"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 801

— А вот и она. Сам её разбудишь? — прервал нашу беседу Варвар и протянул Криптиду каменный шар размером со среднее яблоко.

— Вон, землянину отдай. Он знает, как обращаться с охранительной капсулой и с замершим временем, — ни с того, ни с сего заявил Криптид своему крестнику, а у меня от его слов всё похолодело и внутри, и снаружи.

«Проболтались?» — не заботясь о конспирации спросил я по сути всех присутствовавших, потому что разговор о замершем времени был до прибытия Криптида на Эдинис.

«Дихотомия скоро пройдёт. Не спеши», — шепнули мне сразу и сам Криптид, и Варвар, и мир Эдинис.

Такое открытое заявление могло означать только одно: раздвоения не было. Иначе зачем же ставить в известность «подопытного» меня. Знать бы в тот момент, что вот-вот случится нечто куда сногсшибательней, чем рядовое раздвоение или расстройство ОО на три и более…

Как там говорил Варвар? Флоккулы-спикулы?.. Точно, они. Так называемые, гранулы и волокна энергии, из которых состоят и сами протуберанцы, и их отпрыски.

— Почём мне знать, как разбивают… Как запускают замершее время? Сломать шарик – дело плёвое. Но с шариком можно сломать и Воллемию, — кое-как вернулся я в реальность, хотя хотелось в тот момент поиграть в истерический невроз.

— Как думаете, коллега, которая из дихатом общается с нами? — продолжили издёвки Криптид и Варвар. — Положительная половина или скверная?

И ко мне, вдруг, пришло знание о теории дихатом и самой дихотомии. Эфир подсказал, как пить дать. Видно ему в это время совершенно нечего было делать, и он каким-то образом следил за нами – чудаками и шутниками. Особенно за мной, но об этом чуть позже.

Я решил не обижаться на больших «энергичных» дядей и включился в пьесу, которая совсем недавно была трагедией.

— Так Варвар с Гурманом тоже две дихатомы от одного целого. Я их обоих знаю. Только не разберусь, кто из них Партия, а кто Ленин? Кто более матери-истории ценен? Как говорил наш Маяковский, — заявил я Крафтам и старательно скорчил глупую рожицу.

Но Эдинис решил прервать нашу дуэль интеллектов и попросил доверить побудку прекрасной дамы ему.

«Можно мне вскрыть капсулу с Воллемией? А вы продолжайте токовать. У вас хорошо получается. Точь-в-точь как глухари по весне», — подыграл он честной компании, и никто не был против, особенно я, потому что понятия не имел, как разбивают каменные шары с сюрпризной начинкой.

Во время торжественной передачи от зримого Варвара незримому Эдинису сферы с Воллемией внутри снова что-то случилось, потому что Криптид и его крестник забеспокоились и устремили взгляды в сторону, противоположную серой скале.

«Что там опять?» — для порядка послал я в эфир, хотя догадывался, кто замаячил на горизонте, и точно знал имя очередного визитёра. Разумеется, по подсказке. Но не от Парней, а от хозяина этого самого эфира.

— К нам что, едет новый ревизор? — уже голосом спросил у окружавших и услышал звонкую индоктринацию.

«Приближается ещё один плазмоид-невидимка. Ведёт себя как все орбы. Наверное… Вот-вот станет видимым. Дал добро на пенетрацию», — пробубнил планетарный авиадиспетчер и продолжил возиться с капсулой, то подбрасывая её, то вращая в могучих невидимых руках.

Именно в этот момент на Эдинис в гости к Криптиду и Варвару прибыл Гурман, а ко мне… А ко мне старая знакомая тётя по имени Шизофрения.

Не совсем, конечно, она, но распад процессов мышления и эрозия эмоциональных реакций настигли меня точно. Позже мне объяснили, что именно в этот момент случилось моё… Не знаю, как правильно перевести на русский термин «metegkatastasi». Что-то вроде переселения syneidisi, которое сознание. Может, разум с памятью. Разберусь, когда появится свободное от приключений время.

На чём я остановился? Ах, да. Прибытие Гурмана.

Вытянутое по вертикали облачко сперва превратилось в яркую фигуру крафта. Потом летевший энергетик не спеша спустится к нам и стал близнецом-ворующим всё того же английского розлива середины девятнадцатого века.

— Зисе поли, — поздоровался Гурман с честной компанией и уже привычно проигнорировал своего недавнего… Меня.

Кем я для него стал?.. Или был? Но обо всём по порядку.

— Зисе поли, — поздоровались с родственником Криптид и Варвар, по традиции не выказав внешних эмоций.

— И ты живи долго, — приветствовал я очередного зазнайку и уже хотел предъявить претензии за невоспитанность, но, слава Богу, не успел.

По всей видимости этот Ахарисгий, что означает неблагодарный, спросил обо мне или у брата, или крёстного, но те не стали отвечать «родным» для них способом, а заявили во всеуслышание:

— Это же Головастик. Ты разве не в курсе?

Как, собственно, общаются ворующие с их сородичами, я до сих пор не знаю. Всегда удивляло их показное равнодушие и отсутствие хоть каких-то минимальных пароксизмов… Э-э, снова по-гречески начал думать. В общем, не по-людски эти вурдалаки живут и ходят в гости к своим. То есть, к другим энергетическим крафтам.

— Нет, конечно, — заявил о чём-то Гурман, а я окончательно потерял фабулу нашего якобы общего разговора.

Да и «сменившаяся» команда Тимуровцев давно не давали о себе знать ни репликами, ни шутовскими колпаками, ни прочими мудрёными картинками.

— А куда делся Эдинис с каменным цветком? Освободил Воллемию, или по нечаянности раздавил? — спросил я у честного собрания и поймал на себе удивлённые взгляды трио бандуристов, но не стушевался и продолжил трепаться: — Старушка Лика куда подевалась? Жива-здорова или на ремонт сдали? Когда только успели…

— Как думаете, это ещё одна хроноволна, или не выдержала детская психика? — открытым текстом спросил Криптид кого-то из пасынков, а я, наконец, сообразил, что они нисколько не шутят.

— Значит, амулет Протаса заканчивает своё действие, — глубокомысленно провещал Гурман, и от его интонации на моей спине забегали пещерные мурашки.

— Извините, что вмешиваюсь, но у парня нет никакой хроно-амнезии. Наоборот. Он помнит то, чего в нашей реальности не было. Как по-вашему в его голове произошли метаморфозы? — вклинилась в разговор какая-то невидимая тётка, то ли астра, то ли сама недоразбуженная Лика.

— Откуда он узнал о Воллемии? Я даже вам о ней не рассказывал. А ты, Эдинис, не слышала, о чём мы говорили до… Приземления Гурмана?.. Ничего страшного. Всё забудет. В каком смысле, не умеет забывать?.. Это точно не темпоральный парадокс. Сам Протас на прямой связи? Никогда о таком не слышал! — трепался Криптид с крестниками и миром, неожиданно сменившим мужской пол на женский, а я тем временем никак не мог сосредоточиться на творящимся со мною здесь и сейчас.

Ещё какие-то несвоевременные телеграммы посыпались на мою головушку. То отрывок из недавно помянутого мной Маяковского: «Еще горой коронованные главы, и буржуи чернеют как вороны в зиме, но уже горение рабочей лавы по кратеру партии рвется из-под земель».

То о неведомом, но всемогущем дедушке Протасе: «Протас – мужское имя эллинского происхождения. Означает – стоящий в первом строю; передний; передовой». То совсем непонятная абракадабра: «СПОРТСМЕН ЗАЖДАЛСЯ ТЧК ПОРА БАЙ БУДКА ТЧК ТРИ НЕМ МАНТР ТЧК УГОНЩИК СПИНТИРАС».

Когда усердно кумекал над депешей… Точнее, над последней парой слов – понял, что получил известие от самого «Угонщика», который Эфир, который Провидение, который «похитил» главную искру моей души во время её ремонта в Небытии. Ведь спинтирас по-гречески означает «искра», и это был ключ к расшифровке. Скорее всего не первой в моей э-э… Биографии. А Маяковский с его «Партия – Ленин» каким-то образом был энзимом, закваской… Катализатором и включил… Меня. Или мой, гуляющий по Вселенной, разум.

Родную спинтирас впоследствии заменили на «командировочную», которая и довела меня до ручки. До приключений в местном… Скорее всего в местных десмэ с более чем тысячным составом полевых игроков и чудаков.

Чем занимались эти чудаки с протуберанской начинкой, я в то время понятия не имел, и мне было всё равно. Наступил момент моей межгалактической матрикуляции. Моего посвящения в официальные Птенцы Вселенной с правом прямого общения с Директором Ареопага. То есть, с Провидением.