Мой дикий (СИ) - Истомина Аня - Страница 27

Перехожу к рулетке. Колесо раскручивается, и я ставлю без особой уверенности, чисто на интуицию. Красное. Черное. Нечетное. Крупье объявляет результат – я снова выигрываю. Не оглядываюсь, но чувствую, как ко мне начинают присматриваться. Пульс ускоряется, азарт в крови бурлит. Время сливается в единое целое.

Иногда я пасую: на несколько минут покидаю столы, только для того, чтобы выпить кофе и дать возможность другим немного подзаработать. За ночь я выигрываю столько, что это уже выходит за рамки приличия.

Под утро ощущаю, что пора сваливать. Все это было красиво, но такое количество выигрышей не проходит бесследно. Забираю фишки, кассир считает быстро, деньги уже лежат у меня в сумке. Тут только наличка и мне это на руку.

Выхожу на успевшую посветлеть улицу, прикуриваю и иду к охране. Пихаю им по пачке купюр чаевых и молча ухожу.

– Едь в объезд, – доносится в спину. Киваю, затягиваясь и выпуская дым в небо.

Спасибо.

Завожу машину и медленно трогаюсь. Напутствие от охранника воспринимаю серьезно, сворачиваю на объездную дорогу. Радио тихо играет что-то спокойное, а я все еще не могу успокоить бурлящую кровь. Каждый раз как в первый.

Спустя несколько поворотов замечаю черный седан, который, кажется, держится за мной. Сперва думаю, что совпадение, но они не отстают. Ускоряюсь, и они ускоряются. Вот дерьмо. Снижаю скорость и резко ухожу влево на следующем перекрестке, ловя их реакцию. Седан ныряет следом.

Теперь без сомнений — это погоня.

Пальцы сжимаются на руле, ноги сильнее давят на педали. Адреналин бьёт в виски, мысли начинают работать быстрее. Нужно их сбросить. Выхожу на трассу, рву по полосе, а в зеркале заднего вида вижу, как они стараются меня догнать. Дорога впереди пустая, и я решаю использовать это.

Педаль газа в пол, стрелка спидометра рвётся вверх. Улицы пролетают мимо как небрежные мазки на картине. Поворачиваю резко, почти в занос, черный седан мчится следом, но не так уверенно, как я. Проезжаю ещё несколько поворотов, запутывая маршрут. Теперь они уже отстают, теряются. Но вот еще один резкий поворот, затем ныряю в узкий переулок, машину трясет на ямах и выбоинах.

Яркий свет фар снова появляется в зеркале, и я понимаю, что они меня все же видят. Подозрения подтвердились — за мной не просто наблюдают, они готовы преследовать до конца. Проезжаю мимо стройки. В голову приходит идея.

Еще один поворот, резко торможу, глушу фары и ныряю за бетонный блок, оставляя машину в тени. Достаю из-за пояса пистолет и прячусь за стену. Через несколько секунд вижу, как преследователи проносятся мимо, замедляются и разворачиваются.

36. Рэм

Седан паркуется возле моей машины. Из нее выходят двое, но быстро скрываются так, чтобы не попасть под шальную пулю. Тихо переговариваются. Однако, их хорошо слышно. Любое движение, вздох, шорох отдаются эхом в каждом уголке этого места.

Молодые, борзые. Это плюс. Затаив дыхание, наблюдаю.

Один двигается прямо к моей машине, другой идет на проверку территории. Значит, все же решили по-быстренькому разбогатеть, а не по мою конкретно душу. Значит, я все еще инкогнито и это радует. Сжимая пистолет, не шевелюсь. Выжидаю подходящий момент.

Один из них открывает дверь моей машины, сует руку внутрь и вытаскивает сумку. Заглядывает и зовет второго. Тот, который осматривает периметр, медленно приближается к месту, где прячусь я. Его шаги глухие, он почти у цели.

– Да поехали уже, – громким шепотом зовет первый.

Второй оборачивается к нему, громко шикая. В этот момент я резко подаюсь ему навстречу, вырастая из-за спины. Быстрым, выверенным движением бью его по темечку. Обхватываю одной рукой за шею, другой придерживаю руку с пистолетом. В следующий миг слышу грохот выстрела. Пуля летит в меня, но врезается в непутевого преследователя, как в живой щит.

Он начинает обмякать у меня в руках с протяжным стоном. Придерживаю его руку и делаю пару выстрелов из его пистолета в ответ, не целясь. Но опыт не пропьешь. Успеваю увидеть расширенные от удивления глаза прежде, чем второй взвывает, падая на колени и хватаясь за живот. Его крик разносится по переулку, глухой и протяжный. Разжимаю руку и мой щит падает кулем на землю.

Как замечательно все складывается. Даже пистолет светить не пришлось. Подхожу ко второму, нависаю сверху. Он вскидывает голову, злоба и отчаяние смешаны с болью в его взгляде. Наклоняюсь, глядя прямо в глаза:

– Вы чьи? – уточняю, поднимая сумку с земли.

– Ничьи, – хрипит он, заваливаясь на бок.

– Тогда совет: не знаешь, с кем связываешься, – не берись, – голос мой тихий и спокойный, но парня трясет и он закрывает голову руками. Что-то бормочет в ответ. Молитву, кажется, но я уже не слушаю.

Я не буду их добивать. Если смогут вызвать скорую – считай, повезло. Разворачиваюсь и иду к своей машине. Наверняка, выстрелы были слышны в ближайших домах. Время валить.

Вывожу машину из укрытия и обходными путями уезжаю домой. Еду по безлюдной местности. Поворачиваю, выбирая запутанные маршруты, чтобы сбить с толку любого, кто может попробовать меня найти. Пара часов в дороге, и я наконец нахожу место недалеко от дома, где можно оставить машину. Тут нет камер. Теперь пешком прогуляться несколько улиц и я на месте. Завершаю эту часть игры.

Захожу в подъезд. Поднимаюсь по лестнице, слушая свои гулкие шаги. Как можно тише открываю дверь. Вхожу, чувствуя, как будто камень падает с плеч. Раздеваюсь, заглядываю в комнаты. Злата спит, сладко посапывая под одеялом. В комнате Забавы царит тишина. Заглядываю тоже. Спит. Ее дыхание ровное, спокойное. Улыбаюсь про себя, вспоминая, как она смотрела на меня, когда я защищал ее от малолетнего подонка. Закрываю дверь. Иду к себе.

Бросаю сумку с деньгами возле шкафа. Она тяжело падает на пол с глухим стуком. Переодеваюсь в домашний шмот и заваливаюсь на кровать, в надежде вздремнуть до прихода Алисы. Но адреналин в крови все еще пульсирует, отдаваясь гулом в висках. Пытаюсь заставить себя уснуть, но тело напряжено, каждая мышца все еще готова к атаке. Нужно сбросить напряжение. Переключиться.

Встаю, направляюсь на кухню. Вытаскиваю сковородку, яйца, сыр, помидоры. Вся эта обыденная рутина немного помогает, как будто возвращая в нормальный ритм жизни. Стараясь не шуметь, делаю омлет. Он выходит пышным и ароматным. Подсушив тосты, мажу их творожным сыром, добавляю вяленый окорок.

Слышу, как поворачивается ключ в двери. На мгновение останавливаюсь, потом ставлю сковородку и выхожу встречать свою труженицу. Алиса стоит на пороге. Вижу в ее глазах усталость, но при виде меня они светятся радостью. И это, твою мать, непередаваемый кайф! На меня так никогда и никто не смотрел. Она просто счастлива, что я есть.

Это вызывает у меня почти физическое облегчение. Подхожу, помогаю снять кардиган, потом усаживаю на пуфик и медленно стягиваю туфли. Алиса морщится.

– Устала? Давай помогу. – присаживаюсь, беру ее ступни в руки, начинаю массировать. Алиса издает тихий стон, прикрывая глаза от удовольствия. Он пронзает меня, как электрический разряд. Непроизвольно начинаю заводиться, в штанах сразу становится тесно. Но я держу себя в руках, отстраняюсь и зову ее на кухню.

Нельзя трахать уставшую женщину. Надо ее сначала накормить, расслабить, а потом уже можно и просить большего.

Завтрак уже готов. Алиса садится за стол, я пододвигаю к ней тарелку с омлетом. Смотрю, как она пробует и закатывает глаза. Я и сам знаю, что это вкусно, но мне приятно.

– Как дела? – уточняю негромко.

Она устало улыбается:

– Тяжелая ночь. Несколько экстренных кесарево. Я устала, как собака. – Алиса продолжает есть, а я просто смотрю на нее и чувствую, как мне тепло рядом с ней. Мы будто настоящая семья. Понимаю, что, когда придет время, мне будет очень сложно отвыкать от всего этого.