"Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Гладышев Сергей А. - Страница 384

   Подобно своему коню, царь исчез в клубах дыма, и вскоре о призраке напоминали лишь два наконечника с тамгой Фарзоя, один из которых слегка светился золотым, а другой - серебристым светом. Осталось насадить их на длинные прочные древка. Эти копья, как и всякое сильное волшебное оружие, нельзя было употреблять против обычного врага. Для боя же с драконом их должны были взять Вишвамитра и Сигвульф - самые сильные из русальцев.

   По лесу шла корова. Большая, откормленная. Темно-серая, лоснящаяся шерсть ее отливала зеленью, напоминая речную воду. Корову погоняла ореховым прутиком женщина с распущенными светлыми волосами. Ростом - раза в два ниже коровы. Два волка, глядя из-за кустов, тихо переговаривались.

  -- Ну и корова! Не меньше Индрика-зверя.

  -- Я и не слышал, каков он из себя. Не его ли единорогом зовут?

  -- Ты в своей пуще не слышал, а я сам видел. На Печоре-реке. Большой, косматый. И не рог у него, а два клыка громадных и хобот. Редко он из нижнего мира выходит.

  -- Видно, и эта гора ходячая не из нашего мира забрела. А баба эта не иначе как ведьма. Пуганем их?

  -- Пуганешь, как же! Корова нас обоих на один рог насадит. Поглядим лучше, куда они идут.

  -- Да прямо к Ручанской долине, к устью. Она к самой Писе выходит. Не на нашу ли дружину хочет погнать ведьма скотину свою? Бежим, донесем воеводе и князю. Или самому царю.

   Два оборотня прибежали к Ардагасту в тот момент, когда их сородичи докладывали ему:

  -- Солнце-Царь! Впереди две засады. Против устья Ручанской долины в лесу затаились конные галинды. А в долине, посредине ее - Прибыхвал с дружиной и вся шайка Медведичей.

   Еще два серых разведчика, нур и ятвяг, принялись наперебой рассказывать о виденных ими ведьме и корове. Выслушав их, Зореславич рассмеялся:

  -- Корову на нас погнать? Мы же ее на копья поднимем!

  -- Дурачье лесное! - сплюнул Андак.

  -- Да уж поумней тебя! - вмешалась Милана. - Не корова это, а озеро. Голядские и литвинские ведьмы такое умеют. Опорожнят целое озеро, воду оборотят тучей, коровой или лошадью и погонят, куда им надо.

  -- Утопить нас хотят в устье долины, вот что! - стиснул плеть Волх. - А потом с двух сторон копьями да стрелами тонущих добивать!

  -- Побей их Перкунас! На моей земле моих гостей подстерегать? - взревел Скуманд. - Набегом нужно пройтись по их селам!

  -- Большой полон возьмем и продадим в Ольвию или готам! - поддержал его Андак.

  -- Мы идем не в набег, а на защиту Янтарного Дома, - возразил Ардагаст. - Но проучить этих разбойников надо.

   Волх азартно хлопнул рукой по седлу.

  -- Верно! Пусть сами поплавают. Волки! Погоним водяную скотину на ее хозяев.

   Он спрыгнул с коня и обернулся волком. Ардагаст кивнул, и серая стая помчалась вглубь леса. Лютица переглянулась с Миланой и сказала:

  -- А мы проучим ведьму-коровницу. Наверняка это Лаума.

   Волхвини соскочили с коней, и миг спустя Милана летела за волками орлицей, а Лютица бежала львицей.

   Громадная корова уже приближалась к долине, когда со всех сторон раздался волчий вой. Корова, даже исполинская, все равно оставалась коровой, и потому бросилась бежать, ломая в щепки кусты и деревья. Волки умело гнали ее вверх вдоль южного края долины, не давая, однако, спуститься туда. Лаума, ругаясь и поминая Ягу с Чернобогом, забежала наперерез своей скотине и колдовским прутиком заставила ее развернуться навстречу волколакам. Серым бойцам при всей их ловкости и осторожности пришлось туго. Одного громадное копыто превратило в кровавое месиво, другой отлетел, распоротый от хвоста до горла могучим рогом. Седой вожак - Волх - едва избежал удара рогов, сокрушивших молодой дубок.

   И тут по лесу прокатился громом львиный рев. То был голос не обычной львицы, а самки Великого Льва - могучего зверя незапамятных времен, ушедшего в нижний мир вместе с Индриком и Великим Медведем. Услышав его, корова испуганно взревела на весь лес и помчалась, не слушаясь никаких чар. Вслед за ней большими прыжками неслась огромная серо-желтая львица. Не отставали и волки, ловко направляя бегство коровы. Лаума хотела обрушить на оборотней заклятие, но тут на нее с клекотом бросилась орлица-Милана. Колдунья, не умевшая оборачиваться никем крупнее ястреба или ворона, пустилась наутек, превратившись в сороку. Она норовила спрятаться среди густых ветвей, но прирожденная лесная ведьма всякий раз находила ее и гнала прочь.

   Ручанская долина, глубокая, с густо заросшими склонами, была плохо заметна сверху. Однако на плоском дне ее, где протекала речка, легко мог развернуться для атаки конный отряд. Здесь и подстерегали росов Прибыхвал с Медведичами. Князь довольно поглаживал разукрашенные самоцветами усы. У дружины больше кожаных доспехов, чем железных? Ничего, за лесных воинов сражаются сами леса, болота, озера... Уже слышен рев коровы-озера. Сейчас по нижней части долины понесется бурный поток, обрушится на степняков, закованных в железо, и хваленые панцири с кольчугами потянут их на дно. А лесным храбрам останется бить пришельцев копьями, словно рыбу острогами, и засыпать стрелами. Потом, когда вода схлынет, можно будет хорошенько обобрать трупы. Рядом с князем довольно урчал Бурмила, прикидывая, чем лучше полакомиться после боя - кониной или человечиной. А тут еще и мед в дуплах - объедение, по запаху видно...

   Вдруг позади, в верховьях долины раздался оглушительный, многоголосый рев и вой, затем треск ломаемых деревьев. Огромная серо-зеленая туша, сокрушая все на своем пути, бежала вниз по склону. А на ее спине сидела, вцепившись в загривок и молотя лапой по шее, большая серовато-желтая кошка. Шкура коровы треснула, и из раны фонтаном ударила вода. В следующий миг сама корова исчезла, растворилась в ревущем потоке. И он понесся вниз по долине, только на дороге его вместо росов оказались "защитники леса".

   Черноха встал на пути воды, раскинув руки, и попытался остановить ее заклятием. На миг это ему удалось, но тут с неба бросилась орлица, и все, что он смог - это оборотиться щукой, когда поток нахлынул. А мазовшане и Черные Медведи уже неслись вниз по долине, отчаянно нахлестывая коней. "Вперед! Погибнем с честью!" - вопили, размахивая мечами, Прибыхвал и Шумила, а сами дрожали при мысли о длинных сарматских копьях, наверняка ждущих их впереди.

   Бурмила, едва не ударившись лбом о низко нависшую дубовую ветвь, невольно ухватился лапами за нее. Конь его помчался дальше, а внизу уже бушевала вода. Полумедведь взобрался на ветку и тут увидел новую опасность. Серо-желтая львица вылезла из воды на дерево, отряхнула шерсть и принялась подбираться к нему, громко рыча и вытягивая когтистую лапу. Палицу мохнатый воитель потерял, а про меч с перепугу забыл, как только понял, кто перед ним. Перебирая лапами и ногами, Бурмила добрался до конца ветви, налег на нее. Под его тяжестью ветка обломилась, и полумедведь поплыл на ней, поминая Чернобога и Великого Медведя, своего предка.

   Заглушая страх отчаянными криками, "защитники леса" вылетели на берег Писы. И тут слева на них ударили росы и аланы. Длинные копья с наконечниками вышибали лесовиков из седел, а то и протыкали насквозь. А тут и вода нагнала, сбила с ног, понесла всадников и коней. Росы, однако, своих коней тут же остановили. Одни из мазовшан и Черных Медведей бросали лошадей и выбирались из долины по северному склону. Другие, доверившись коням, спасались вместе с ними вплавь по Писе. И тех, и других настигали стрелы амазонок и ятвягов, забравшихся на деревья на южном склоне. Не одного пана, похвалявшегося кольчугой или панцирем, железо утащило на дно.

   Больше всего нагнал на панов страха серый волосатый великан ростом с дерево, стоявший по колено в воде и вовсю гвоздивший их дубовым стволом. Самого князя мазовецкого он ухватил за дорогой, финикийским пурпуром крашенный плащ и поднял, как котенка. Прибыхвал, однако, успел расстегнуть серебряную застежку и плюхнулся обратно в воду, при этом даже не выронив меча. Многие, впрочем, спаслись, поскольку росы и не собирались их преследовать. Галинды с другого берега реки пытались отвлекать внимание росов стрелами, пока Инисмей с частью дружины не переправился и не отогнал их в чащу.