Плюсик в карму. Книга четвертая (СИ) - Штефан Елена - Страница 48

— Но позвольте! Господин Шенол был в провинции, а моя дочь в столице!

— Вот именно, любезнейший! По какому праву она оставалась в столице, когда ее место было подле держателя контракта?

— Но ей никто не предлагал…

— Не предлагал? — уточнила Ольга у Раима. Глаза ее смеялись.

— Не предлагал, — развел руками тот.

— Вот! Значит, аррата Ууна и в столице плохо выполняла свои обязанности, раз ей даже переезд не предложили! Вы еще желаете домишко в столице, любезнейший? Или разойдемся, как нгурулы в пустоте?

«Любезнейший» предпочел развернуться и уйти, пока не попался на глаза королям. Его опала началась полчаса назад, а они с дочерью еще не покинули дворец.

— Ты интересовалась вопросом? — Раим с каким-то умилением всматривался в лицо Ольги.

— Конечно.

— И потому тихо-мирно ждала, пока срок контракта истечет?

— Ну, я понимала, что пока на тебе эти обязательства, ты ничего кардинального в отношении меня предпринимать не станешь, такой уж у тебя характер.

— И ничего не требовала даже намеком.

— Такой уж у меня характер, — улыбнулась Оля. — Не переживай, не так уж я и страдала. Нам, работающим женщинам, страдать некогда.

— Ты даже Эрика работать вынудила.

— Не нравится — пусть на троне сидит, а в моей крепости работают все! — с пафосом заявила Ольга и зашарила глазами по толпе, чтобы убедиться — вредного величества нет поблизости. — Знаешь, я бы постояла где-нибудь у окошечка и выпила бы чего-нибудь тонизирующего.

— Угощения там и там, — Раим указал на боковые двери в большую залу, — но если хочешь, постой здесь, а я принесу тебе попить.

— Ага, — согласилась Ольга. К ней подкрадывалась усталость, но веселье еще гуляло в крови. Прием, который воспринимался как испытание, оказался не так уж плох. Рэма от контракта освободили, да еще без убытков. Вальс аборигенам задвинули. Себя в новых платьишках опять же показали… Пожалуй, пора начинать ждать подлянку, потому что все уж очень уж хорошо. В скрепах браслета завибрировала бусина-интуишка, но прислушаться к ней Ольге не дали. Похоже, за их парой внимательно и пристрастно наблюдали. И стоило Рэму отлучиться, как на Олю двинулась довольно возрастная дама. С приятной полнотой и колючими, как у барыги-оценщика, глазами. И вся такая решительная, ну чисто укротительница тигров. Оля чуть коснулась дамы эмпатией — противно, но не опасно. И расслабилась в ожидании очередной клоунады на тему «земляне это фу». Скоро придет Раим и всех разгонит, а пока можно попробовать получить удовольствие.

— Так расскажите нам, милочка, — взяла дама быка за рога, — чем вы соблазнили нашего идеального и несгибаемого Шенола? Мы его почти сорок лет женить не можем. Он же самых прелестных дев отвергал десятками. Даже на контракт соглашался не всегда и под давлением. И вдруг вы, — моложавая леди лет шестидесяти, а может, и ста двадцати, с кислой миной оглядела Ольгу с ног до головы и только потом взглянула ей в лицо. И наткнулась на широкую раскованную улыбку. Ольга улыбалась приветливо и даже чуть жалостливо — леди снедало раздражение, непонимание и досада. И зависть. Внешне матрона скучала и презирала, а вот внутри… Но Ольге же этого было знать не положено, правда же?

— И что, действительно красивые óсоби… то есть девушки попадались? — землянка демонстрировала собеседнице совершенно искреннюю заинтересованность и такую же искреннюю иронию. А почему бы и нет, если она уже в ферзях? Она Ольга, а не какая-нибудь клановая дева. Именно так поняла ее интерес беспардонная леди.

— Да уж не вам чета! — сорвалась пожилая аристо. — Юные, свежие, благовоспитанные. Красота — это само собой. А еще магическая одаренность, приданое и родственные связи!

Да-да, четырехдарному магу, личному другу и старшему наперснику обоих королей именно этого и не хватало! Оля опять весело улыбнулась. Играть на эмоциях этой женщины было даже забавно: так старается задеть выскочку, ну так старается, аж героиней себя чувствует! Оля даже усовестилась на миг — такие сильные эмоции в таком возрасте не на пользу. Одна беда: била дамочка в Ольгу (да начхать на эту землянку, пусть ее хоть в три королевских рода примут), а целила в Раима. Спускать такое было нельзя, окорот нужно давать сразу и пребольнёхонько. Чтоб любая дурная мысль в их с Шенолом сторону фантомными болями отдавалась еще лет десять. Сам Раим в подобной схватке был бессилен. Благородство против женской коварной целеустремлённости сесть на шею…

— Будьте честны, дорогая моя великолепно воспитанная аррата, которая не пожелала назвать свое имя, — острый клин волос хищно качнулся, но голос землянки был мягок и жизнерадостен, — не такая уж я дурнушка.

— Вы почти старуха! — и никакой попытки назвать свое имя. — Эта прическа… Не понимаю, чем вы его взяли!

— Умом и сообразительностью, — совсем развеселилась Ольга. — Вам ли с вашим, к-хм, опытом не знать, что бывают люди мужского пола, которые падки на молодятинку. А бывают мужчины, которые ищут не столько юной чувственности, сколько зрелых чувств… Вы меня понимаете? — добавила она после паузы совсем уж доверительным тоном. Дама же слышала только то, что хотела слышать.

— Так что? Полагаете, для лавэ Шенола лучше не бутоны подбирать, а дам в полном цвету? — великосветская сводня Ольгу препятствием для своей матримониально-диверсионной деятельности явно не считала. Ради разведки боем и сбора информации можно и со скандальной землянкой поболтать. Ничего-ничего, покапризничает лавэ и перестанет. Дайте только срок. Все они капризничают. Правда, этот экземпляр оказался особо упертым. Ну да ничего, наследники всем нужны. И мать будущего ребеночка для этой цели нужно подбирать вдумчиво, чтоб магия магию взаимно усиливала, а не гасила. Хотя четырехдарному Шенолу любая подойдет — вот же досада. Такая точка влияния мимо!

— Буйный цвет быстро увядает, вы не находите? — Ольга была сама любезность и заинтересованность, но ближайший радиус просканировала внимательно. Ей казалось, что Рэм где-то совсем рядом. — Вы уверены, что это хороший вариант? Хотя… — землянка делано задумалась и взбодрила складки шелка на груди, давая понять, что метод со зрелой дамой можно считать сработавшим. Уже.

— Вот я вас и спрашиваю, голубушка, — сваха намеков понимать не желала и вдруг стала похожа на престарелую, всеми нелюбимую гувернантку, которая вечно задает вопросы мимо обсуждаемой темы. — Какими качествами должна обладать будущая мать наследника рода Шенол⁈

Оля уже изготовилась выдать банальную сентенцию, что дама должна о себе думать чуть поменьше, а о супруге — чуть побольше, как за плечом матроны материализовался сиропно учтивый Раим. И подмигнул своей новоявленной аррате, дескать, прости, не удержался. Больно уж интересный разговор происходил, грех было не подслушать. Раз не хватает у мадамы силёнок распознать его под невидимостью, так кто ей лекарь? Пусть не сплетничает.

— Я сам вам отвечу, драгоценная мадам, — лавэ тоже владел искусством великосветского троллинга, потому и принизил статус собеседницы. И даже не соблаговолил обратиться к ней по имени, хотя знал ее чуть ли не с пеленок. Какой афронт! Дама судорожно сглотнула, оглянулась украдкой — много ли человек услышало? Поняла, что это месть за ее преднамеренное хамство, и остро пожалела, что не представилась выскочке, как положено. Пришлось склониться перед королевским фаворитом.

— Буду признательна.

— Мать моих наследников, — Шенол сиял любезнейшей улыбкой и вкрадчиво, почти мурлыкая, но не сдерживая голос, вещал: — Кстати, дорогая, я хочу четверых, — короткий поцелуй Олиного запястья, и ей в руку вложили запотевший бокал. — Ну, хотя бы троих, — местная Ханума схватилась за декольте с левой стороны: двое в семьях аристократов — это уже вау.

А Оля фыркнула небрежно: да хоть пятерых. Рэм на секунду завис, как будто понял. Потом взял себя в руки и обернулся к неприятной собеседнице:

— Так вот… Моя супруга должна любить нгурулов, а ее должен полюбить мой Свап. Понимаете? Все очень просто.