В объятиях космических стражей (СИ) - Валери Лия - Страница 5

Да и не думаю, что рица Маш решила заплатить за наш возврат такие деньги. Одно дело нанять ищеек на Шарабане, другое дело отправить их гоняться за нами в космос.

– Меня зовут Аля. Я землянка, – честно признаюсь своим спасителям.  

Как давно я не слышал собственного имени и не произносила его.

Один из стражей подходит ко мне, снимает шлем, и я встречаюсь взглядом с голубыми светящимися глазами мужчины неизвестной мне расы с синей кожей.

– Идём, – единственное что говорит он, но мне этого достаточно. 

Во взгляде нет ни намека на агрессивность или злость. 

– Моя подруга, она умерла. Не оставляйте её пожалуйста здесь. Она достойна погребения. 

Незнакомец оглядывается на Хою, коротко кивает и берет меня за руку.

Остальное я помню какими-то вспышками. 

В первую очередь меня отправляют в лечебный модуль, который сканирует моё тело и выдает не самые лучшие показатели. И хоть во всем теле слабость и ужасно хочется спать, я стараюсь удерживать внимание на действиях незнакомцев. 

– Гемоглобин ниже нормы, истощение, низкое давление, – успеваю уловить затухающим сознанием слова второго незнакомца. Это темноволосый мужчина, очень похож на землянина. 

– Рабыня? – спрашивает меня синекожий. 

Я молчу, не желая признаваться, но и опровергнуть его слова нет сил. Просто качаю головой.

– Бак, вопросы потом. Дай ей восстановиться. Ты же видишь она на грани. 

И я так благодарна второму, за то, что заступился.

– Дайте мне отдохнуть и восстановиться, и я отвечу на все ваши вопросы, – бормочу едва слышно, даже не знаю слышно ли меня. 

Судя по кивку синекожего понимаю, что всё-таки услышал.

В предплечье впивается игла, затем еще раз и ещё, а через несколько секунд я полностью отключаюсь.

*** ***

(326 сектор туманности Звёздных Псов

Корабль космических стражей Инфинити)

– Твои предположения, кто она? – спрашивает Рэм, разглядывая бледное лицо землянки.

– И без предположений ясно, что это беглые рабыни, – отвечаю ему. 

Беру изящную руку девушки и поворачиваю запястьем наружу. Мои слова подтверждает выжженый лазером узор. Навожу на него графон, и он выдает принадлежность к дому Ха’Дибах планета Шарабан, даже адрес написан куда привезти раба. 

Обо всё позаботились. Нечего сказать.

Рэм смотрит на клеймо с отвращением. Он ещё больший противник рабства, чем я. Достаточно один раз посетить невольничий рынок и желание иметь раба пропадает сразу. 

Хозяин к девушкам относился ужасно. Изможденные это слабо сказано. У землянки вены просвечивают сквозь белую кожу, по ней можно изучать строение скелета.

– И что ты думаешь? – поднимаю глаза на друга.

– А у тебя есть несколько вариантов? – отвечает вопросом на вопрос, вызывая во мне внутреннее раздражение. 

Рэм прекрасно знает моё мнение.

– Если относиться к ней как к товару, как сказано в пояснении, то её надо вернуть на место. 

– Но ты же понимаешь, что она не товар. Ты против рабства, я против рабства. Зачем её возвращать? 

– Мы нарушим шарабанский закон.

– А тебе не плевать? – морщится Рэм.

– Плевать, – соглашаюсь.

– Тогда о чём мы говорим? Решено, землянка останется с нами, пока не найдем способ вывести код с руки.

– Ты думаешь она будет в восторге жить с нами в одном корабле, не имея права его покидать? – это скорее риторический вопрос. 

– Да, скорее всего, она будет не очень рада. Но это получше, чем продолжать быть рабыней. Уверен она так и ответит, когда очнется.

Я оборачиваюсь и смотрю на соседний стол, где в сохранном пакете лежит морянка. Молодая ещё для окончания цикла. Непонятно тогда почему умерла. 

– Землянка выжила, а морянка не дотянула. Странно это, – Рэм будто мои мысли читает. 

– Думаешь, она её добила за еду и воду? – поднимаю бровь.

– Знаешь, Бак, я даже не осуждаю её. Я голодал и знаю каково это. Она была в сложной ситуации.

И я почти согласен с Рэмом, если бы моя мать тоже не была морянкой. Безобидные создания, которые никогда никому не навредят. 

И тот импульс, который я почувствовал исходил от неё. Очень мощный, такой что меня не хило встряхнуло.

 Я почувствовал её боль и отчаяние. Последние два дня мы неслись на гиперскорости. Ещё удивительно, что нашли этот крошечный кораблик без признаков жизни. 

Жаль, что мы не успели вовремя. 

Единственное, что я теперь могу сделать для морянки, увезти её на родину. Не хочу просто избавляться от тела. Надо отдать дань уважения храброму сердцу. Посылающая сигнал была именно такой: храброй и сильной, но ужасно слабой. Я прочувствовал её своими внутренностями, кожей ощутил. И поэтому мне так жаль, что морянка умерла. Будто друга потерял. 

Хоть моя мать морянка, а отец из расы карахов, я всё же многое унаследовал от неё. И то что импульс ощутил, тоже только благодаря крови матери.

– Рэм, я думаю нам надо немного изменить курс. 

– И куда ты решил заскочить ещё? 

Рэм скрещивает руки на груди.

– В Морию. Тело передать. Она заслуживает хотя бы после смерти вернуться домой.

Он кивает, соглашаясь. 

– А как её семью искать будем? Код покажет только имя, которое дал ей хозяин. 

– Может землянка знает? – перевожу взгляд на тонкое хрупкое тело землянки. 

Давай милая восстанавливайся. У меня столько вопросов к тебе. 

Глава 8. Знакомство

Прихожу в сознание резко. Будто меня вернули в моё тело и встряхнули. Открываю глаза. Белый потолок ослепляет, и я снова зажмуриваюсь. Успеваю заметить, что нахожусь в медицинском модуле. Посылаю сигналы во все части тела. Сжимаю руки в кулаки, шевелю пальцами на ногах. 

Чувствую себя намного лучше. Уже и забыла, когда была настолько полна сил и энергии. 

Размыто вспоминаю последние события перед тем, как уснуть. 

Меня спасли два незнакомца. Это хорошо.

Хоя умерла. Ужасно.

Я жива. А вот насчёт этой информации эмоции смешанные, я и рада и в то же время испытываю страх перед неизвестностью. Что если эти незнакомцы ещё хуже, чем Кваш.

Снова приоткрываю глаза и вижу, как в модуль входит высокий, темноволосый мужчина. Он напоминает немного моего мужа Мишу. И в сердце замирает. Даже не немного, а что-то есть в нём такое похожее. Походка. Как плечи расправляет. Бороду поглаживает.

Продолжаю наблюдать за ним из-под опущенных ресниц. 

Он подходит к моей капсуле, несколько секунд смотрит на меня пристально, убирает стекло и неожиданно проводит пальцем по моей щеке.

– У тебя красивое имя Аля, – говорит тихо. – На языке ариарцев это значит хрупкая. 

Он прикасается к моей руке, сжимает пальцы. 

Невозможно притворяться спящей, когда сердце готово выпрыгнуть из груди. И приборы считывают это. Вижу, как мужчина смотрит в сторону, переводит взгляд на меня, улыбается.

– Проснулась? – спрашивает меня, и я приоткрываю глаза больше.

Наши взгляды встречаются. У него карие, почти чёрного цвета радужка. Красивые, полные губы и борода. Редкое явление среди инопланетян.

– Доброе утро, – мягко произносит он. – Меня зовут Рэм. Рэморибо Гактокс капитан, страж первого порядка, – представляется он, всё так же улыбается, смотрит по-доброму и так хочется верить, что все мои испытания закончились и мне, наконец, повезло.

– Меня Аля зовут, – голос хриплый, во рту пустыня.

Откашливаюсь.

– Очень приятно. Как себя чувствуешь?

– Хорошо.

– Сесть сможешь? 

Киваю и пытаюсь подняться, Рэм помогает мне, придерживает за спину. Голова немного кружится, но мне всё же намного лучше.

– Долго я была в отключке? 

– Пять общегалактических суток*. 

– Ого, – тогда не удивительно, что голова кружится. Неделю проваляться в капсуле – это серьёзно. За все полгода рабства отлежалась.

Спускаю ноги вниз, хочу оттолкнуться и встать, но Рэм прижимает меня к капсуле.

– Разбиться хочешь? – сердится. – Не торопись, аккуратно спускайся.