Оракул с Уолл-стрит 7 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 26

Величественное сооружение в неоклассическом стиле с колоннадой и мраморными ступенями служило домом для множества федеральных ведомств, включая Антимонопольный отдел Министерства юстиции. Охранник на входе проверил мои документы и выдал временный пропуск:

— Мистер Стерлинг, вас ожидают на седьмом этаже, кабинет семьсот двенадцать. Лифт справа от входа.

Поднявшись на седьмой этаж, я оказался в длинном коридоре с мраморными стенами и высокими потолками. Двери кабинетов помечены табличками с именами и должностями.

Целая армия федеральных прокуроров, следователей и аналитиков, работающих над самыми сложными делами в стране.

Кабинет семьсот двенадцать оказался просторным помещением с видом на городскую ратушу. За массивным дубовым столом сидел мужчина лет сорока пяти с проницательными глазами и седеющими висками.

Джеймс Макрейди, главный прокурор Антимонопольного отдела.

— Мистер Стерлинг, — поднялся он мне навстречу, — благодарю за то, что нашли время для встречи. Позвольте представить моего коллегу, Роберта Стивенса, нашего специалиста по финансовым картелям.

Стивенс, молодой человек около тридцати лет в безупречном темном костюме, протянул мне руку:

— Мистер Стерлинг, мы внимательно изучили информацию, предоставленную нашими коллегами из Секретной службы. Весьма впечатляющие данные.

Макрейди показал мне кресло напротив стола:

— Прошу садиться. У нас есть многое, что обсудить.

Настало время для следующего этапа операции, превращения Антимонопольного отдела в союзника в войне против Continental Trust.

Глава 11

Антимонопольщики

Кабинет главного прокурора Антимонопольного отдела был обставлен с подчеркнутой скромностью федерального чиновника. Никаких излишеств. Только функциональная мебель из темного дуба, портреты президентов на стенах и книжные полки, заставленные томами законов и судебных прецедентов.

На столе Макрейди лежали стопки документов, перевязанных красными лентами. Дела, которые могли изменить структуру американской экономики.

— Мистер Стерлинг, — начал Макрейди, усаживаясь за стол, — прежде чем мы перейдем к Continental Trust, должен сказать, что ваше дело представляет исключительный интерес для нашего департамента.

Стивенс достал из папки машинописный документ на официальном бланке:

— Мы изучили деятельность Continental Trust в течение последних восемнадцати месяцев. Картина, которая вырисовывается, прямо нарушает Антимонопольный акт Шермана 1890 года.

— Конкретно какие нарушения вы имеете в виду? — спросил я.

Макрейди открыл толстую папку и начал перечислять:

— Раздел первый акта Шермана запрещает любые соглашения, ограничивающие торговлю. Continental Trust заключил тайные соглашения с восемью крупнейшими банками Восточного побережья о разделе сфер влияния.

— Раздел второй, — продолжил Стивенс, — запрещает монополизацию торговли. Continental Trust систематически скупает или разоряет конкурентов с целью установления контроля над банковским сектором.

Я внимательно изучал документы, которые они мне показывали. Качество подготовки было впечатляющим. Федеральные прокуроры знали свое дело и провели серьезное расследование.

— А какие у вас доказательства? — спросил я.

— Показания трех банкиров о принуждении со стороны Continental Trust, — ответил Макрейди. — Документы о подкупе государственных чиновников. Записи телефонных переговоров, полученные через санкционированное прослушивание.

— Но самое главное, — добавил Стивенс, наклоняясь вперед, — нам нужен свидетель изнутри финансовой системы. Кто-то, кто может подтвердить схемы принуждения и незаконного давления на конкурентов.

Я откинулся в кресле:

— Джентльмены, вы понимаете, что я подвергаю себя серьезному риску? Continental Trust не останется в долгу, если узнает о моем сотрудничестве с федеральными органами.

Макрейди встал и подошел к окну, откуда открывался вид на вечерний Манхэттен:

— Мистер Стерлинг, позвольте объяснить правовую базу нашего дела. Continental Trust нарушает не только букву, но и дух антимонопольного законодательства.

Он повернулся и начал перечислять пункты, как опытный лектор:

— Первое. Доказанная монополизация банковского сектора. За последние три года Continental Trust поглотил или разорил семнадцать независимых банков.

— Второе, — подхватил Стивенс, листая документы, — незаконные соглашения о разделе рынков. У нас есть копии договоров между Continental Trust и другими крупными банками о том, кто обслуживает какие отрасли экономики.

— Третье, — продолжил Макрейди, — принуждение конкурентов к продаже активов. Схема всегда одинакова: сначала финансовое давление, потом предложение о «добровольной» продаже по заниженной цене.

Я кивнул:

— А какие санкции предусмотрены за подобные нарушения?

— Уголовная ответственность для руководителей, — ответил Стивенс. — До десяти лет федеральной тюрьмы для каждого участника картеля.

— Штрафы до пятидесяти миллионов долларов, — добавил Макрейди. — Плюс возмещение ущерба пострадавшим в тройном размере.

— И самое главное, — Стивенс посмотрел мне в глаза, — принудительное разделение Continental Trust на отдельные компании. Монополия будет разрушена навсегда.

Цифры впечатляющие. Федеральное правительство готовилось нанести по Continental Trust удар такой силы, какой финансовый мир еще не видел.

— Мистер Макрейди, — сказал я, — какие временные рамки вы рассматриваете?

— При наличии достаточных доказательств мы можем возбудить уголовное дело в течение семидесяти двух часов, — ответил главный прокурор. — Аресты руководителей произойдут одновременно в пятнадцати штатах.

Стивенс достал с полки большую карту США и развернул ее на столе:

— Мистер Стерлинг, позвольте показать вам масштаб предстоящей операции.

На карте красными кружками были отмечены города, где располагались офисы Continental Trust и связанных с ним компаний. Синими — места, где находились основные свидетели и документы.

— Двадцать три города, — объяснил Стивенс, указывая на карту. — Сорок семь руководителей различного уровня подлежат аресту. От председателя совета директоров до региональных управляющих.

Макрейди провел пальцем по карте:

— Операция должна быть абсолютно синхронной. Если кто-то получит предупреждение, документы будут уничтожены, а ключевые фигуры скроются.

— Именно поэтому, — сказал Стивенс, — нам нужна ваша помощь изнутри.

Я изучал карту, мысленно восхищаясь масштабом подготовки:

— А как будет координироваться операция между различными ведомствами?

— Секретная служба отвечает за финансовую экспертизу и арест счетов, — ответил Макрейди. — Мы ведем аресты топ-менеджмента и конфискацию корпоративных активов. Федеральные маршалы обеспечивают физическую безопасность операции.

— Плюс прокуратуры штатов, — добавил Стивенс. — Нью-Йорк, Пенсильвания, Иллинойс, Калифорния. Каждая ведет дела по местным нарушениям.

— А Федеральная торговая комиссия? — спросил я.

— ФТК готовит административные санкции, — объяснил Макрейди. — Запрет на ведение банковского бизнеса, отзыв лицензий, принудительная реструктуризация.

Картина складывалась впечатляющая, против Continental Trust выступала вся мощь федерального правительства.

Макрейди сел обратно за стол и сплел пальцы рук:

— Мистер Стерлинг, теперь о практических деталях. Нам нужно семьдесят две часа для подготовки всех ордеров на арест.

— Операция назначена на шесть утра по восточному времени, — добавил Стивенс. — Кодовое название «Правосудие».

— И самое главное, — Макрейди посмотрел мне в глаза, — после окончания дела вы получите полный иммунитет от всех возможных обвинений. Ваше сотрудничество с правосудием будет отмечено на самом высоком уровне.

Я встал с кресла:

— Джентльмены, остается один вопрос. Какую роль я должен играть в ближайшие дни?