Анархия в школе Прескотт (ЛП) - Стунич С. М. - Страница 38

Воровство и осторожное разрушение классовой розни. Все эти богатые засранцы ненавидят, когда мы приезжаем сюда. Я закурила сигарету, когда мимо проходила женщина с покрашенным в розовый померанским шпицем.

— Господи Боже, — пробормотала, когда она прошла. Я бы не придумала такого дерьма, даже если бы постаралась. — Единственное, от чего бы они стали еще более раздраженными, — это если бы мы были не белыми.

— Тогда давайте ограбим нацистов? — спросил Вик, когда я нашла нужный мне магазин через дорогу, указывая на него.

На нем был знак «Находится в законном владении и обслуживании». Но, поверьте мне, я проверила это заведение и выяснила, что владельцем была дочь какого-то технаря-задрота, претендующего на звание одного из первых в мире триллионеров. Я закатила глаза. Поговорим об отвратительном распределении богатства, не так ли? Некоторые люди умирают с голоду, пока у других золотые потолки и туалеты.

— Женщина, которая владеет этим магазином, одна из «я сделала себя сама», — сказала я, изображая пальцами кавычки. — «Сделала себя сама» с помощью кредита от папочки. У нее было множество банкротств, ей удавалось годами не платить подоходный налог, и даже однажды она его «выплатила», — мне снова пришлось изобразить пальцами кавычки, простите, но история слишком тупая, — ее муж получил гонорар за консультацию, чтобы не отчитываться за дополнительный миллион долларов прибыли.

Я опустила руки по бокам, когда Каллум, поглощенный голубым капюшоном и ужасающий, как всегда, мрачно посмеялся рядом со мной. Он надел те джинсовые шорты с длинной штаниной, показывая татуировки и шрамы на ногах.

— Мне нравится, что ты провела исследование, что ты всегда пытаешься удостовериться, что те, чью кровь ты пускаешь, того заслуживают, — он снова засмеялся, а затем засунул руки в передний карман толстовки. — Это достойная восхищения черта, Берни. И очень редкая.

— О, перестань, — начала я, немного закатив глаза. — Мое стремление к справедливости делает меня такой же слепой, как и Сару Янг. Меня могут убить.

— Нет, если я могу помочь, — пошутил Кэл, вытянутой рукой указывая перейти дорогу.

Я сошла с обочины на каблуках, даже не удосужившись посмотреть в обе стороны, заставляя какого-то мудака на «Феррари» затормозить. Он опустил свое стекло и высунул голову, словно собирался что-то мне прокричать. Я остановилась посреди улицы с тремя парнями позади.

Они посмотрели на водителя, в ожидании, что он что-то скажет. Не сказал.

Ему же лучше.

Он буквально чуть не умер.

Ухмылка расползлась по моим губам, и я обеими руками толкнула стеклянную дверь магазина. На моем пальце было кольцо с бриллиантом, и ожерелье на шее. Когда девушка- консультант увидела меня, то выглядела так, словно могла описаться в штаны.

— Мне нужно платье, — сказала я ей, осмотрев магазин одним взглядом. Это довольно маленький бутик, но выбор был большим. Большинство платьев стоили больше среднемесячной зарплаты среднестатистического человека. Я снова посмотрела на девушку на ее водянисто карие глаза, на испуганную улыбку. Она не хотела расстраивать меня, но еще боялась кого-то. Скорее всего, ее босса. — Оно должно быть красным.

— Эм, да, конечно, — с колебанием сказала она, ведя меня по магазину и указывая на возможные варианты.

Добрая половина показанных вещей были не моего размера, но меня это не смущало. Я знала себе цену. Знала ее куда дольше и лучше, чем мне бы хотелось. Ни одной девочке не нравится, когда взрослые мужики подзывают ее из окна машины, когда ей тринадцать лет.

Если вы согласны ненавидеть себя, потому что так говорит мир, то тогда он уже победил. Не позволяйте им сделать это с вами, заставлять вас презирать себя, даже когда они вожделеют и слюнявят все то, что у вас уже есть.

Я выбрала несколько вариантов, позволив продавцу отнести их в примерочную. Схватив последнее платье с другой вешалки, я направилась в небольшой мужской отдел в углу магазина. Для начала посмотрим, смогу ли я сочетать красный цвет с каким-нибудь из этих галстуков-бабочек.

— Мы должны быть в смокингах, не так ли? — спросил Виктор, обойдя стойку и вставая передо мной.

Он в раздумье почесал подбородок, а затем нахмурился, словно мысль была отталкивающей. Надеюсь, нет, потому что мой муж чертовски хорошо смотрится в смокинге. Он еще и пахнет великолепно, его дикий мускусный запах не сочетался с тонкими цветочными нотами, витавшими в роскошном интерьере магазина.

— Дресс-код в стиле «блэк тай», так что.. смокинги, — согласилась я. — Со сдержанными, но эклектичными деталями. Возможно, с кроваво красными бантиками, которые стоят, как гребаная мебель, но каким-то образом все еще говорят «мне похрен» Добавь к этому запонки с черепом и скрещенными костями, которые вы надевали в День Снежка, и мы — неподражаемы.

Вик улыбнулся медленной, легко распространяющейся улыбкой.

— К тому времени, когда мы здесь закончим, ты съешь Офелию заживо, — сказал он, что было, блять, огромным комплиментом, который я не заслуживала.

Я не убила Кали, когда должна была. Я провалилась. Она была с нами в магазине, стояла в углу и смотрела на меня, не моргая. Вместо этого я посмотрела на Виктора, но не смогла выговорить ни слова. Эй, Вик, вообще-то я вижу призраков, которые, думаю, являют собой воплощение разочарования, которое я испытываю в себе.

Нет.

Не время и не место.

Я повернулась к витрине с бабочками, выбрав одну и сочетая ее с красным шелком платья. Когда подняла взгляд, то увидела Каллума в том месте, где его точно не было несколько секунд назад. Блять, что бы я отдала за способность так передвигаться.

— Девчонка-коп снаружи, — пробормотал он, оглядываясь через плечо, когда входная дверь магазина открылась и внутрь вошла Сара Янг.

Хаэль стоял рядом со входом, делая вид, что с интересом разглядывает витрину с туфлями. То, как он касался обуви, с таким плотским благоговением, что это подало мне идею, которую я отложила на потом. Хаэль, я, голая, но в милых туфлях..Черт.

Я прогнала эту мысль как раз вовремя, чтобы встретить «девчонку-полицейского» лицом к лицу.

— Бернадетт, — сказала Сара, поднимая руку, словно в приветствии. Больше походило на угрозу. Я притворилась удивленной, забросив платье на руку. — Как ты себя чувствуешь?

Слышала об инциденте на вечеринке, — ее лицо говорило, что она ничему не верила из этой истории.

Я уставилась на нее в ответ, одежда, которую я держу в руках, стоит тысячи долларов. Она ощущается тяжелее, чем должен кусок шелка, словно она несла на себе вес всего того, что он должен отражать. За плечом Сары, я увидела, как Хаэль засунул руки в карманы джинсов и прошелся вдоль передних окон магазина. Он совершенно очевидно прощупывает, как будет развиваться ситуация. Например, одна ли Сара.