Тактик 3 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 42

Народ и знать совершенно не понимали, что происходит.

Кто-то даже решил, что это часть шоу, или что степняк сошел с ума, или что боги разгневались. Все зрители здесь были просто стадом. Испуганной, дезориентированной, неуправляемой толпой.

Но для нас, для сотен моих бойцов, рассредоточенных по всей арене, этот сигнал был звуком горна, призывающего к атаке. Это был приказ. Для бойцов с гномьими арбалетами, затаившихся на крышах. Для штурмовых групп, прячущихся в тёмных проходах между секторами. Для отрядов, блокирующих выходы. Для нас, стоявших в нескольких шагах от эпицентра взрыва.

Хаос был не побочным эффектом.

Он был декорациями нашей части выступления, потому что мы к нему были готовы.

Беснующиеся, ничего не понимающие зрители были нашим лучшим союзником. В упорядоченном мире мы были бы просто горсткой заговорщиков, которых легко вычислить и уничтожить. Но в мире, где рухнули все правила, где сам король лежал умирающим на глазах у своего народа, мы, организованный фактор, были способны натворить дел.

Мы становились теми, кто этот хаос направляет. Теми, кто оседлает эту волну паники и направит её на остатки прогнившего режима.

Я видел, как гвардейцы, стоявшие в ложе, наконец-то пришли в себя. Их первая реакция — шок. Вторая — ярость. Они выхватывали мечи, пытались построить какое-то подобие защитного периметра вокруг тела короля и перепуганной знати. Они искали врага. Конечно, на короля никто уже не нападал, но в них срабатывала привычка и выучка.

Они смотрели вниз, на арену, на Хьёрби, который всё ещё стоял с луком в руках, как статуя мщения. Они думали, что угроза там. Они не понимали, что угроза повсюду. Что они уже в котле. Что крышка захлопнулась.

Рядом со мной Рэд коротко кивнул. Его лицо было спокойным, сосредоточенным, как у хирурга перед сложной операцией. Гномы-квизы, Мурранг и Хрегонн, молча перехватили поудобнее свои огромные боевые молоты. В их глазах не было ни страха, ни радости. Только работа, которую нужно выполнить.

— Начинаем, — проревел голос Рэда, обращённый сразу ко всей Арене, команда такой громкости, что на миг перекрыла нарастающий гул.

И в этот момент с неба на королевскую ложу обрушился стальной ад.

Это началось внезапно, без предупреждения. Без подбадривающих криков, а разбойники привыкли не голосить, а лупить из засады, начался обстрел ложи.

Просто сухой, отрывистый щёлк десятков арбалетных тетив, слившийся в единый, смертоносный треск.

В чем один из принципов фокусника? Пока все смотрят на его таинственные телодвижения или там, на его не сильно одетую помощницу, он пинком достаёт из коробка кролика.

И пока все смотрели на битву двух воинов, наши парни заняли позиции на крыше и верхних ярусах арены, откуда сейчас открыли прицельный огонь по королевской ложе.

Это не была беспорядочная стрельба. Это был шквал. Под конец операции сюда были стянуты все сколько-нибудь свободные бойцы Рэда со всех концов города.

Гномьи арбалеты, мощные, точные, смертоносные, били по одной-единственной, чётко обозначенной цели — по «клыкам», личной гвардии короля, столпившейся в центре ложи.

Элитные воины Коннэбля, пять десятков отборных головорезов в лучших воронёных доспехах, которые мог купить король за деньги своих налогоплательщиков, оказались в западне. Они были лучшими в рукопашной схватке, они были верны и бесстрашны. Но они были пехотой, пойманной на открытом пространстве под перекрёстным огнем.

Они были обречены.

«Идеальная зона поражения, — мелькнуло в моей голове. — Никаких укрытий. Цели сгруппированы. Полное огневое превосходство. Отрицательный эффект концентрации. Ачивка » Рыба в бочке ' разблокирована'.

Короткие, тяжёлые арбалетные болты с жутким свистом резали воздух. Они были похожи на рой разъярённых стальных шершней. Я слышал глухие, чавкающие удары, с которыми они пробивали металл в тонких местах брони, а также, когда поражали сочленения.

Видел, как лучшие доспехи королевства лопаются, словно яичная скорлупа. Видел, как болты, выпущенные с близкого расстояния, пробивают насквозь шлемы и кирасы, входя в тело с отвратительным влажным звуком.

Гвардейцы падали один за другим, даже не успев понять, откуда ведётся огонь. Один, стоявший на краю ложи и пытавшийся разглядеть что-то в толпе, вдруг дёрнулся, схватился за горло, из которого торчал чёрный болт, и рухнул вниз, на песок арены.

Другой, прикрывавший своим телом перепуганного принца, получил три болта в живот и упал замертво, придавив собой своего подопечного. Третий, поднявший щит, чтобы прикрыться, взвыл от боли, когда болт пробил дерево и пригвоздил его руку к щиту.

Паника, до этого момента сдерживаемая дисциплиной, вырвалась волной.

Благородная знать, сидевшая в ложе, до этого момента чувствовавшая себя в полной безопасности, вдруг осознала, что смерть пришла и за ними. Они с визгом и воплями бросились бежать.

Но бежать было некуда. Единственный парадный выход из ложи был завален телами гвардейцев и перепуганных аристократов. Началась давка. Лорды и леди, ещё минуту назад изыскано обсуждавшие фасон платьев и ставки на гладиаторов, теперь топтали друг друга в слепой попытке спастись. Их крики смешивались с хрипами умирающих гвардейцев и сухим треском арбалетов.

Цербер, находившийся в центре этого ада, был единственным, кто сохранял хладнокровие. Он рухнул на пол, сцапал стол и закрылся им как щитом, не пытаясь корчить из себя героя, держась в стороне от умирающего короля и кучки гвардейцев, вместо этого отчаянно пытался разглядеть, откуда ведётся стрельба.

Он всё ещё пытался анализировать. Всё ещё пытался найти выход. Но выхода не было. Он был в центре моей огневой воронки.

Огонь был невероятно плотным. Мои арбалетчики не жалели болтов. Они стреляли, перезаряжали, стреляли снова. Их целью было не просто убить гвардию. Их целью было подавить любое возможное сопротивление, деморализовать выживших, создать максимальный хаос и прикрыть нашу штурмовую группу. И они справлялись с этой задачей идеально. За какие-то полминуты от полусотни элитных гвардейцев на ногах осталось не больше двух десятков. Они сбились в кучу в центре ложи, прикрываясь щитами и телами своих павших товарищей, и отчаянно огрызались, выпуская редкие стрелы из своих луков вслепую, в сторону верхних ярусов. Но это была агония. Они уже проиграли. Они просто ещё не знали об этом.

Пока наверху, в королевской ложе, разворачивалась кровавая бойня, и арбалетные болты, как дождь, поливали остатки гвардии, мы начали наш штурм.

Мы не лезли напролом через парадный вход, заваленный телами и обезумевшими от страха аристократами. У меня был другой план. Более тихий, быстрый и эффективный.

Ещё во время подготовки я видел, что кроме парадного входа есть ещё и дверь для прислуги и свой «чёрный» коридор.

Через неё официанты носили королю вино и закуски, через неё же выносили грязную посуду и мусор. Дверь была деревянной, не слишком прочной, и охранялась всего двумя стражниками, которые, скорее всего, сейчас либо сбежали, либо пытались понять, что происходит.

Наша штурмовая группа — я, Рэд и братья-квизы под прикрытием всеобщей паники и шума боя, обогнула арену по нижнему ярусу. Зрители, обезумев, бежали прочь от ложи, создавая идеальный хаос, под прикрытием которого мы действовали совершенно незаметно. Мы двигались против течения этого человеческого потока, как ледокол, ломающий лёд. Но никто не обращал на нас внимания. Все были слишком заняты спасением собственных шкур.

Мы добрались до нужного коридора. Как я и предполагал, он был пуст. Двое охранников, услышав крики и звуки боя, банально бросили свой пост и сбежали. Перед нами была простая дубовая дверь. За ней — ад, в котором прямо сейчас решалась судьба королевства.

— Готовы? — коротко спросил я, вытаскивая свой меч.

Рэд молча кивнул, его мечи уже были обнажены. Мурранг и Хрегонн переглянулись и одновременно хрустнули костяшками пальцев. Их лица были непроницаемы.