Наш папа - прокурор (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна - Страница 29

– Ему тошно на тебя смотреть.

– Саш, правда, ничего нет с ней. Даже в мыслях. У кота можешь у своего спросить.

Я бы какой-то частью своей души, может, и хотела бы верить, но не могу. Не тот он человек, что просто так будет приглашать к себе жить незнакомых людей. Тем более женщин.

– У нас с тобой чего только не было, но я у тебя всего пару раз была, а она спокойно живет, – не могу не упрекнуть.

– Ты же знаешь, что с тобой нам приходилось скрываться.

У Юры вибрирует телефон, он при мне переписывается с кем-то и бросает на меня взгляд.

И так понятно, что с ней. Но ведь демонстрировать мне это не будет.. Вот тебе и правда.

– У меня есть для тебя подарок.

– Спасибо, вчера уже поздравили. Не надо мне ничего, можешь подарить подарок своей сожительнице.

– Ей он не нужен, – смеется Домбровский и набирает в телефоне кого-то.

Я демонстративно отворачиваюсь.

– Сергей Евгеньевич, здравствуйте. – Оборачиваюсь, когда слышу знакомое имя. Предчувствие накрывает. Иголочками под кожей покалывает. Я смотрю на Юру и не верю.

– Здравствуй, Юра, – от родного голоса, по которому так скучала, сердце начинает дрожать как на струнках. Прикрываю рот рукой, чтобы не сглазить. Папочка...

– У вас есть несколько минут, и за меня там слово замолвите, – усмехается экрану и протягивает мне свой телефон.

Папа…

– Детка, привет, поздравляю тебя. – Улыбается. Хотя морщин стало больше. – Так рад за тебя. Здоровья тебе и моим внучкам.

Я не видела его уже полгода.

– Папочка.

Вытираю свободной ладошкой слезы. Надо успокоиться, чтобы не растрачивать впустую наше время.

– Саша, не плачь. У меня все хорошо. – А я не могу остановиться. Не верю, что это он. Не надеялась даже, что получится так скоро его увидеть.

– Как твое здоровье? Прости, я давно не приезжала. Тяжело было с животом.

Как же я хочу, чтобы он рядом был, чтобы с внучками познакомился, чтобы обнял меня и помог.

– Для моего возраста нормально. Не плачь, Саш, я тут уважаемый человек, – смеется, веселит меня.

– Шутки у тебя... Папа, я тебе не могу их показать, они слишком маленькие родились, еще в реанимации.

– А ты побольше нафотографируй и наснимай видео, буду потом пересматривать. – Бросаю взгляд на Домбровского и снова на папу.

– Саш, ты не должна злиться на Юру за то, что я тут.

– Юру? – переспрашиваю, – вы что, теперь друзья?

– Как бы это ни звучало странно, но я рад, что у моих внучек такой отец. Пообещай, что выслушаешь его и простишь.

– Никого я прощать не собираюсь. Пусть не надеется даже. – Мажу взглядом по прокурору, а он ухмыляется. – Или не раньше, чем ты будешь на свободе.

– Саша, пока не время.

– То есть не время?

Расслабленный взгляд Юры скользит по мне, папа для него сейчас проходной билет, знает, что я его слушаюсь.

– Саш, для твоей же безопасности слушай Юрия, делай так, как говорит.

– Он ничего не говорит.

– Юрий? – папа зовет его.

Домбровский поднимается и подходит ко мне. Тоже появляется в камере.

– Я не успел еще рассказать. Она у вас упрямая.

– Не успел он… Саш, у меня тут все в порядке. Вип-палата считай. А с Юрием поговори. Ты меня поняла? – Киваю.

– Время, – чей-то голос командует у папы. Он кивает.

– Пока, малышка, я люблю тебя. Юра, присматривай там за ней.

– И я тебя, пап. Люблю и крепко-крепко обнимаю. Он же не заставил тебя это сказать? – кошусь на Домбровского.

– Нет, – смеется отец.

– До свидания, Сергей Евгеньевич, спасибо вам за вашу дочь.

Папа резко отключается. Юра нажимает красный кружок и забирает телефон.

– Я сделал запись, скину тебе.

Я киваю только и плачу. Не могу говорить. Разрывает от радости, что увидела папу. Это было лучшее после рождения девочек. Неожиданно и трогательно.

– Как у тебя получилось?

– Ты забыла, где я работаю? – Машу головой. Не были бы мы в таких сложных отношениях, я бы обняла и расцеловала.

– О чем папа говорил?

– Я же тебе рассказывал уже, ты меня не слушаешь. Мы с Викой разбираемся в этом деле. Я знаю, что он невиновен, но хочу докопаться до истоков, кто за этим стоит.

Опять она.

– Выпусти его и копайся.

– Они могут навредить или ему, или тебе тогда. Сейчас ты еще более уязвима, чем тогда.

– Уязвима для чего? – Молчит опять. – Подожди, ты знал, что он не виновен, но все равно позволил ему сесть, а потом спокойно уехал, зная в каком я состоянии остаюсь?

– Не спокойно, ребят попросил присмотреть за тобой

– Как заботливо. Я никогда не встречала более равнодушных и холодных людей.

– У меня не было выбора.

– Выбор есть всегда, но иногда мы делаем так, как проще, а не так, как правильно.

– Я встречался с твоим отцом накануне суда. Знаешь, какая фраза мне врезалась в память? Повторить дословно слова твоего отца? – Я молчу. – Я не вру сейчас. В любой момент, когда будете говорить, спросишь у него. Он спросил, ты хочешь обиженную, но живую, или знающую правду, но мертвую. Вот такой выбор у меня был в перспективе.

– Папа бы никогда меня не обманул.

Полгода назад. СИЗО

– Здравствуйте, у меня мало времени. Вероятно, вы меня узнали.

– Узнал, Юрий, – отзывается Сашин отец.

– Отлично. Для начала, зачем вы сбежали? У вас подписка о невыезде.

– Какая теперь разница? В тюрьму не хотел, вот и сбежал.

– И все? – Кивает. – Я восстановил видео с камер, там видно, кто украл документы из вашего сейфа. Вероятно, там же была расписка. Мне нужно провести дополнительное расследование, мы найдем преступника

– Не надо ничего проводить.

– То есть?

– Что между вами и моей дочерью?

– Это не имеет отношение к делу.

– Я итак знаю, так вот ради Саши не надо ничего.

– Она за вас очень переживает, поэтому как раз ради нее и надо вас вытянуть.

– Знаешь, что ее машина чуть не сбила?

– Да.

– Это было предупреждение мне, чтобы я не дергался. Пока я тюрьме нет, ее никто не тронет.

– Кому и что от вас надо?

– Я не знаю, и разбираться в этом слишком опасно для всех.

– Нет уж, я разберусь. Я смогу ее защитить.

– Будешь с ней двадцать четыре на семь? Под замок ее посадишь? Контролировать будешь? Если кто-то захочет ее убить, он найдет способ.

– Если вы окажетесь в тюрьме, она точно меня не простит. Чем бы это не было обосновано.

– Если сделаешь, так как хочешь, они доберутся до нее, могу если не убить, но покалечить. Если я буду на свободе, жизни мне и ей все равно не будет.

– Кому нужно ваше место? – пожимает плечами. – Я не могу посадить невиновного человека. Я закон нарушу.

– Ради моей дочки, если она тебе хоть чуть-чуть дорога, сможешь.

– Должен быть выход.

– Есть. Я сажусь в тюрьму. С Сашей все в порядке.

– Нет, это не выход. Это принятие ситуации. Надо искать тех, кто стоит за этим. Начать с них. Проверить. Найти доказательства.

– Надо ей хотя бы рассказать.

– Сама по себе Саша безобидна. Но с тобой она же ныть будет, она полезет в этом разбираться. А ты, чтобы обезопасить ее, тоже в это ввяжешься. Пострадают все, а правды не добьетесь.

– Что тогда?

– Суд, приговор. Я сажусь в тюрьму.

Посадить невиновного да еще и от девушки любимой отказаться. Удача явно на моей стороне.

– Ты выжидаешь какое-то время. Пусть все успокоится. Хотя бы полгода. Посмотришь, кто займет мое место. Потом думай аккуратно.

– Она мне не простит это.

– Сразу не простит, потом поймет. Ты хочешь обиженную, но живую, или знающую правду, но мертвую?

Глава 19. Юра. Реанимация

Я усмехаюсь в ответ на ее “папа бы так никогда не поступил”.

Саша смотрит на меня и начинает сомневаться в ответ на мое молчание. Мне не поверила, но Папа… Это же Папа. Его влияние на нее, безусловно, велико, но даже сейчас этот авторитет расшатывает как на макушке дерева в сильный ветер.