Плюсик в карму. Книга четвертая (СИ) - Штефан Елена - Страница 66

— Хуже будет, если она такая бешеная на арену выйдет, а там чужие нгурулы, — нейтрально добавила Ольга, но Эльзис намёк понял. Хоть и ленивый, а все ж наездник со стажем — нрав нгурулов знает.

Разумеется, он помог. Как сейчас уже без подсказок, озаботился душевным равновесием этих простолюдинов. Они, конечно, чернь из самых последних, а всё же невинные жертвы. Тыря кому угодно способна сделать нервы просто мимоходом. Ведь явление из пустоты двух дам в бальных платьях и десятка аристо в форме дворцовых гвардейцев — это мелочь, правда же?

— Любезный, — обратился суровый маг к хозяину, — у вас ночевали сегодня маги. Двое мужчин и женщина, — трактирщик истово закивал. — Прикажи разбудить и передать, что их ждут. Поторопись, братец.

— Так встали онé уже. Умываться стребовали. Завтрак ждут.

А в поварне опять дурным колоколом звенела посуда.

Маг, кажется, прямо сквозь стойку шагнул и скрылся в кухонном чаду. И что он увидел? Ольга стояла посреди разбросанной по полу утвари и прикрывала рот ладошкой. То ли испуг прятала, то ли смех. У жарко растопленной печи безмолвным валунищем застыла дородная баба, а на плите в огромной сковороде нещадно чадили шкварки. Смотрела стряпуха куда-то в угол. Туда же, вместо того, чтоб чистить овощи, пялилась не менее дородная деваха. Глаза выпучены, в глазах ужас, а из открытого рта сиплые выдохи. Не примостилась бы на скамейке, обязательно бы на полу осела, как третья жертва Тырькиного обаяния. Девчонка лет пятнадцати сжалась в комок и даже голову руками прикрыла, но на чудище из-под локтя пялилась исправно, хотя Оля искренне не понимала причину паники. На ее вкус меховая Тыря — редкостная милаха. А милаха тоже куда-то пялилась и, почуяв подругу, требовательно и призывно затарахтела. Пришлось идти разбираться. А чего там разбираться? Что Тырю могло заинтересовать на кухне? Правильно, яйца. Их она и нашла. Не меньше полусотни симпатичных, крапчатых и отвратительно сырых яиц в лукошке. А деточку, между прочим, с утра не кормили! И даже пуйфинами не утешали! Значит, нужно туда, где кормят двуногих! Кухня обнаружилась, а на кухне, чтоб вы знали, всегда есть яйца! И ласковый добряк, готовый по первому намеку сделать такое вкусненькое и нежное. А эти, даром что как дорогая подруга, двуногие, да намеков не понимают! Эту мысль и старалась донести щена до Ольги, жалобно поскуливая и настырно проецируя образ шеф-повара Генаса над сковородой с омлетом.

Тёток было жалко, но себя жальче, поэтому Оля волевым усилием приказала себе не тратить силы на демократию и потребовала яйца сварить.

— В-все? — прозаикалась бабища.

— Все! Это проблема?

— Н-нет…

— Отлично. Что с собой из еды упаковать можешь? Только быстро.

— П-пирожки, — бабища потихоньку оживала и даже кивнула куда-то себе за спину. Ага, только что из печи вынули и накрыли полотном остывать, сообразила Ольга и начала прикидывать: хватит ли того, что есть, на всех.

— А с чем пироги-то?

— С дичиной, — промямлила стряпуха чуть увереннее и заполошно уставилась на чудище: — А вдруг пироги пожрёт?

— Не тронет она, — отмахнулась Ольга от страхов хозяйки. — Нгурулы людскую пищу не потребляют, людей тоже. Невкусно им. Яйца вот прилюбили, и только. А сладкие пироги есть?

— В п-печи, — бедняга никак не могла осознать явление нгурула на своей кухне. Разве они такие?

— Аррата, — вклинился в разговор так и не замеченный никем суровый маг, — поторопитесь. Ваши друзья спускаются, — и вышел так же тихо, как и вошёл.

— Фух, — включила мыслительный форсаж означенная аррата, — пироги забираю все. И сладкие тоже. Яйца сварить. Бульон готовый есть?

— С ночи томится, добрая госпожа, — кивок на слабо парящий чан.

— Забираю. Весь. И еще морса какого-нибудь пару бурдюков. Упаковать и доставить в поместье Шенолов, — распорядилась Ольга, сама себе удивляясь: когда только фельдфебелем успела заделаться? Приказы отдаёт без тени сомнения, что право имеет. А еще советская девочка. Что с хорошими людьми ответственность делает. Ужас.

— Все сделаем, госпожа. Не сомневайтесь, — обозначился на кухне кабатчик. — У нас и повозочка своя имеется для таких дел. Может быть, позавтракать изволите? — и явно огорчился, увидев отрицательный жест.

А в общей зале разворачивалась маленькая драма с потрясением основ. Супруги Мондаир вместе с Троем Дрири уже спустились и тут же устроили ритуальные реверансы перед Эльзисом.

— Ваше величество, доброе утро, — за всех приветствовал короля док, как самый титулованный из троицы.

Вот теперь-то присутствующих и накрыло узнаванием — король! САМ! В пригородной таверне!

Пришлось величеству пресекать массовое поклонение. Для имиджа вредно, но времени мало.

У подавальщиц случилась тахикардия. И ничего он не жуткий, а и вовсе красавец. Чудище было забыто.

— Семеныч! Привет, ребята, — кивнула Ольга друзьям, — Семеныч! Оплати доставку, будь другом! Я провиант на весь табор заказала.

— А мы позавтракать собрались, — Юрна явно не осознавала масштаб кипежа.

— Дома, поедим. На ходу. Некогда, подруга. Некогда! Мы сюда только за вами!

Никем доселе не замеченный франтоватый мужчина с простецким, но волевым лицом подошел к стойке и постучал золотой монетой, призывая хозяина. Тот возник, как джин из бутылки, хотя причиной тому был не звон золота, а рыжий зверь за спиной. Тыря своё дело знала туго — раз кормить не будут, то надо держаться поближе к дорогой подруге, а для этого можно и двуногого поторопить.

Трактирщик при виде золотой монеты максимального номинала вроде как оживился. Это неплохой куш, а могли бы и вовсе не заплатить: с аристо всяко случалось. Семеныч оценил бледность работника общепита, заметил за его спиной рыжее ухо и добавил еще одну монету — на успокоение нервов. Труженик труженика всегда поймёт. Когда он закончил расплачиваться, зал таверны был уже пуст. Остались только Тыря, Ольга и пара ходоков — их транспорт до поместья.

Эта задержка едва не лишила отставших дивного зрелища — величество брал штурмом поместье своего друга. Вышколенная арратой Анахель прислуга попыталась не впустить и его, рассчитывая на магическую защиту поместья. То ли не узнали короля, то ли затупили от безнаказанности. Их проблемы. У Эльзиса с детства был беспрепятственный допуск в этот дом. Он мог и через подпространство войти без напряга, но заставить двери открыться — дело принципа. И привести прислугу к покорности, раз у друга Раима руки не доходят.

Зачинщицей микробунта была старая служанка хозяйки. Прислуживать госпоже в узилище её не допустили, вот она и принялась тиранить всех, до кого смогла дотянуться. Она тоже апролка, а значит, выше всех этих… И госпожа будет довольна, когда узнает, что порядки, ею заведенные, всё так же блюдут. Чужаков в доме нет и не будет!

Все эти резоны в три секунды стали достоянием величества. Ментал — его родная стихия. А на мерзкой старухе даже плохонькой защиты не было. И эта тварь так в город выходит? То-то сплетни об Анахель и Раиме не утихают. Чуть не придушил сволоту апрольскую, но об стену пару раз приложил.

— Оставьте ее, ваше величество, — Ольга протолкалась сквозь толпу друзей и гвардейцев. — Ей не впрок.

Эльзис, повинуясь, отшвырнул от себя расслабленное тело. А потом понял, что его земная подруга имеет в виду: старая карга получала удовольствие от побоев. Нет, Анахель всё же надо бы прибить. За жестокое обращение с прислугой. Нет в этом чести для аристократки! Куда безупречный Раим смотрел? Хотя у него отдельные слуги были. Мужчины. Прикончить аррату Анахель будет правильно. Специалист она классный, да ее содержание в подавителях уж очень хлопотно. Надо подумать, как это провернуть, чтобы дружище Шенол не слишком опечалился. Ольга точно не расстроится. Хороший подарок ей к свадьбе будет.

А Ольга смотрела на величество с сочувствием. Надо же, как ему важна сегодняшняя арена, раз он так расстарался. Гвардию припахал к транспортировке землян, поместье открыл… Так, хватит лирики. Нужно собираться.