Хозяин часовни, действительно, явился, но не один, а с гостьей – с командированным переговорщиком Шуркой, как я в шутку представил её паре из куомского ларца. На лицах Ротарика и Александры читалось, что произошло нечто трагичное, сопоставимое, как минимум, с египетскими казнями. По крайней мере, с их кровавым началом.

Что за катастрофа грянула и на какой планете случилась, долго кумекать было не нужно: «Точно. Осечка с вербовкой Дарующей Акварии и её яблони-природы. Накаркал, получается».

— Что её не устраивает, и почему ты не хочешь продолжать переговоры? Толковее можешь объяснить? — пристал атлантид к угрюмой сестрице, не обращая на меня никакого внимания, но Шурка, похоже, снова пребывала в своём тайном месте с бисерными мышами и отвечать не торопилась.

— Плазма что, отказалась? Это же мечта всей её жизни, — спросил я Ротарика, улучив подходящий момент, когда он убирал наглядные Мёбиус-пособия обратно под стол.

— Там всё сложнее. Всё непросто, — не захотел сплетничать бывший атласар.

— А если я с Акварией поговорю? Может, из-за меня кочевряжится? Скажу, что согласен на её яблочную проверку. Пусть испытывает, не пикну! — решился я на неведомый яблочный эксперимент, от которого сбежал пару часов назад.

— Я же сказал: там всё непросто. Появилось… Нет. Изначально имелось непреодолимое препятствие. Затруднение, о котором никто не знал до сегодняшнего дня. Не нужно вмешиваться. Они сами разберутся и всё решат, — продолжил скрытничать Ротарик.

— Ладно. Вы тут развлекайтесь, а я намерен вернуться в двенадцатый приют к цампе в гости. Устал сегодня учиться с непривычки. Как мне на свежий воздух выйти?— спросил я Управляющего с дальним прицелом.

Собрался на эвкалиптовой поляне пообщаться со Всемогущими, вдруг, удастся их разговорить насчёт непреодолимого препятствия, о котором никто понятия не имел до сегодняшнего дня. «Если же получу от ворот поворот, что скорее всего, то проверю свой речной перекат на предмет превращения воды в кровь, как вообразил из-за скорбных лиц Шурки и Ротарика».

— Встаньте в центр тамбура и отдайте команду голосом. Вам потребуется мидэн эпипедо, — провещал несостоявшийся Строитель Галактики, а потом отвлёкся от Шуркиных страданий и добавил: — Мы на эна эпипедо, а вам на нулевой. Там один выход, и алгоритм сработает автоматом.

Но не успел я и шагу шагнуть к выходу из музея, как ко мне пристали недовольные парни с сыроварни: «Ты что задумал, кудесник? Мы не падшие ангелы, поэтому слышим все твои сентенции даже длительностью в наносекунду. Можешь не полировать их… Ах, ты от мира и астры?.. И от ворующих-дарующих? Тогда ладно. Но о планах думай открытым текстом. Это чтобы не было недоразумений».

— Что, прямо сейчас приспичило? — прошипел я Натуркой в её змеином облике, а сам выпорхнул из скриптория и плотно затворил за собой дверь.

«А давай мы тебя в бюро отправим? Там сейчас твой аспид и её застенчивая хозяйка. Рискнём ради благородного дела. Кажется, так у вас выражаются?» — заинтриговали меня Всемогущие, но я отвлёкся на «непадших» ангелов и никак не мог переключиться на бюро благородных и застенчивых рисков.

— А падшие, получается, человеческих мыслей не слышат? — пристал к парням, стоя посреди тамбура, который уже вовсю малевал узоры на экранах.

«Разумеется, не чуют и не слышат. Им слова подавай. Вызовы, заклинания и клятвы только голосом… А тебе это на кой? И что решил? Судьбу испытаешь или ты взаправду проголодался?»

«Испытаю. Испытаю, конечно. Что для этого нужно?» — красноречиво ответил я наносекундами, на всякий не падший случай, правда до конца так ничего и не понял куда и зачем мне нужно прибыть и что-то испытать, чтобы судьба вильнула змеиным хвостом в лучшую для Бытия сторону.

«В бюро нужно зайти. Там твоя Кометия и её оборотень», — чуть ли не по слогам внушили прото-помощники, но причём здесь испытание судьбы так и осталось загадкой.

Пока пытался сосредоточиться и собраться с духом для всенепременно яблочного мытарства, парни активировали вертикальную полосу, прогулявшуюся с одного экрана на второй, и явили дверь в контору Управляющего. Несмотря на то, что был заранее предупреждён о встрече с нахалкой дарующих кровей и её Природой, увидеть эту пару, восседавшую на антикварных стульях, стало сюрпризом.