"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Шаман Иван - Страница 838

«Более ранняя клятва приоритетней», — сообщил Песец, с интересом прислушивающийся к нашему разговору.

— А вы уверены, что он не давал клятву кому-то до вас? — спросил я. — Да и клятва дается роду, можно убедить и себя, и других, что действуешь ему на пользу.

Шелагин с Грековым переглянулись, но промолчали, не желая меня впутывать в сложные взаимоотношения внутри княжества. Кажется, их помощь не будет такой значимой, как я думал. И возникает необходимость проследить еще за одной персоной. И это при том, что я уже и без того не знаю, как мне обеспечить пригляд за всеми фигурантами. Захотелось подойти к стене и постучаться в нее головой. Вдруг поможет? Мысли там структурирует или еще что…

— Ну и бардак у вас, — неодобрительно сказал Олег. — Уж простите.

— Простим, но у самих-то… — огрызнулся Греков. — Можно подумать, у Вьюгиных полный порядок.

— Мы не Вьюгины, мы Песцовы, — гордо напомнил дядя. — И у нас все в полном порядке. Во всяком случае, мы понимаем, что происходит. Хотя не имеем сил повлиять.

— А и были бы? Поперли бы в лоб на Живетьевых?

— Вернемся к Прохоровым, — нетерпеливо бросил княжич, прерывая их пикировку. — Илья, ты сможешь с них снять блок?

— Если он есть. Давайте сначала посмотрим. Когда они приезжают?

— В четверг следующей недели.

— Вот тогда и будем решать. А пока давайте хоть минут пятнадцать потренируемся.

В голове была полная каша. Вещи, в которых я был уверен, на поверку оказались весьма сомнительными, а навешанные ярлыки нужно было срочно снимать и переписывать. Получается, только Греков до конца отстаивал сторону моей матери…

Тренировка получилась достаточно скомканной, поэтому куда менее эффективной, чем могла быть. И честно, я бы предпочел проводить ее без свидетелей, чтобы отрабатывать нужные связки. Что-то я могу проверять на Изнанке, но тут проверка для меня безопасна.

— Илья, что-то нам еще нужно знать? — спросил Шелагин, когда я собирался уже размыкать защиту.

— Живетьев планирует убить княгиню, — неохотно сказал я. — Смерть должна выглядеть для всех естественно. Что под этим подразумевается, не знаю.

— С чего вдруг убить? — удивился Шелагин. — Ты ничего не путаешь? Они же любовники.

— С его стороны любви нет, только обязанности. Он ее давно хотел убить, но бабушка не разрешала.

— Бабушка не разрешала, — заржал Греков. — Какой внимательный внучок.

— А сейчас разрешила, — не поддержал я его несерьезного настроя.

— Ты уверен, что они не засекли твое прослушивание и не слили дезу, чтобы выяснить, кто это делает? — спросил Шелагин.

— Как я могу быть уверенным, если не знаю их возможностей?

Собственно, я и говорить не хотел, потому что до жизни княгини мне дела не было, а знала она все равно мало. По справедливости, ее вообще давно надо было приговорить, да не одну, а со всей живетьевской кодлой.

Больше я говорить ничего не стал, и мы с Олегом ушли, но недалеко. Уже около машины нас нагнал Греков.

— Илья, ты же на заказ алхимию делаешь?

— Ваши нужды не закрою, работаю один. И делаю самое простое.

— Мне сложное не нужно. Быстроту, регенерацию, ночное видение… — В общей сложности он перечислил с десяток наименований, все мне знакомые. — Возьмешься?

— У меня нет лицензии, — напомнил я. — И времени тоже нет.

— На что это ты его тратишь?

— На учебу. — Я вздохнул. — Пробники сделаю — посмотрите, устроит или нет. Откажетесь — не расстроюсь. Деньги мне особо не нужны.

— Первый раз вижу человека, которому не нужны деньги. Во вторник привезешь пробники свои?

— Посмотрим. Обещать не буду.

Попрощавшись с Грековым, мы уехали. Вроде и не тренировались сегодня почти, а состояние было общей измочаленности. Обычно разговорчивый Олег тоже притих. До поселка мы доехали в молчании, и я уже предвкушал отдых, но перед шлагбаумом нам под колеса бросился Шмаков-старший, истошно вопя и размахивая руками, как ветряная мельница лопастями.

— Игорь Сергеевич, у меня висит регистратор, — зло сказал Олег, едва успевший затормозить, — поэтому обвинить нас в намеренном наезде вам не получится.

— И в мыслях не было, Олег Васильевич, — затараторил Шмаков, угодливо улыбаясь. Со вчерашнего дня с его поведением случились разительные перемены. — Илья Евгеньевич, мы же решили с вами вчера вопрос и вас нет ко мне претензий?

— С чего бы нет? Дуэль была проведена с нарушением правил, а вчера мы урегулировали только вопрос с возвратом вам артефактов. По нему у нас претензий нет. Деньги мы тоже получили. Рады, что вам удалось найти нужную сумму сразу, а не растягивать выплату на весь год.

— Мы имели право выставить за себя другое лицо, — с отчаянием сказал Шмаков. — По Дуэльному кодексу.

— Так и я имел, но вы не дали мне возможности воспользоваться этим правом.

— Можно подумать, оно вам бы понадобилось — вернулся Шмаков к своей обычной манере, но тут же спохватился и опять залебезил: — Мне бы не хотелось, чтобы между нашими родами остались недоговоренности или вражда. Шмаковы не хотели ссориться с Песцовыми, поверьте, Илья Евгеньевич.

Временами в его голосе проскакивало недоумение: он четко понимал, за кого ему прилетело, но не мог взять в толк почему. Чем вдруг так важен оказался для княжеской семьи новый род, отколовшийся не от самого сильного провинциального рода Вьюгиных.

— Верится с трудом, — вмешался в разговор Олег. — Игорь Сергеевич, уйдите с дороги. У нас был сложный день.

— Но мне нужно, чтобы вы подтвердили, что у вас нет ко мне претензий! — визгливо выкрикнул он.

— У меня есть к вам претензии. Вы пытались убить моего племянника.

— Я имел на это право. В смысле не убивать Илью Евгеньевича, а заменить сына на человека, имеющего нужные навыки. Заметьте, они ему не помогли.

— Но не потому, что вы этого не хотели.

Шмаков промолчал, но по его виду было понятно, что если он и жалеет, то только о том, что наемник позволил себя угробить, не выполнив то, за что ему заплатили.

— Игорь Сергеевич, с дороги, — раздраженно бросил Олег.

— Мне бы хотелось немного снизить напряженность между нашими родами, — заблеял он. — Зная об интересе Ильи Евгеньевича, я приготовил небольшой набор вещей Древних. Все, что было у нашего рода, — все отдаем, чтобы закрыть вашу обиду, и не попросим взамен ничего. Даже благодарности. Андрей!

Шмаков-младший выскочил из родительской машины как чертик из коробки. Точнее, чертик с коробкой. Большой такой коробкой и, судя по тому, с какой натугой он тащил, тяжелой. На лице Андрюши было написано непонимание ситуации и смирение со случившейся вселенской несправедливостью.

— Мы не хотели, — прохрипел он из последних сил. — Илья, это все в твою коллекцию. В знак извинений с нашей стороны

— С дороги не уйду, пока не примете, — твердо сказал Шмаков-старший. — Это вас ни к чему, совсем ни к чему не обязывает.

— Тьфу ты, идиоты, — сплюнул через окно Олег. — Ставьте в багажник и проваливайте.

Шмаков-младший дотащил коробку до багажника и впихнул его внутрь, при этом старший даже на шаг от машины не отходил, так что я на всякий случай просканировал содержимое коробки, но ни работающих артефактов, ни взрывных устройств не обнаружил, так что расслабился. А то от Шмаковых любой подставы ждать можно. Так же подумал и Олег, потому что когда мы въехали в гараж, сказал:

— Прежде чем тащить дальше, просмотреть надо.

И вскрыл коробку, которая оказалась заполнена почти полностью неработающими артефактами. Я прям себя почувствовал работником ремонтной мастерской. Ни одного контейнера не оказалось, зато на дне обнаружилась жестянка с модулями. Яркими красивыми модулями со всякой ерундой. Например, с курсом расстановки мебели в соответствии с принципами веры, о которой сейчас никто не знает. То есть теоретически, это знание было бы интересно историкам. Но практически передавать им я не собираюсь. Остальные модули были в том же духе, так что я забросил их назад и решил, что подношение Шмаковых такое же бестолковое, как и они сами. Коробка до завтра могла постоять в гараже, а потом я планировал отвезти ее на Изнанку: если я не вижу следящего заклинания, это еще не значит, что его нет.