"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Шаман Иван - Страница 618

Дядя Володя выключил телефон и сказал мне:

— Олег в экспедицию уезжает. Предлагает тебе либо с ним, либо остаться у него на квартире.

У дяди Олега в порядке исключения была квартира при университете, и дед не сильно возражал, потому что тетя Алла деверя ненавидела. У нее были на то причины: в результате срабатывания одного древнего артефакта оба моих дяди теперь не могли иметь детей. И если на дядю Олега ей было наплевать, то собственный муж для нее был залогом будущего, которое сейчас опиралось на весьма шаткое основание в лице Владика.

— Лучше с ним, — решил я.

— И правильно, — ожил дядя Володя. — Одному в пустой квартире одиноко. Я тебя отвезу. Только… — он замялся. — Давай по черной лестнице спустимся, чтобы не на глазах у деда.

В этом он был весь: доброе дело может быть совершено, только если никто не узнает, потому что в противном случае ему докажут, что дело было не добрым и направлено против рода Вьюгиных.

— Без проблем, — согласился я.

— Тогда возьми еще что-нибудь. Все равно никто не узнает.

— Нет уж, дед сказал — одна сумка, значит, так тому и быть.

— Вторую я понесу. Если что, бросишь здесь, — предложил дядя Володя. — Все самое нужное у тебя с собой. Но дополнительная футболка или штаны лишними не будут, ведь так?

Не дожидаясь моего ответа, он вытащил вторую мою сумку, поменьше, с которой я ездил на соревнования, и сам принялся ее заполнять, торопясь, чтобы нас не застали за этим делом. Правда, хоть он и говорил про футболки, но заполнял в основном обувью. Две пары кроссовок и высокие зимние ботинки прикрыл пуховик. Похоже, дядя был уверен, что я сюда не вернусь.

— Да не надо…

— Надо, надо. Твой дед если разозлится, может приказать все оставшиеся вещи уничтожить. Тебе наград не жалко?

Награды я оставил все. В сумку они бы все равно не влезли, пришлось бы выбирать, что оставить.

— Новые получу. Эти все равно детские.

— Ну как знаешь. Пойдем?

— Пойдем.

Я даже осматриваться на прощание не стал. Умерло так умерло. Ключ от комнаты я оставил в замке. Пусть что хотят, то и делают. Владику при желании сжечь ничего не удастся, он у нас больше по тому, чтобы что-то заморозить. Да и то сказать морозит криво, как будто магия льда ему не родная.

В коридоре дядя остановился, прислушался и на цыпочках пошел к черному ходу, в котором вероятность встретить кого-то из нашей семьи была нулевой. Мог бы и не осторожничать: из гостиной доносился нудный голос тети Аллы, прерываемый возмущенными возгласами деда, который никак не успокаивался из-за того, что все пошло не так, как ему хотелось бы. Ну простите, Слуга Рода накладывает слишком много ограничений, чтобы кто-то на моем месте в здравом уме согласился принять это на себя.

До машины дяди Володи мы дошли без приключений. Сумки полетели в багажник, мы сели в машину, и я уже начал думать, что на этом все, но на выезде нас остановил охранник и, сильно смущаясь, сказал:

— Василий Дмитриевич приказал изъять у Ильи Евгеньевича ключи, карточку и телефон.

— Я же говорил, — пробурчал дядя.

Я молча вскрыл телефон, чтобы достать симку. Телефон относился к личному имуществу и был мне подарен на последний день рождения, но, скорее всего, расчет как раз и был на то, что я вернусь и стану что-то доказывать, после чего дед предложит компромиссный вариант, который не будет устраивать никого. Странно, что про ноут забыли. Наверное потому, что интернетом дед почти не пользуется, а вот звонит постоянно.

Телефоном со всего маху я лупанул по дороге, отчего он разлетелся на несколько частей, ключи и карточку я передал охраннику, после чего ворота распахнулись.

Глава 2

Дядя Олег, можно сказать, сидел на чемоданах, полностью готовый к отъезду. Чемоданов было три, но зная моего родственника, можно было с уверенностью сказать: по большей части там оборудование и артефакты, а не личные вещи. Дядя Володя всунул мне в руки пакет с купленным по дороге телефоном и смущенно сказал:

— Ну, вы тут как-нибудь без меня разберетесь, а я поеду.

— Скандала боишься? Вовка, да что ты такой бесхребетный? Вы пацана в никуда выставили, а ты голову в песок, как страус, суешь, лишь бы ничего не видеть и не делать. Алка загнобила не кого-то постороннего, а твоего родного племянника.

У меня претензий к дяде Володе не было. Он не только помог мне выбраться из дома с дополнительными вещами, довез до дяди Олега и купил телефон, но и снабдил наличкой, снятой поблизости от салона связи.

— Не тронь Аллу, — нахмурился дядя Володя. — Это не она, а отец.

— А то мы не знаем, под чью дудку он поет. Алка его подлечивает, вот он и чудит в ее пользу. Илья — сын Софьи, единственное, что от нее осталось, а вы с ним так по-скотски поступили.

— Все, я на эту тему разговаривать не буду, — разозлился дядя Володя. — Да, Алла тебя не любит, но согласись, у нее на это есть причины.

Чтобы оставить последнее слово за собой, он выскочил из квартиры и захлопнул дверь, как обычно уходя от неприятного разговора самым простым способом.

— Как можно быть таким бесхребетным? — покрутил головой дядя Олег. — И ведь понимает, что эта крыса мутит, но всегда на ее сторону становится. Ладно, проехали. — Он махнул рукой, приглашая меня пройти в гостиную, и продолжил не раньше, чем мы сели: — Рассказывай, что случилось.

— Дядя Володя тебе все рассказал. Дед предложил либо клятву слуги Рода, либо вон из Рода.

— Причина?

— Я Влада дверью стукнул, не скажу, что случайно, но думал, что двину по лбу, а расквасил нос. Влад дверь в мою комнату к косяку приморозил. Наверняка рассчитывал, что я опоздаю.

— Куда?

— Дед сегодня запланировал обсуждение нашего будущего с Владом.

Я скривился. Хорошенькое обсуждение получилось. Прям все как Владику хотелось. И будущее еще туманней, чем раньше.

— То есть, как обычно, Владик тебя подставил. Вопрос — по собственной инициативе или по матушкиной.

Нелюбовь между дядей Олегом и женой дяди Володи давно уже стала семейным анекдотом. В чем они только друг друга не обвиняли. Самым серьезными обвинениями со стороны тети Аллы было намеренное нанесение вреда ее мужу, а со стороны дяди Олега — порча тетей Аллой того самого взорвавшегося артефакта. Якобы не должно было случиться от его срабатывания таких последствий. В это можно было бы поверить, если бы пострадал один дядя Олег, но своему мужу тетя Алла гадить бы не стала.

— Он сам по себе придурок. Ему чужих инструкций не надо, чтобы сделать пакость.

— Что ты хочешь? С такой-то наследственностью, — опять намекнул дядя Олег на тетю Аллу. — Все равно со стороны отца слишком резкое решение. Точно больше ничего не было?

— Если и было, то я о том не знаю.

У дяди Олега пиликнул телефон, он глянул на пришедшее сообщение и присвистнул.

— Дед официально выгнал тебя из рода, с занесением во все реестры, — сообщил он, глядя на меня с состраданием. — Слов нет, одни нецензурные выражения. Что делать будешь?

— Уж не возвращаться на их условиях, — зло сказал я. — Родительское наследство как-нибудь вытащить бы. Боюсь, до моего двадцатипятилетия от него ничего не останется.

— Возможно, от него уже ничего не осталось, поэтому и пытались провернуть со Слугой Рода. Сейчас вытащить что-либо нереально, разве что ты войдешь в другой род или создашь свой.

Я скептически хмыкнул. Свой можно было создать, либо имея дар больше десятки и уникальную технику, либо дослужившись до полковника. Рода, возникшие в результате второго варианта, все равно считались второсортными. Те же Зыряновы, к которым принадлежала Дашка, историю рода имели совсем крошечную и, хотя пользовались всеми правами Родов, веса не имели, потому что родоначальник добился этого выслугой, а не силой Дара. Главное — личная сила, вот поэтому дед за Владика и уцепился. Что же касается другого рода, то туда с моим уровнем меня разве что на таких же условиях возьмут, как теперь во вьюгинский. Как бы не получилось, что известное дерьмо меняю на неизвестное, которое окажется куда хуже.