Анархия в школе Прескотт (ЛП) - Стунич С. М. - Страница 10

Виктор настежь открыл двери, кивая нескольким членам Хавок, которые смотрели за всем изнутри, а затем потянулся к моему запястью.

Несмотря на то что я только что видела, как он голыми руками убил человека, я взяла его татуированные пальцы и сплела их со своими.

— Я хочу, чтобы Аарон вернулся, — сказала ему, когда он потащил меня в середину комнаты, развернул лицом к себе и положил одну большую руку на изгиб моей талии.

Другой он сжал мою руку так сильно, что было почти больно. И все же, я ничего не сделала, чтобы разорвать хватку, она скорее была комфортной, а не устрашающей.

— Мы вернем его, обещаю, — сказал он, кружась в такт музыке и демонстрируя идеальный вид на Кали Роуз-Кеннеди и Сару Янг, направляющихся к выходу в другом конце комнаты. — Обещаю, женушка, — повторил он.

А затем Вик притянул меня ближе и поцелуем вырвал из легких последний вздох.



Аарон Фадлер

Лес вокруг хижины служил идеальным укрытием. Деревья росли близко друг к другу, полог надо мной был густым и плотным. То тут, то там я натыкался на лунный свет, но больше ничто не помогало ориентироваться.

Держаться поблизости к дороге было одновременно лучшим решением и огромным риском. Если кто-то обнаружит горящую хижину и решит последовать за мной, это будет первым местом поисков.

— Твою мать, — простонал я, прислоняясь спиной к стволу дерева.

Моя нога начала неметь от боли, а правая рука была вся в огне. Даже согнуть пальцы в кулак было больно. Когда откинул голову назад, то увидел через деревья проблеск луны с серебряными краями.

Хотел бы знать, где именно находился. Даже хотя бы общее направление было бы полезно. Вместо этого я оттолкнулся от дерева и продолжил ориентироваться наполовину вслепую, волоча правую ногу по листве.

Папоротники с росой намочили мои джинсы, от чего я дрожал, пока продолжал идти по извилистой грунтовой дороге вниз по склону холма. Местность здесь труднопроходимая. В хороший день это было бы вызовом. А сегодня, что ж, давайте скажем, что сегодня не мой лучший день.

Не прошло и тридцати минут в этой неразберихе, как услышал машину на дороге и выпустил череду проклятий, от которых покраснела бы даже Бернадетт. От этой мысли я мрачно улыбнулся. Как только люди в этой машине обнаружат дом, я буду в полном дерьме.

Беги, Аарон. Позабудь про боль и просто беги.

Я начал двигаться настолько быстро, насколько мог, до предела используя весь накопленный адреналин. Если упаду и еще больше пораню себя, это может стать последним предсмертным желанием. Были шансы, что если я сломал ногу, то не выберусь из этих лесов живым. Кроме очевидной угрозы со стороны людей, здесь водились койоты, пумы и медведи.

Я дважды споткнулся, но смог избежать серьезных травм, используя стволы деревьев, чтобы поднять себя на ноги, когда меня понесло вниз по склону с опасной скоростью.

Хуже был только звук машины, разворачивающейся вниз по горе.

Через какое-то время я услышал это: грохот сапог в лесу, треск палок, шелест кустарника. Присев пониже, притаился под ежевичным кустом. Ветки похожи на руки пришельцев, протянутые в темноту. Они были усеяны шипами, и я уверен, что истекал кровью, но это, черт возьми, лучше, чем попасться на глаза кому-нибудь из головорезов Офелии.

Кто бы не находился в лесу вместе со мной — команда Картера или один из нанятых головорезов, не важно — он двигался быстро, но не тихо, словно они так уверены, что я не мог уйти далеко, что даже не пытались скрыть свое присутствие.

Это я уловил сразу. О, и тот факт, что был кто-то один. Хороший знак.

Я подождал пока звук ботинок пройдет мимо моего укрытия, когда человек ушел вниз по холму. Спустя достаточное время он, вероятно, перешел на другую стороны, чтобы продолжить поиски там. Тогда-то я и начал двигаться.

Мое дыхание было контролируемым, приятным и тихим, но я ничего не мог поделать с дрожью. Здесь холодно, и я весь покрыт кровью. Лицо болело, все вокруг сырое и мокрое, одежда быстро становилась влажной. Даже с проклятого ежевичного куста надо мной капает вода, ее холодные пальцы скользили по моему позвоночнику.

Что поделать, декабрь в Орегоне.

Когда в лесу стало достаточно тихо, я встал и продолжил идти, намереваясь создать расстояние между мной и преследователем.

Я прошел пятнадцать шагов, прежде чем кто-то подошел сзади.

Парень, кем бы он, блять, ни был, обвил руки вокруг моей шеи. Но если он думал, что будет так просто, то значит он не знал, какого это жить для другого, а не для себя.

Когда мы дрались, я не действовал, руководствуясь гордостью, или потому что я какой- то ублюдок-мачо, которому есть, что доказать. Я даже не дрался, чтобы выжить. Единственная причина, по которой я дрался, — это люди, которых я любил. А когда у вас такая мотивация, вы можете сворачивать шеи так, будто были рождены для этого.

Используя уклон холма и вес тела нападающего, я бросил его вперед через плечо. Его спина сильно ударилась о землю, и он заворчал. Это единственный звук, который он смог издать, прежде чем я прижал свой локоть к его горлу.

Мужчина задыхался, руки тянулись ко мне, чтобы схватить, но я достаточно быстро отпрянул назад, из-за чего его пальцы не более чем погладили меня по лицу. Готов поспорить, при нем было оружие. Как только он оправится от элемента неожиданности и вспомнит об этом, я буду в полной заднице.

Когда он поднял тело и сел, я схватил его за ремень, пальцы нащупали пистолет и какой-то нож. Было темно, чтобы увидеть больше, но преимущество было на его стороне, так как он знал, где именно находилось все его оружие. Это будет непросто, Аарон, сказал я себе, но затем снова подумал о Бернадетт. Подумал о девочках. Если я умру, их жизнь бесповоротно изменится, а это н честно по отношению к ним.

Когда парень почувствовал, что я берусь за его ремень, он среагировал прямо так, как я думал, потянувшись за пистолетом в кобуре на плече под подмышкой. Я лишь предположил, что их двое, идущих на другую сторону, и почувствовал этот всплеск адреналинового восторга, когда мои пальцы сжали рукоятку пистолета.

Локоть ударил меня в грудь, но, хоть это было пиздец как больно, я не сдвинулся, вытащив пистолет из его кобуры, а затем упал на задницу, чтобы создать между нами пространство. Судя по тому, как он ощущался, я мог сказать, что это был полуавтомат. Чаще всего предохранитель располагался в задней части затвора, но не всегда. Мои пальцы нащупывали его в темноте, но я не мог ничего найти.

Ну же, чувак, давай.

Мой нападающий уже повернулся ко мне, используя звук моего дыхания, чтобы найти меня в темноте. Когда вариантов не осталось, я взял оружие в обе руки и направил его на тень, движущуюся по серебряному краю луны. Это была единственная цель. Прошу, во имя любви к Господу, пусть это будет «Глок», или Walther P99, или еще какой-нибудь пистолет без предохранителя.