Герои порядка (СИ) - Немченко Александр - Страница 62

— Я не настолько удивителен, как ты можешь подумать, и уж точно не стою чьего-то восхищения. Мне просто повезло. Если бы не случай, то так бы и остался никчемным неудачником.

— Это не так, — возразила Иллин. — В жизни любого есть удачи и неудачи. А если кто-то утверждает, что у него лишь сплошные неудачи, то он, видимо, просто концентрируется на них и не замечает подворачивающихся случаев. Или замечает, но, понимая, что для этого нужно будет вставать с удобной постели и что-то делать, просто махает на них рукой. Под стоячий камень вода не течет.

Идущая в нескольких шагах впереди Ласка, обернулась. Нашего разговора она не слышит, глянула с подозрением, правда не решилась нарушить строй.

— Просто для того чтобы подвернулся случай, нужно не сидеть, а что-то делать, к чему-то стремиться, а когда это случится — хвататься за шанс и увеличивать усилия, чтобы не упустить его. Я слышала, что на твоем пути было много препятствий, много опаснейших моментов, в том числе тех, где удача отворачивалась от тебя. Но ты продолжал бороться и находить выходы.

Она повернула ко мне голову. Я покосился. Наши взгляды встретились. Щечки на лице Иллин запылали.

— Так что не надо себя принижать. Ты сильный и удивительный человек, возможно в прошлом это было не так, но неважно, что было в прошлом, важно, что в настоящем. Если человек всю жизнь был неудачливым и никчемным, но потом прожил остатки жизни ярко и умер как герой, то его запомнят как героя, а если человек жил благородно и поступал как герой, а под конец превратился в мразь, творящую зло, то таким он и войдет в историю. Так что, Тим, ты великий человек. И главный аргумент заключается в том, что в детстве мне одна колдунья предсказала, что человек, в которого я влюблюсь, будет чужеземцем, а еще он будет великим и невероятным.

Она смущенно улыбнулась, а мое сердце сжалось еще сильнее, но я взял волю в кулак и произнес:

— Я понимаю, Иллин. Хорошие аргументы. Что ж, тогда не буду считать себя неудачником.

Она усмехнулась, но глаза ее требуют ответа, а не этих пустых слов. Я вздохнул, отвел взгляд. Похоже, придется расставить все точки над «ё», как бы я ни хотел этого избежать.

— Иллин, еще ты должна знать, что я женат. Я люблю Ласку и только ее. Так что ответить на твои чувства не могу.

Иллин хмыкнула, губы растянулись в улыбке, и она сказала:

— Понимаю…

Ее голос дрогнул, а улыбка чуть померкла, в уголках глаз блеснули слезы, она спешно отвела взгляд.

— Блин. Я ожидала этих твоих слов, думала, что стойко выдержу это, представляла, как хмыкнув, выдам лихую фразу, но не могу… не могу… слезы сами идут, в груди больно и пусто. Я понимала, что шансов нет еще с самого начала, а потом, когда изучила ваш мир, то даже теплящиеся надежды исчезли. И все же… мне не стоило влюбляться, но сердцу не прикажешь…

Она отошла чуть в сторону, вытерла глаза, сделала глубокий вздох. Я тем временем поймал несколько заинтересованных взглядов и один подозрительный от товарища Иллин — мечника Ларса.

Выйдя из леса, мы спешно двинулись к расщелине. Двигались почти бегом — на открытой местности нет тайных троп, так что нас могли заметить. Впрочем, орки сюда не заходят, но лишняя предосторожность точно не помешает. Слева и справа я заметил другие группы, что шли параллельно нашему маршруту.

Всего мы разделились на пять групп — практически весь состав гильдии, оставшийся после боев в секторе Си-10. Еще парочка таких замесов и у нас не останется людей, а ведь наша гильдия считается сильнейшей. Страшно представить, какие потери понесли другие.

Разлом в земле приблизился, раздался в стороны, но оказался не таким большим, как я представлял его. Метров двести в ширину и около двух десятков в длину. Вниз уходят отвесные стены и лишь в одном месте небольшая тропа, опускающаяся вниз. Внизу кромешная тьма. Оно и понятно, потому что даже в округе темно, словно сейчас не день, а поздний вечер и виной тому черные облака, закрывающие небо. По ним пробегают зеленоватые молнии, и кажется, вот-вот пойдет дождь.

— Здесь мы расстанемся, — сказала Иллин. — Мы разобьем небольшой лагерь, укроем его заклинанием отвода глаз и будем ждать вас. Но если не сможете вернуться сюда, то идите к другому выходу, там команда Невиля.

— Кхм, — раздался слева кашель Ларса.

— Что? — спросила Иллин.

— Мы не можем связаться с Невилем, — сказал он.

Илли нахмурилась.

— Опять, небось, забыл установить в держатель правильно кристалл связи. Эх, вроде опытный разведчик, а порою допускает такую небрежность. Ладно, попробуем вечером связаться еще раз. Если не получится, придется посылать птицу, — произнесла она, затем обернулась к Шестерне. — В общем, не беспокойтесь и продолжайте набирать сил. Не торопитесь, главное, чтобы свести потери к минимуму.

— Нас это не устраивает. Мы будем стремиться обойтись вообще без потерь. Ладно, надеюсь, мы не задержимся надолго, — произнес Шестерня. — Так, народ, за мной.

Разведчики пошли впереди, у каждого в руке по факелу. Я же извлек прибор ночного видения. Так как я и аватар и человек, то могу использовать такие устройства, тогда как тем, кто входит в аватары с помощью вирт-капсул, возможность использовать данные приборы недоступна. Конечно, если бы подобные аналоги создали на базе мира разлома, тогда другое дело. В принципе, можно попробовать озаботиться подобным.

Спуск продлился минут десять, после чего мы зашли в широкую пещеру. Судя по карте первого этажа, которую предоставили альвы, в самом начале нас опасность не ожидает. Да и в целом на первом этаже если не нарываться на огромную толпу, то опасаться особо нечего. Тройка альвов, по словам Иллин, способна справиться с любым монстром на первом этаже. Сколько всего этажей, никто не знает. Нет карты даже второго, потому что все экспедиции альвов, что отправлялись туда, уже не возвращались.

Я открыл карту. Первый этаж весь в сотнях пещер и тоннелей, словно муравейник какой-то. Каждая пещера размером с футбольное поле, если не больше. Тут и там помечены примерные ареалы обитания тех или иных монстров. На первом этаже в основном человекоподобные крысы, огромные змеи, а также разного вида насекомые размером с человека.

«Так, впереди проход. В конце него пещера. Зачищаем ее и ставим базовый лагерь», — пришло сообщение от Шестерни.

Надо сказать, что проходы тоже широкие, потолок высокий и тут вполне можно сражаться. Температура здесь даже чуть выше, чем на поверхности, хотя я ожидал, что будет холод.

Впереди я заметил выход. Ассасины рванули вперед, а идущие следом воины с факелами замерли. Я глянул на карту, где зелеными точками отмечены союзники, что спешно двигаются по огромной пещере.

«Враг»

«Враг»

«Враг»

Сразу три доклада одновременно. Тут же перед каждой зеленой точкой появилась красная.

Мы вошли в пещеру. Шестерня выслал ассасинам подмогу в виде воинов и лучников. Мне тоже хочется пойти вперед и хотя бы посмотреть на монстров, но, видимо, мои атаки слишком шумные и могут привлечь лишнее внимание.

Впереди послышались щелчки тетивы, резкие выдохи воинов перед ударами, а также скрежет металла и хруст, словно там ломают ветки деревьев.

Идущая в нескольких шагах впереди Ласка резко обернулась.

«Враги, сзади!»

Я мгновенно взмыл вверх, развернулся и увидел перед собой огромного размера летучую мышь. Из раскрытой пасти вырвался оглушительный писк.

Получен звуковой удар.

Получено 1200 урона. Наложен статус малая дезориентация, −10% к ловкости на 20 секунд

Перед глазами аж слегка задвоилось. Судя по низкому урону, это была магическая атака.

Монстр взмахнул крыльями, собираясь сесть на меня, но я выставил в его сторону перчатку. Мощный хлопок воздуха, монстра разорвало на мелкие части. В летящую следом еще одну летучую мышь подобно шрапнели ударили мелкие кости, мясо и кровь.