Анархия в школе Прескотт (ЛП) - Стунич С. М. - Страница 5

Я зол. Хоть и знал, что Бернадетт может постоять за себя и что остальные Хавок с ней, я все равно переживал.

Кали — не кто иной, как хитрая маленькая крыса.

— Это..святое дерьмо, это безумие, — пробормотал Дэвид, отталкиваясь от двери и вставая рядом со мной. На нем был белый костюм, так что, очевидно, он направлялся на зимний праздник. Мы не можем быть настолько далеко от города, правда? Он провел пальцами по своим уложенным назад волосам, и я нахмурился. Эти пальцы на бедрах Берни, на ее груди, внутри нее.. Дыши Аарон. Ты не животное, чувак. Сможешь справиться. — Я не могу быть вовлеченным в это. Не хочу участвовать ни в чем из этого.

— Если ты отпустишь меня, то будешь спасен, когда Хавок обрушит свой гнев на твоего отца и Офелию, — сказал я и был предельно серьезен.

Мы не жестоки, несмотря на слухи об обратном. Вообще-то, думаю, мы более чем справедливы, когда дело доходит до лжецов, преступников и подпольного сброда.

Дэвид лишь уставился на меня, словно предпочел бы находиться в другом месте. Забавно, учитывая, что я чувствовал то же самое. Он направился к кровати, словно на самом деле позволил бы мне уйти, но потом остановился.

— Я не могу позволить тебе уйти, — сказал он, слегка поморщившись. — Если мой папа узнает..

— Что бы твой отец с тобой не сделал, это ничто по сравнению со злом Хавок, — ответил я. Ему повезет, если он получит только от Тома, избежав при этом рук Оскара с длинными пальцами. — Ты же знаешь, что это неправильно, не так ли? — спросил я, пробуя другую тактику. — Все это, лишь бы Том и Офелия смогли прибрать к своим рукам деньги, которые по праву принадлежат Вику.

Если честно, думаю, если бы Вик смог бы передать свое наследство Офелии и отделаться от нее, он бы так и сделал. Но он знал так же хорошо, как и остальные, что его мать не остановилась бы на этом. Если она получит деньги, игра окончена.

— Я вообще ничего не знаю, — прошептал Дэвид, и по его выражению лица я видел, что он абсолютно напуган. — Кали подошла ко мне на вечеринке. Мы перепихнулись один раз. А потом.. это дерьмо начало набирать странный оборот с того момента. Я правда не имею ни малейшего понятия, что она сделала ради моего отца и Офелии.

— Что ж, тогда усугубляй эту ошибку, оставив меня здесь умирать, — огрызнулся я, заметив, что Дэвид вздрогнул, как побитый щенок. Неверная тактика. Он слишком слаб, чтобы на него можно было орать. Он просто сбежит.

— Послушай, Дэвид, — начал я, но не успел закончить предложение. Вместо этого мы оба застыли от звука другой машины снаружи.

Сука, блять, черт подери.

— Вот дерьмо, — пробормотал Дэвид, разворачиваясь и выбегая из комнаты, оставляя меня лежать здесь с нарастающей в животе яростью. Берни была права насчет Кали, насчет Дэвида. Насчет всего. Не то чтобы я сомневался в ней, но если выживу и выберусь отсюда, то хотел бы увидеть, как она утрет нос Оскару.

До меня дошел отдаленный звук того, как открылась и закрылась входная дверь, и я закрыл глаза, чтобы лучше сфокусироваться на бормотании голосов внизу. Через минуту на лестнице послышались шаги, и дверь в комнату открылась.

— В комнату, сын, — сказал Том, держа ту же винтовку, которую наставил на меня, когда я был в багажнике. Дэвид колебался достаточно долго, что Том отступил назад, а затем ударил сына винтовкой по позвоночнику, заставляя его споткнуться. — Живо.

Дэвид подчинился, пробираясь вперед и останавливаясь рядом с кроватью. Он посмотрел на меня с поистине окрашенным страхом взглядом.

— На колени, — приказал Том, и Дэвид начал бормотать. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что он молился. Он, блять, молился. Мальчик опустился на колени, и Том приставил дуло винтовки прямо к голове его сына. Теперь Дэвид дрожал, но продолжал бормотать эти тихие молитвы. — Что я говорил тебе по поводу того, что не нужно ошиваться вокруг, Дэвид?

— Я не ошивался, — прошептал Дэвид, его глаза были закрыты. — Я забыл куртку.

Просто..хотел взять куртку. Честно.

Том убрал винтовку, прижимая ее конец к полу.

— Ты ведь не начнешь болтать, не так ли? — спросил Том, но Дэвид энергично покачал головой.

— Нет. Не буду, — он открыл глаза и посмотрел на меня, в его взгляде где-то за страхом было спрятано извинение. — Я просто хочу пойти на танцы.

— Выметайся на хер отсюда, — огрызнулся Том, и Дэвид вскарабкался на ноги, сматываясь, пока я все еще лежал здесь на спине с полусогнутыми, раздвинутыми ногами, беспомощный, как в день своего рождения. Гнев подступал к горлу, но я не настолько глуп, чтобы открыть свой рот против психопата с винтовкой, в то время как все мои четыре конечности прикованы наручниками к кровати. Сила и храбрость не рождаются из открытого неповиновения. Это дерьмо надо контролировать с умом. — Ты, — засмеялся Том, взяв винтовку и приставив ее к моему вялому члену. Меня охватил холодный страх, но я сделал глубокий вдох и, не дрогнув, посмотрел в темные глаза мужчины. Монстры питаются страхом. Была ведь причина, по которой злодей никогда не убивал главного героя, так? Потому что смерть — это скучно. Страх, напротив, это что-то, что можно поглотить и слизать, как темный шоколад. Я оставался стойким. — Ты немного стар, но, готов поспорить, с таким большим членом мы сможем найти покупателя. Распуши свои каштановые волосы на голове..

— Когда придет время, ты умрешь, захлебываясь кровью, — спокойно ответил я, и Том рассмеялся.

Он снова приставил оружие к моему члену, и меня пронзила боль, от которой зрение затуманилось точками. Ох, блять, это больно. Но я не вздрогнул. Не сделал ничего. Вместо этого, чтобы справиться с болью, я подумал о своей девочке. По крайней мере, это наше соглашение с Бернадетт..если что-то случится с моим членом, она все еще могла удовлетворить свои потребности с Хавок, а мы все еще сможет быть вместе. От этой мысли меня передернуло, и я решаю даже не думать об этом.

— Громкие слова для того, кто прикован к кровати с торчащим членом, — сказал Том, пожимая своими гребаными, слабыми плечами. — Но не беспокойся. Ты не много стоишь без него, — он положил винтовку себе на плечо и направился к шкафу в другой стороне комнаты, доставая маленькую коробку и протягивая ее, словно мне было до этого дело. — Забудьте об обручальном кольце, — сказал он, раскрывая коробку и улыбаясь. — Этой ночью я попрошу Офелию выйти за меня замуж.

— Хочешь убедиться, что вы законно связаны, прежде чем она получит деньги? — спросил я, и Том рассмеялся.

— Чертовски верно, пацан, — сказал он, ухмыляясь, когда засунул кольцо в карман брюк и провел ладонью по своим тщательно уложенным волосам. Похоже, он стремился к образу пятидесятых, но потерпел неудачу. Поверьте мне: любой парень из Прескотта знал, как правильно зачесать волосы назад. Так не годилось. — Я вернусь с бензодиазепином2.

Том так сильно хлопнул дверью, что загремели картины в рамах. Одна из них — какое- то отвратительное масляное зрелище с изображением бакса — упала на пол.