Соло. Книга 2 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 27

С девушками можно было согласиться. Второй этаж выглядел как какая-то сказка. Красивое бескрайнее спокойное море уходило куда-то за горизонт, теряясь в дымке. Мы очутились на песчаном пляже, по щиколотку утопая в песке. Неподалёку находились деревья, что давали спасительную тень от палящего солнца. Казалось бы — идеальное место, чтобы провести его с тремя ослепительными красавицами.

Вот только не всё было так просто.

— Вода ядовита. Это даже не вода — это жидкость, что выделяет обитающая здесь тварь. Солнце, что так нещадно жарит — на самом деле огненный шар, поддерживаемый этим существом. Туманная дымка, которая скрывает горизонт — ядовитые испарения, что выходят по подземным каналам подальше от этого места. Даже деревья — это волосики, что растут во рту твари. Она выпускает их наружу, чтобы случайная жертва вздумала воспользоваться спасительной тенью, где её немедленно сожрут. Имя этому порождению разлома — ультагар и обычно он является вожаком разлома, находясь на последней этаже. В этом же разломе эта тварь является обычным жителем второго уровня. Радует одно — она является единственным жителем. Других здесь нет. Даже, как мне кажется, альфы. Ульгар сожрал всех.

— Зачем ему творить такое? — опешила Розалин. — И почему дядя мне о таком ужасе не рассказывал?

— Потому что не готовили тебя к разломам седьмого ранга. Ультагары начитают появляться только в высокоуровневых разломах. Седьмой и выше. То, что он забрался в нашу шестёрку, настораживает.

— Это тоже тварь тьмы? — спросила Милена, глядя на то, как в книге появляются новые знания.

— Да, — подтвердил я. — Скорее всего нам достался уникальный разлом, где все твари относятся к тьме.

— Постой, — задумалась Натали. — Если деревья — это отростки из его пасти, а море — это его слюни, то каких же размеров должен быть сам ультагар?

— Какой правильный вопрос, — ухмыльнулся я. — Мы, собственно, уже идём по нему. Песок, что на самом деле не песок — тоже ультагар.

— Не песок? — с отвращением посмотрела вниз Натали. — А что это тогда?

— Отшелушившаяся кожа, — Милена наклонилась и, зачерпнув песок в ладонь, высыпала его обратно. — Отвратительный разлом. Мне здесь не нравится. Как его убивать?

— Кругом жара, — подсказал я. — Значит, тварь любит огонь и всё, что с ним связано. Даже солнце собственное сделало, что нещадно палит.

— Поняла, — кивнула Натали. — Лёд. Много льда. А куда бить?

— Да где стоишь, там и бей, — улыбнулся я. — На самом деле убить эту тварь довольно просто. Достаточно найти её мозг. Она хоть и огромная, но бестолковая. Будет притворяться пляжем до последнего, пока не почувствует неладное. Натали — начинай! С двух рук!

Натали бросила на меня недовольный взгляд, но подчинилась и начала атаковать землю двойными сосульками. То, что изначально было принято за песок, отлетело в сторону, обнажив некрасивую чёрную кожу. Лёд с лёгкостью проник туда, сделав огромную дыру.

— Стоп! — приказал я. — Приглядись к ране. Там должен обнажиться нерв. Он у ультагара огромный, пропустить сложно. Найдёшь нерв — найдёшь направление, где находится голова.

— Есть! — Милена заметила серую нить первой. — Туда!

— Толщина нити? — осадил я девушек, что вздумали побежать вдоль нерва дальше.

— Эм… — многозначительно произнесла Милена. — Это ещё зачем?

— Толщина как-то связана с удалённостью мозга, — Розалин показала, что умеет думать. — Предположу, что чем тоньше, тем мозг дальше.

— С мой мизинец толщиной, — рассмотрела Натали замороженный отросток.

— Изначально нерв толщиной с твоё бедро, — дополнил я, заставив покраснеть Натали. О толщине её бёдер я знал всё. — Уменьшается на фалангу мизинца каждые сто шагов. Сделав первую дырку в теле, мы заставили ультагара напрячься, но привычка притворяться пока его сдерживает. Он не понимает, случайно мы это сделали, или специально ищем его органы. Поэтому тварь ждёт нашей второй атаки. Если мы не попадём в мозг, ультагар атакует в ответ. Всё это пространство схлопнется, и мы очутимся в желудке. Смерть будет медленной и крайне болезненной.

— У меня такое ощущение, что ты уже встречался с подобной тварью, — произнесла Розалин, внимательно глядя на меня. — Ни один учитель не сможет обучить тому, как ты ведёшь себя в разломах, Соло. Ты словно здесь всю жизнь провёл. Причём гораздо большую, чем выглядишь сам.

— Как я говорил — хорошие учителя могут научить такому, что сам потом удивляться будешь, — я не поддался на провокацию. — Это я к вам бережно отношусь. Со мной же обходились хуже, чем с нами Шир.

— Это я уже слышала, — недовольно поморщилась Розалин. — Но всё равно не вяжется твой опыт и твой возраст. Так не бывает, Соло!

— Три тысячи семьсот шагов! — произнесла Натали, прерывая наш разговор. — Я посчитала!

— Раз посчитала — веди! — кивнул я. — Но вначале спускайся в яму и точно определи направление, куда уходит нерв. Если мы ошибёмся хоть на градус, через три тысячи семьсот шагов будет очень далеко от цели.

Натали побледнела, осознав, какую ответственность я с лёгкостью спихнул на неё, но собралась и, спустившись в яму, двумя пальчиками взяла замороженный нерв, немного его натянув на себя.

— Туда! — уверенно заявила девушка, показав рукой направление.

Я посмотрел в ту сторону и кивнул — пока всё сходилось. Рассказывать, что местоположение мозга можно определить по косвенным признакам, я не стал. Это будет слишком легко и ученицы перестанут думать. А так и исследование, и математика, и борьба с собственными нервами. Всё, что любят учителя.

Натали начала мерить шаги, считая вслух, чтобы не сбиться. Мы прошли мимо красивых деревьев, даже не глядя на создаваемую ими тень. Жара стояла такая, что пот заливал лицо. О том, что вся одежда уже промокла, и говорить не приходилось. В такой обстановке даже не знаю, кто отказался бы искупаться в таком прекрасном океане? И ведь в первые минуты плаванья это будет самая настоящая вода, которая потом превратится в такую кислоту, что от человека останутся одни кости. Когда добытчики разбирали ультагара, которого я уничтожил, показали мне коллекцию черепов. Двадцать два воина стихий дошли до вожака того разлома и сгинули, решив поплавать перед финальной битвой.

Вот правду говорят, что знание — сила! Применительно к разломам эту фразу можно переиначить. Знание — жизнь.

— Здесь! — Натали указала рукой на землю под собой. Девушку заметно потрясывало. Сказывались нервы. Но ученица не позволяла нервам завладеть собой и выполнила задание практически идеально.

— Отлично, — кивнул я. — Мы находимся рядом с мозгом гигантской твари, называемой ультагаром. Осталось дело за малым — уничтожить мозг, пока тварь нас не сожрала. Осмотритесь. Есть в этом месте что-то необычное, что выделяется из общей картины?

— Трава! — первой заметила странность Розалин. — Кругом песок, но неподалёку от нас небольшой кусок травы! Пока мы сюда шли, я вообще травы не видела!

— Очередная ловушка, — усмехнулся я. — Твари, что явятся сюда, увидят траву и первым делом захотят её сожрать. Или на ней отдохнуть. Такой приятный пятачок является отличным местом, чтобы разбить лагерь.

— Если не это подсказка про мозг, тогда что нам нужно искать? — спросила Милена.

— Смотрите, думайте, сравнивайте, — настоял я. — Трава — это хорошо. Но трава — это неправильно. Должно быть что-то ещё!

— Так, мы шли по нити, — Натали обернулась к тому дальнему краю, откуда мы пришли. — Шли более-менее ровно. Значит наша цель должна быть либо позади, либо спереди. Смотреть по бокам бестолку.

— Камни, — Розалин показала на несколько мелких камней неподалёку. — Камней мы прошли много, но только эти располагаются как-то странно.

— Неправильно, дальше, — я сразу оборвал эту идею.

Девушки начали озираться, не понимая, что я от них требую. Кроме поляны с сочной зелёной травой и нескольких камней в этом месте ничего больше не было. Вот совсем ничего!

— А почему там так пусто? — заметила странность Розалин.