Наш папа - прокурор (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна - Страница 25

– Нет.

– Она родила сегодня.

– Как родила? Саня? Сегодня?

– Любимая, – Егор зовет жену, – Сашка родила.

– Как родила? Ты шутишь? – переспрашивает Онежа.

– Нет, я с Юрой говорю. Подожди, громкую включу. Юр, а ты откуда знаешь?

– У нее при мне роды начались, я отвез в центр.

– Аааа, – Онежа начинает визжать. – Родила, как она? Как дети? Почему не позвонила?

– Ей кесарево сделали. С детьми все в порядке. Она пока в реанимации, отдыхает. Я думаю, сама позвонит, когда отдохнет.

– Юра, а кто? Девочки?

– Да.

– Как классно, надо Сашу поздравить.

– Только Сашу хотите поздравить? – Они замолкают. – Она все мне рассказала.

– Юрка, поздравляю.

– Юр, и я поздравляю, – дополняет Онежа.

– Спасибо, ребята.

– Юрка у нас крутой. Сразу троечку.

– Юр, вы помирились? – Онежа.

– Нет, но мы еще и не говорили толком.

– Юрка, мы так рады за вас. Ты вообще представляешь, что ты теперь многодетный папа?

– Представляю, но пока не почувствовал.

– Поймешь, когда они будут втроем не давать тебе спать.

– Юра, Саше, наверное, вещи надо отвезти?

– Я сам съезжу, не волнуйтесь.

– Надо бы отпраздновать.

– Отпразднуем, но не сегодня.

– Чего это?

– Сначала хочу с Сашей помириться.

– Ну, мы за тебя отпразднуем тогда.

– Давайте, ребята.

Отключаюсь и еду за няней.

Этот день кажется бесконечным. А я хочу, чтобы скорее настало завтра, и можно было бы встретиться с Сашей. В руках периодически осязаю малышку. Одну из трех. Она такая маленькая. В принципе трех даже реально взять.

Я подбираю Сару у подъезда, едем к Саше. Девушка напряженно сжимает в руках рюкзак, часто дышит, в мою сторону даже не смотрит. Я старею, что ли, и страшным становлюсь?

– Меня Юрий зовут, – если она будет няней, будем видеться. Надо познакомиться ближе.

– Я знаю.

– Откуда?

– Вы же прокурор?

Поворачиваюсь к ней и рассматриваю. В суде, что ли встречались?

– Я подруга Евы, мы вместе жили в Англии.

Ева… Вот, черт. Как все друг с другом связаны. Их знакомство объясняет поведение.

– А вы, правда, отец?

– Да, сомневаешься?

– Александра просто сказала, что вы не знаете.

– Я сегодня узнал.

– Тогда…

– Что?

– Она говорила, что надо подготовиться. Там кроватки собрать, кое-что докупить. Я не знаю теперь… вы поможете или мне с Александрой это решать?

– Ты с ней решай, что надо, а я помогу деньгами и организую, что надо сделать.

До Сашиного дома едем в тишине. Так же в тишине поднимаемся к ней в квартиру. На кровати ее домашнее платье, какие-то детские одежки разложены, не вытянутая из розетки зарядка, на плите неубранная еда. Саша не собиралась сегодня рожать, ехала ко мне, чтобы потом вернуться домой.

А там Вика и кот. Если бы общались ближе, я бы предупредил заранее, но получилось так, как получилось.

– Я заберу ключи от Сашиной квартиры? – поднимаю одной рукой пакеты, второй беру ключи.

– Мы договаривались, что я перееду к Александре, когда она родит. Мне надо тут подготовить все и другие вопросы решить.

– То есть переедешь?

Она намечается третьей лишней в этой квартире. Точнее не третьей, а шестой, но не суть.

– С одним ребенком сложно, с тремя дурдом будет. Она одна не справится. Молодой маме нужна помощь круглосуточно, чтобы с ума не сойти и отдыхать полноценно.

Я и не подумал об этом. И сейчас во всю эту концепцию не вписываюсь именно я.

– Как думаешь, впятером не тесно в двушке?

– Лучше, чем в однушке в общаге, – пожимает плечами. Чувствую ноты укора, но ни я, ни она вслух об этом не говорим.

– Ладно, я подумаю о жилье еще. Ключи пока заберу, потом с тобой решим. Номер твой у меня есть.

Она кивает, соглашается.

Отвожу Сару домой, сам снова возвращаюсь в больницу. Попытку делаю, но к Саше не пускают, как и предупреждал папа. Смотрю на ее окна. Там горит свет от приборов. Как она интересно?

Спасибо, что жива и с ней все в порядке. Ее ангел справился с моей просьбой, а я свое обещание еще не выполнил.

Достаю телефон и набираю Рому. Хватит уже, обещал же извиниться и первым сделать шаг.

Несколько гудков. Он не берет, но я упорно жду.

Когда-то мы были бригадой, друг за друга, а потом жизнь нам послала проверку, которую не все прошли.

– Да, – наконец отвечает.

– Привет, Ром.

– Здорово.

Немногословен. Как будто и не он.

– Встретимся?

– Зачем?

– Поговорить.

– Особо желания нет.

– Я сделал первый шаг, больше не буду. Хотя бы попытайся.

– Ладно, я в кафе на Маяковской, помнишь, встречались там?

– Да, я скоро подъеду.

Когда-то Саша спрашивала, кого бы я выбрал, друга или девушку. Тогда уверенно сказал, что друга, сейчас же сомневаюсь. Обстоятельства могут быть разными. Что когда-то казалось правильным, теперь под другим углом выглядит иначе. Про это же и папа говорил.

Нахожу Рому с ноутбуком за столиком. Пьет кофе, что-то сосредоточенно печатает. Не понимаю, как в нем могут совмещаться эти две субличности. Даже три. Друг и авантюрист, успешный бизнесмен и… и любитель странных хобби. С какого черта вообще ему это надо? Чего ему в жизни не хватает?

Рома как чувствует, в этом момент поднимает голову, встречаемся взглядами.

Я игнорирую его претензии, раз согласился встретиться, значит, готов слушать.

Протягиваю руку, он поднимается и жмет в ответ. Я рад его видеть, хоть и сложно все.

– Садись, – кивает на стул напротив. – Будешь что-нибудь?

Я только сейчас вспоминаю, что только завтракал. В обед кофе не успел допить даже. Заказываю салат и картофельные пирожки.

Этот разговор все равно бы состоялся. Мы оба понимаем, что надо определиться с Сашей. Я, конечно, воспользовался ее слабостью и состоянием, поцеловал, и дети мои, но если между ними что-то есть, то я должен уйти в сторону. Но если он сомневается в том, что ему это надо, то я верну свою женщину.

– Рад тебя видеть.

– У меня времени мало, давай по существу.

Ладно.

– Что у тебя с Сашей? – смотрю не в глаза, чтобы разграничить сразу правду и ложь, а на его губы. Он, может, и не замечал, но когда что-то скрывает, то делает еле заметное движение губами.

– А что?

– Я хочу помириться и ее вернуть, но не понимаю, что между вами. – Прятаться и юлить не хочу. Говорю, как есть.

– Поддерживаю, помогаю, – пожимает плечами. Советов и напутствий не дает.

– Один раз помог уже. – Я знаю, что не должен был это вспоминать, но воспоминание неприятно жалит. Не она виновата в той ситуации, а он.

– Ты про видео? – Киваю. – Это было до тебя, вы даже не были знакомы. Ты тоже не ангел.

– Я видел вас вместе возле клиники.

– Это запрещено?

– Нет, я просто спросил, что между вами? Зачем отвечать мне вопросом на вопрос?

– Вопрос это не утверждение, к нему нельзя прицепиться. А то бах и потом под следствием окажусь.

Теперь понимаю, что к чему. Что его зацепило и не дает успокоиться.

– Я бы никогда так не сделал, Ром. Ты знаешь.

– Теперь уже нет, ты был убедителен.

– Я разве подводил когда-то?

– Любое “когда-то” бывает впервые.

– Ром, ну, правда, я вспылил тогда. Я бы никогда против тебя не завел дело.

– Нехило вспылил. До сих пор пыль летает.

– Вот представь, что девушка, которая тебе нравится, вдруг выдает такое в лицо. Ты бы как к этому относился? – Я не жду, когда ответит, и продолжаю: – Так ты мне ответишь про Сашу?

– А ты чего про нее вспомнил вдруг? Не твоя, так сразу захотелось вернуть? А как она плакала, истерила, хотела что-нибудь сделать, чтобы тоже в тюрьме оказаться рядом с отцом, детей не хотела оставлять, тебе, конечно, это не известно. Ты обиделся, свалил на хер.

Каждым словом подсечку ставит и сбивает с ног. Я так много о ней не знал. Я даже предположить не мог. На тот момент сомнений не было, что все обошлось. Не обошлось.