"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Троян Михаил - Страница 522

— Но как? — улучив момент, спросила я.

— Повезло, — ответил эльф, — здесь же и комнатку сняли на втором этаже.

— Действительно, повезло.

— Нам Ферт помог. Он хозяина таверны знает, и как раз тут был, когда мы насчет работы спрашивали. Порекомендовал по-дружески.

— Он в курсе?

— Если и так, виду не показал, — пожал плечами эльф, — беспокоится не стоит, марги своих не выдают.

Появление Микласа с красной розой в руке, вызвало бурю зависти у девчонок. Корни, обалдевшая от такого жеста, повисла на оборотне, позабыв о благоразумии и твердом до недавней поры решении, держать парня на расстоянии. Дело в том, что на Альвадисе красные и розовые оттенки редкость. Причем весьма дорогая. Цветы такого колора выращивались в специальных, закрытых от местного солнца оранжереях, и хранились исключительно за счет магии.

Вскоре в таверне стало совсем тесно. Людей (и нелюдей тоже) набилось столько, что яблоку негде упасть.

— Не знала, что «Питон» пользуется такой популярностью, — заметила я между очередным поднятием стаканов.

— Так, артисты сегодня будут, — пояснил Ферт, — нам повезло. А Криош, старый мошенник, хотел цену поднять. Еле уболтал. Мы, видите ли, лучшие места заняли.

Огневик не договорил, когда публика разразилась радостным улюлюканьем. На сцене появились музыканты и дамочка, разнаряженная в шелк и перья. Зычный голос конферансье (или зазывалы?) объявил о том, что мы все удостоились великой чести слушать дивный голос самой эсте Лаомани, великой и несравненной певицы, известной в пяти империях.

Не соврал мужик, стоило этой эсте Лаомани запеть, как мы все превратились в слух. Низкий сочный голос завораживал, манил за собой, увлекал. Простые слова песен проникали в душу, цепляли, вызывая желание слушать еще и еще. После каждой композиции мелкого роста мужичок во фраке и смешной шляпе с пером, обходил посетителей, собирая в эту самую шляпу щедро сыплющиеся монеты. Те исчезали в недрах головного убора и не звенели, не высыпались даже тогда, когда человек надевал его на голову.

В какой момент Анька оказалась за нашим столиком на коленях у Теши, я не заметила. Ребята ограничились многозначительными ухмылками в адрес эльфа, а девчонки были слишком увлечены выступлением.

Не так быстро, как от пива, но и от вина мне вдруг приспичило пообщаться с природой. Цапнув Аньку за руку и шепнув о своей проблеме, стала протискиваться к выходу. Ник дернулся было за мной, но сел на место, остановленный Тешей, догадавшимся о причине столь стремительного ухода. Анька завела меня в укромное место за сараями, попутно рассказывая о сегодняшних событиях. Оказалось, что найти работу, где бы к молодой одинокой девушке никто ни приставал с непристойными предложениями, оказалось непростым делом. Даже присутствие Тевория рядом не служило гарантированной защитой от домогательств. Если бы не Ферт, до сих пор искали и ночлег, и работу.

Возвращаясь обратно, мы уже миновали ползала, когда я остановилась как вкопанная. Резко развернувшись, чуть не сбила поднимавшегося с лавки воина.

— Эй, девочки, — тяжелая лапища легла на талию, — садитесь к нам.

Не успела пикнуть, как оказалась на коленках у амбала. Анька тоже сидела рядом с не менее здоровенным мужиком.

В чем дело? — уставилась на меня подруга.

Там, — показала глазами на наш столик.

Анька украдкой оглянулась, и тут же прижалась к незнакомцу, спрятавшись за его могучим торсом. А как тут не спрячешься, когда за столом сидит не кто иной, как декан Смерти? Еще и с Клодой в придачу. По вытянутым постным лицам друзей было понятно, что вечеринка окончена. Под бдительным оком демона сложно вести себя непринужденно. Миклас молнии метал, бросая взгляды на незваных гостей. Корни растерянно теребила розу. Остальные изображали живейший интерес к тому, что показывал на сцене сменивший эсте Лаомани фокусник. Для маргов эффектные номера коллеги, рассчитанные на простую публику, представлялись детскими забавами. Транер же сидел с невозмутимым лицом, и только смешинки в глазах выдавали его настроение.

От нахлынувшего приступа ревности у меня потемнело в глазах.

Надо же! Не стесняется выставлять напоказ свои отношения с Клодой, а та и рада стараться. Вон, вся сочится злорадством и превосходством.

— Держи, — сунули мне в руку стакан. Машинально глотнув, тут же закашлялась. Граппа обожгла горло. — Вот, закуси, — перед носом возник солененький огурчик. Не смогла отказаться. — Умничка, — похвалил громила, — меня Здором кличут, а тебя как звать?

— Ал-кха-кхе-е-на…

— Ална? — меня по-хозяйски похлопали по спине и огладили бедра, — поднимемся наверх?

— Нет, — дернулась я, — ты не так понял. Мы не по этой части. И не одни здесь.

— Аррия! Неблагодарная девчонка, — обращаясь к подруге, возник рядом лысоватый мужик с пивным животом, — я тут с ног сбился, а она с посетителями прохлаждается. А ну, марш работать!

Рывком выдернув аракну из объятий мужчины, хозяин таверны подтолкнул девушку к подсобке. Анька, одернув фартук, юркнула за дверь.

— Мне тоже нужно работать, — вскочила я и ринулась вслед за Аркханной, пока опешившие мужики не опомнились.

— Эй! Куда? — послышался за спиной огорченный рык Здора.

— Куда? — взвизгнул Криош, видимо, сообразив, что вторая девица, то есть я, у него не работает, и, стало быть, мне нечего делать в подсобке.

Анька уже успела куда-то спрятаться, а я, слыша настигающие тяжелые шаги, сунулась в первую попавшую дверь.

— Простите, — пробормотала я, столкнувшись нос к носу с той самой эсте Лаомани, — не выдавайте! — умоляюще уставилась на женщину.

Если найдет хозяин таверны, то выставит за дверь. И первым, кого я там встречу, будет озабоченный Здор. С ним бы я справилась, шарахнув каким-нибудь заклинанием или проклятием. Но использовать магию, значит, нарваться на внимание тер Шатейяна. А видеть его рядом с другой сил нет. Знаю, что ничего не светит, а совладать с эмоциями не могу.

— Сюда, — показала на ширму певица.

— Эсте Лаомани, — послышался голос за дверью, — откройте.

— В чем дело? Я не одета.

— Мне нужно проверить помещение. К вам никто не забегал?

— Одну минуточку, — тянула время женщина, — что умеешь делать? — спросила меня шепотом.

Я уставилась на спасительницу, не понимая, что она имеет в виду.

— Петь, танцевать, фокусы показывать, шпаги глотать?

— Танцевать, — выбрала то, что действительно могла.

— Зовут как?

— Алена.

— Будешь Алианной, — нарекла эсте Лаомани и распахнула дверь, — эст Криош, — расплылась в фальшивой улыбке, — проходите, смотрите. Кроме меня и Алианны, никого нет.

Я спряталась за ширму, категорически не желая оттуда выходить.

— Кто она? — ткнул мужчина пальцем на силуэт за ширмой.

— Алианна танцовщица. Готовится к выходу. Это ее первый раз, волнуется очень.

— Что ж, посмотрим, — уставил руки в боки хозяин таверны, — следующим номером будет ее танец. Заодно и проверим.

— Вы считаете, что я лгу? — процедила эсте Лаомани, — да как вы смеете…

— Смею, Лани, смею. Пока долги не отработаешь, все смею, — усмехнулся мужчина, — но если она провалится, то за обман долг увеличится вдвое.

Хозяин таверны ушел, предупредив, что у нас на подготовку десять минут.

— Ну, что, Алианна? Справишься? — спросила эсте Лаомани, устало опустившись в кресло перед роскошным трюмо, — если нет, мне придется работать на этого барыгу целый год.

— Много вы ему должны?

— Беда в том, что деньгами это не измеряется. Да и не мой это долг. А… — красавица махнула рукой, — неважно. Будет мне уроком. Давай приведем тебя в порядок, — опомнилась она после минутного раздумья.

Женщина подала мне платье. Я с удивлением принялась рассматривать его. Наряд, состоял из тонкого свободного сарафана, расшитого серебряной нитью. Длиной по щиколотку и объемными рукавами, он скрывал все тело.

Угу, все нормально. Подумаешь, единственная мелочь — ткань прозрачная.