Радиоактивный ветер - Колентьев Алексей Сергеевич - Страница 49

Остров был меньше предыдущего, и вместо пулеметных гнезд здесь были оборудованы стрелковые точки, прикрывающие тропу и вероятные опасные направления. Всего числом три, и все пустые.

– Э! Хайдар… – Нас заметил часовой, стоявший возле наполовину вкопанной в грунт пятнадцатиметровой трубы с герметичной овальной дверью со штурвалом запирающего механизма. Думать было некогда, поэтому я ответил:

– Салам!

И как только дух опустил автомат, Андрон положил дружелюбного часового короткой очередью в грудь. Тот завалился на бок, открыв доступ к двери.

Я дал команду на зачистку, прошло десять минут от заявленных на отсрочку.

Штурвал повернулся легко. Внутри было все как обычно: тесный коридорчик, койки в два яруса, санузел и пункт наблюдения. На нижней полке справа лежал искомый алхимик. Даже сквозь маску я почувствовал запах гниения. Но парень был жив, он повернул в мою сторону шишковатую голову и чуть улыбнулся:

– Вы пришли меня убить? – Голос пленника был слабым и ломким, как тонкий ледок на луже осенним утром.

– Если хотите, можно и это организовать. Но будет лучше, если вы пойдете с нами. Ваши коллеги просили вытащить вас отсюда и передали со мной привет и гостинцы. – Я поставил перед носом алхимика чемоданчик, который мне дал посредник, и взял Измененного на прицел (мало ли, что он задумал).

– Линии вероятности сплелись причудливо сегодня.

Пленник поднялся, открыл чемоданчик и вынул оттуда два артефакта неизвестной мне конфигурации. Оба они излучали изумрудный свет. Потом было мерзко: пленный просто расстегнул свой прорезиненный комбез и его грудная клетка раскрылась. Оттуда выпали два угольно-черных комочка, вонь в помещении усилилась. Алхимик вставил оба артефакта себе в грудину и застегнул комбез.

– Спасибо вам, кто бы вы ни были. – В голосе измененного слышалось облегчение. – Еще сутки, и все было бы бесполезно. Сколько времени у нас есть? Мне нужно чуть-чуть полежать.

– У вас пять минут, пока мы тут все осмотрим и подготовим.

– Этого хватит, я буду готов вовремя. Благодарю вас. Брат Изменяющих, почему ты помог мне?

– Сейчас это не имеет значения, для разговоров еще будет время.

Дверь приоткрылась, заглянул Михай. Сложив указательный и большой пальцы правой руки в колечко, я показал ему, что заряды заложены.

– Ставь таймер на двадцать минут, уходим через пять.

– Есть, командир!

Надо же, я стал командиром даже для людей Якоба. Такое бывает, если тот, кто ведет, принимает верные решения. Люди начинают верить тебе, заодно у них прибавляется веры и в свои собственные силы. Н я-то понимал, что шансы на то, что удастся выйти без потерь, у нас исчезающее малы. Кольцо окружающих нас рейдерских команд сжималось с каждой минутой.

Алхимик уже поднялся с койки и вышел вслед за мной на воздух. Облака плотным одеялом покрывали небо, не давая лунному свету пробиться к земле, и это было нам на руку. Такие вещи я всегда считал добрым знаком. Михай юркнул в убежище. Выматерился от души из-за шибанувшего в нос запаха и, провозившись пару минут, пулей вылетел назад.

– Все, время вышло. Пора сматываться.

Обвязав алхимика веревкой вокруг пояса и пристегнув конец троса карабином к своему ремню, я дал команду уходить.

Уходить пришлось в темпе – судя по радиоперехвату, «ciчевые» отрезали возможные пути отступления с островов к Могильнику, как наиболее вероятному из всех возможных направлений для отхода, и старались по мере возможности перекрыть пути к колючке. Последнее было явно излишним: вояки слушали эфир и скорее всего уже подтягивали группу оперативного маневренного резерва, чтобы принять прорвавшихся с той стороны периметра. Духи, сидящие в секретах, на некоторое время задержат нападавших. А приготовленный мною сюрприз спутает карты преследователям.

На южном острове все было готово к отходу: Буревестник и его ребята отлично справились, перетаскав трупы в штабную палатку и залив все «сахарином». Гореть такая смесь будет весело и очень долго и не даст возможности опознать тела медэкспертам, если тушки духов будут переправлены в подходящие для экспертизы условия. Хотя после того, что намечается, вряд ли до этого дойдет.

Все собрались у схода на южную тропу.

Никто не пострадал, ни один боец не был ранен. Расход боекомплекта в пределах пяти процентов – это отличный результат. Теперь следовало наметить план отхода, старый полетел к чертям. После того как обстановка изменилась и «ciчевые» начали окружать подходы к лагерю, пришло время для запасного варианта. Воевать против роты хорошо вооруженных рейдеров в мои планы не входило. Чего бы эти гаврики ни хотели от Халида, меня это никоим образом не касалось. Карта у противника скорее всего тоже имеется, и там наверняка отмечено большинство проходов к островам. Отход по заброшенной гати не годился по двум причинам: нет никакой уверенности, что наше движение не засекли скауты «ciчевых» и не приняли нашу компанию за духов. А коли так, то уж точно оставили там пару человек и заминировали подходы. Если мы выйдем в том месте, то тут же станем легкой мишенью (в трясине с узкой тропинки особо не сойдешь, перестреляют, как в тире). А могут дать нам выйти на берег и тогда взорвут что-нибудь противопехотное. «Тяжелых» добьют, кого-то допросят и все равно кончат. Этого, конечно, могло и не произойти, однако положение не способствовало принятию рискованных решений. Все наши надежды были на умение Тихона и маленький отвлекающий маневр, который если не заставит штурмующих свернуть операцию, то уж точно отвлечет от нас внимание.

– Что будем делать? Похоже, нас обложили. – Якоб подошел ко мне, пока группа уничтожала последние следы нашего пребывания в лагере.

– Пойдем на юго-восток, мимо их порядков по правому флангу, и выйдем в район пустошей. Место открытое, но я знаю одну подземную нору. Туда «ciчевые» точно не сунутся. Врать не буду – местечко очень странное. В прошлый раз я там наткнулся на одну непонятку.

– Что за место? – Видно было, что Буревестник встревожен не на шутку и перспектива новых рисков его раздражала. – Опять наобум полезем?

– Ну, можно попробовать сдаться «ciчевым». Выйди в эфир, попроси не стрелять или геройски попробуй прорваться. Они этого только и ждут, братишка.

Наемнику стоило больших усилий не сорваться и не послать меня куда-то очень далеко и глубоко. Поиграв желваками и потеребив ремень карабина, он нашел в себе силы еще раз спросить, но уже спокойно:

– Ладно, говори уже. Где это?

– Когда я был тут в поиске, наткнулся на спуск в подземелье. Судя по всему, это военный объект, законсервированный и давно заброшенный. Спуск метров на пятьдесят под землю, потом глубина увеличивается. Там был какой-то старатель, на картах у всех это место обозначено как опасное, но дальше раздевалки персонала «первооткрыватель» не полез, поставил метку о крайней опасности подземелья и свалил. Рейдеры за нами туда не пойдут. Там действительно есть нечто непонятное. Один я бы повторно туда не полез. Но нас девять человек, думаю, справимся.

– Что там сидит? – Якоб уже сообразил, что местечко с подвохом. Но деваться было некуда: если даже мы и вырвемся из окружения, Волна застанет нас в чистом поле. А это – верняк сожженные мозги, если не чего похуже.

– Точно не знаю, я пристрелил какую-то змееголовую тварь. Зеленая чешуя, ловко лазит по отвесным стенам. Возможно, их там штук десять-двадцать. Но, может, и обойдется все… Кроме того, есть у меня задумка одна. Может, даже еще хабара поднимем, если дверь тамошнюю откроем. Одному было не поднять это дело, а так и Волну пересидим, и заодно благосостояние улучшится.

На лице приятеля мало что отразилось, но новые способности позволили мне проникнуть в его намерения. Предательства он не замышлял, по крайней мере пока что. С запада донесся звук парного взрыва: противопехотки, «клейморы», судя по звуку. Потом спорадический огонь: пять и два в ответ, все «иностранцы». Скорее всего, это передовое охранение наступающих рейдеров зашло на управляемое минное поле, кто-то сдох, а теперь духи добивают раненых и тех, кто пытается вытащить своих раненых из опасной зоны. Значит, счет открыт и на некоторое время духи займут штурмующих. Еще строенный взрыв с юго-запада и северо-востока. Обкладывают грамотно, но рейдеров больше, и если желание прижать Халида достаточно велико, оборону сомнут уже через десять минут. Потом духи отойдут к лагерю и, обнаружив трупы приятелей, ударятся в панику. В трясину сразу не бросятся, пойдут по тропам, где их встретят наши гостинцы. А когда «ciчевые» придут в лагерь, будет еще один сюрприз. Но это уже без нас, нужно уходить.