"Фантастика 2025-115". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Янковский Дмитрий Валентинович - Страница 1378

Сара, паря над нами, комментировала происходящее почти шёпотом:

– Это модерновая постановка «Проклятие и Шелк». Свободная трактовка трагедии любви между охотником и его жертвой. Местами аллегория, местами биографическая отсылка к нашему пауку Жану…

Она кивнула на постановщика в желтом шарфике. А я же подумала о том, что по сравнению со страстями нечисти моя личная жизнь в общем-то отдыхает в плане драматического накала…

– Это… – Дар чуть приподнял брови и с усилием проглотил смешок, – просто великолепно. Вашей труппе место на столичных подмостках.

Я уже не могла говорить от еле сдерживаемого смеха. Настолько их представление было забавным и искренним. Пауки подпрыгивали, кружились, менялись ролями, то падали в обморок, то читали друг другу письма с видом величайшей трагедии. Шарфик лимонного цвета трепетал, как знамя, на пауке-постановщике.

Главная героиня, исполняя заключительный монолог, поднялась на задние лапки и изрёкла с дрожащим голосом:

– И если в следующей жизни я буду мухой, а ты – снова пауком… То пусть твоя паутина будет только для меня!

И под аплодисменты своих соплеменников он грациозно кувыркнулся с края стола – точно по сценарию. Кто-то из пауков даже подбросил крошечные обрезки розовых лепестков – от цветов из моего зимнего сада, которые стали жертвой деятелей искусства.

– Браво! – Сара вытерла глаза кончиком закладки.

– Вот, я же сказала, что надо поменять последнюю сцену. В первом варианте не хватало чувств, а сейчас даже я пустила слезу, – произнесла Марель.

Мы с Даром от души похлопали, и смущенные пауки откланялись. За ними ушли закадычные подружки, оставив нас наедине.

Лорд Ибисидский склонился к моему уху и спросил:

– И часто у вас такие выступления?

– Периодически, – призналась я с улыбкой. – Эти пауки театралы-драматурги, а в лавке остались те, что ставят балет. Однажды они станцевали даже моей тетке…

– Никогда не был поклонником балета, но сейчас во мне проснулось очень сильное желание исправить это упущение!

Мы еще некоторое время пили чай и доедали завтрак.

– Я постараюсь вернуться к вечеру, но к сожалению, ничего не обещаю, – начал Дар, поглядывая в окно. – У меня сегодня ряд важных переговоров. Нельзя слишком долго оставаться мёртвым, а то еще объявят самозванцем. Или еще чего придумают.

– Например? – я отложила вилку и нож.

– Срочно выдадут замуж Эву и назначат себя наследниками моего состояния, – озвучил мэр недавние умозаключения Сары. – Или, еще интереснее, притащат двойника, это возможно даже проще, чем долгие церемонии с моей названой дочерью. И окажется, что двойник подписал пару бумаг о передаче собственности. Нельзя так рисковать.

Он взял мою руку, поцеловал пальцы.

– Постарайся не волноваться, – произнес, не выпуская мою ладонь.

– Я постараюсь, – сказала я. – Но ты тоже будь осторожен.

Он кивнул, неохотно встал и пересек комнату. Оказавшись почти у двустворчатых дверей, остановился. Посмотрел на меня через плечо… Очертания его фигуры начали расплываться, таять, и через секунду Дар исчез в мягком синем сиянии.

Я осталась одна. И странным образом – не растерянная и не встревоженная, а неожиданно полная энергии.

И я, как разумная хозяйка, немедленно принялась за дела.

Во-первых, подписала наконец всё, что лежало в ящике стола с позавчера.

Во-вторых, отдала распоряжение об организации праздника Рождения Весны в деревне. Близилась дата, нужно было уже готовиться – закупать необходимые продукты, продумать досуг… И так как это первый праздник, который я организую на своих территориях, то хотелось привнести что-то новое. А именно – фейерверк. Конечно, как в столице не получится, но будет все равно красиво.

В-третьих, прошлась по периметру поместья и зарядила все энергетические столбы не основного, а дополнительного контура.

А ещё… меня не тошнило. Впервые за эти несколько дней. Я даже с аппетитом пообедала!

Но ближе к вечеру в сознании начала просыпаться до сего дремавшая тревога.

Сначала было просто ощущение, что день слишком тихий. Потом появилось чувство, будто за мной кто-то наблюдает, хотя я была одна в кабинете. От этих дум сердце начало биться быстрее, а переживания, которые словно прорвали плотину, было не остановить.

Дар ушёл. Один. Вернулся в столицу, где его могли ждать враги. Это очень опасно.

А у нас будет ребёнок.

Я положила руку на живот. Внутри всё сжалось от сковывающего по рукам и ногам страха. Не за себя – за него. За нас. И в этот момент поняла: я не могу просто сидеть и ждать. Но что именно делать, я ещё не знала.

* * *

Солнце уже клонилось к горизонту, разливая по полу мягкий золотистый свет, когда в кабинете затрепетал воздух. Я оторвала взгляд от бумаг, которые вяло пыталась читать, и посмотрела в центр комнаты. Магическая рябь вспыхнула едва уловимым сиянием – и в следующее мгновение на этом месте оказался Дар. В привычном светлом костюме, который подчеркивал ширину его плеч, с уверенной осанкой. На его лице читалась тень усталости, но в серых глазах было спокойствие.

– Адель, – позвал он, и внутри меня поднялась волна тепла.

Я не раздумывала ни секунды – вскочила с кресла. Локтем задела стопку, и бумаги посыпались на пол. Но я даже не посмотрела, что именно уронила, и бросилась к нему. Прижалась всем телом, оплела его торс руками и только тогда выдохнула. Тревога, которая пружиной собиралась внутри, начала распрямляться.

– Как дела? – прошептала я.

– Лучше, чем могло бы быть, – пробормотал он. – День был… насыщенный.

– Я так рада, что все в порядке.

– Я тоже, – ответил он, коснувшись губами моих волос.

Некоторое время мы просто стояли, не отпуская друг друга. Потом Дар поцеловал меня в висок и добавил:

– Я сначала в душ. А потом всё расскажу.

Пока он мылся, я приказала слугам накрыть на двоих в столовой. Ужин был простым – жареная птица, тушёные овощи, свежий хлеб и ароматный чай с травами. Мы устроились рядом – наши колени иногда соприкасались под столом, а пальцы то и дело встречались, когда мы тянулись к бокалу или к чашке.

Дар ел с аппетитом. Видимо, днем, из-за дел, времени на еду особо не было. Я наблюдала за ним, радуясь, что он просто рядом.

Вдруг я заметила небольшую царапину на виске Одара. Практически затянувшуюся, он явно пользовался заклинанием… но утром ее точно не было.

– Откуда? – тихо спросила я.

Он, к счастью, не стал увиливать.

– Небольшой конфликт с союзниками. Я победил, – сказано это было явно с глубочайшим удовлетворением.

– Победил, – эхом откликнулась я. – Это хорошо.

Когда мы доели, слуги убрали со стола, принесли нам чай и удалились. Тогда я наконец набралась храбрости и заговорила:

– Ты уверен, что тебе вообще нужно воскресать?

Он поднял бровь, не сразу поняв, о чём я.

– В смысле?

Я поставила чашку на блюдце и пояснила, глядя на него:

– Посмотри, как всё обернулось. На тебя было совершено покушение, погибли твои подчинённые. Ты сам выжил, как я понимаю, только благодаря тому, что никто не подозревал о твоих способностях.

Он вздохнул и ответил твердо, не терпящим возражения тоном:

– Я знаю, что делаю, Адель.

– Угу… жив-здоров-орёл, – фыркнула я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

– Если бы я не был уверен в своих силах, я бы этого не начал.

И тогда мои нервы сдали. Я поднялась со стола, прикусила от досады губы и сжала кулаки, сдерживая огонь, который вспыхнул в венах.

Выдохнула.

– Но ты не можешь знать, что случится завтра! – мой голос стал громче. – Разве это покушение входило в твои планы?

– Я рассчитал, что подобное может произойти, – спокойно отозвался мужчина и с усмешкой добавил: – И, как видишь, со мной всё в порядке. Смею тебя заверить, что умирать я пока не собираюсь, тем более при нынешних вводных.

Прелестно! Я едва зубами не скрипела от злости.