О клинках и крыльях (ЛП) - Рейн Элиза - Страница 46

Я перевожу взгляд на Каина. Или она просто была неконтролируемой? Злобной от природы? Подходящей для валь-тивар в виде волка, движимой завистью и жаждой крови?

Я осторожно встаю на ноги. Больше не хочу находиться посреди этой бойни.

Эльдит касается моего локтя.

— Тебе нужно пойти к Эрику.

Я киваю, но это оказывается болезненно, и вслед за ней иду к двери. Я чувствую на себе взгляд Каина, пока иду, но отказываюсь обернуться.

ГЛАВА 37

МАДДИ

Когда я прихожу в Крыло Змеи, Эрик уже лечит фейри Двора Земли, но нет и намека на его привычную дружелюбную улыбку. Он в ярости.

Очень быстро осмотрев мою шею, он накладывает повязку и говорит, что травма не настолько серьезная, чтобы нужно было прибегать к помощи его валь-тивар.

— Это по большей части просто синяк. Будет болеть несколько дней. Прошу прощения, но я нужен в другом месте, — говорит он. Я хриплю благодарности, но его яркие глаза смотрят на меня. — Это правда, что Каин убил Бранку?

Я киваю. Он не просто убил ее, а сжег дотла.

— Но я абсолютно уверена, что она убила бы всех присутствовавших в зале, если бы у нее был шанс, — сипло говорю я. — Ее волк… она его не контролировала.

Его взгляд впивается в мой.

— Убийство не должно быть первым из вариантов, — строго говорит он.

— Он должен был ее остановить, — говорю я, сама не понимая, почему защищаю Каина. — Если бы ее вырубили, и она была без сознания, ее валь-тивар был бы под контролем, когда она пришла в себя?

Эрик мне не отвечает. Он только тяжело вздыхает и уходит.

***

Я не спеша иду из Крыла Змеи в мастерскую Сарры. По пути мне встречаются фейри, которые стоят небольшими группами и горячо обсуждают произошедшее. Кажется, никто не воспринял ситуацию спокойно, но я пока не видела Нави, а если бы кто-то мог, то только она.

Почти дойдя до места, я слышу гонг из Великого Чертога Одина. Призыв собраться. Всем фейри, и новобранцам, и Валькириям, не нужно много времени, чтобы прийти. Всем, кроме Каина, как я успеваю заметить.

Харальд встает около постамента и ударяет себя по нагрудной пластине.

— Случившееся сегодня печально, — говорит он. — Если новобранец не готов, а его валь-тивар особенно яростный зверь, это может закончиться, как в случае с Бранкой, — все обмениваются взглядами, и я вижу невысказанный страх.

Это могло случиться с любым из нас.

— Тем не менее, — продолжает Харальд, — мы не одобряем лишение новобранца жизни в случае, если магия взяла над ним верх.

Мои брови сходятся вместе до того, как я успеваю скрыть выражение своего лица.

Эрик становится рядом с Харальдом.

— Вы не увидите эрсира Каина следующие три дня, потому как он отбывает наказание за свои неуместные действия. Извлеките урок из этого решения. Вы не можете допросить или исцелить мертвеца.

Чертог взрывается от протестующих криков и все они — в защиту Каина.

— Она бы нас всех убила!

— Она сошла с ума!

— Если бы он ее не убил, пришлось бы одному из нас!

Брунгильда поднимает руку, и крики медленно умолкают.

— Вы впервые видели Валькирию, поддавшуюся жажде крови и это могло вас напугать. Это свойство валь-тивар в виде волка или медведя. Они внушают ужас в сердца врагов.

Она хочет сказать, что мы остро реагируем? Что Бранка на самом деле не была угрозой?

— Действия Каина были излишними, на грани потери контроля над его собственным волком.

Негодование вспыхивает во мне в ответ на несправедливость. Я не уверена, что ее стоило убивать, но точно знаю, что он контролировал ситуацию.

— Обсуждения ситуации на этом окончены, — Брунгильда уходит, прежде чем кто-то успевает что-то добавить.

— Остальные занятия на сегодня отменяются, — объявляет Харальд, прежде чем остальные Валькирии также уходят.

Я потираю лицо. Голова ноет, мысли в беспорядке. Мне нужна тишина и время подумать.

Я иду к лестнице, решив отправиться в сад у храма, но Нави ловит меня за руку, останавливая, когда я прохожу мимо.

— Она бы тебя убила, понимаешь? — говорит она мне.

Я хмурюсь.

— Она и убила кое-кого, — в замешательстве говорю я.

— Где ты пропадаешь по ночам? Почему этот фейри Двора Огня одержим тобой?

Я вырываю руку из ее ладони.

— Почему тебя это волнует?

Она ничего не говорит, и когда становится ясно, что я не собираюсь отвечать, сощуривает глаза.

— Тебе не стоит ему доверять.

— Думаешь, ему стоило убить Бранку? — я не могу удержаться от вопроса.

— Да, — она отвечает не раздумывая, что удивляет меня, учитывая, что она недолюбливает Каина.

— Правда?

— Я думаю, что в самой элитной боевой силе на Иггдрасиле не должно быть уязвимостей, — говорит она низким резким голосом. — Волк Бранки был слишком силен. Она была бы опасна, оставь он ее в живых.

— А Каин? Он — не уязвимость, — мы обе знаем, что меня она такой и считает.

— Он считает всех Валькирий и новобранцев здесь врагами, — она склоняет голову. — Кроме тебя.

— Почему всем здесь есть до меня дело? — спрашиваю я. — Оставь меня в покое.

Я иду к ближайшей двери, злясь на то, что горло все еще ноет.

«Я на тренировочной площадке».

Я жду, но он молчит. Садясь на верхнюю ступеньку лестницы в Великом Чертоге Одина, я снова касаюсь лица рукой.

Он спас мне жизнь.

И сжег фейри заживо.

Он хочет оправдать свои действия в моих глазах? Наверное, это потому, что он по-прежнему хочет, чтобы я помогла ему открыть Сокровищницу. Я поклялась держаться от него подальше до того, как узнала, что он может сделать одним прикосновением. В чем смысл идти к нему сейчас?

Сомнения кипят во мне. Я правда не знаю, был ли он прав, когда так поступил, но уверена, что иначе она убила бы больше фейри. Но как сказал Эрик, нельзя помочь тому, кто мертв, нельзя вылечить. Это ведь был бы лучший способ?

Я знаю, что он не причинит мне вреда, и знаю, что он ждал, пока Бранка перестанет меня касаться, прежде чем дотронуться до нее. Это чтобы случайно не обжечь и меня?

Я смотрю на свое запястье. Небольшой ожог от его прикосновения исчез за день, не оставив и следа. Но… Бранка сгорела за секунду.

Покачав головой, я встаю.

Хватит притворяться, что я готова остаться без ответов. Я иду к нему.

ГЛАВА 38

МАДДИ

Придя на Тренировочную площадку, осматриваюсь по сторонам. Каин прикован к колонне в центре пыльного ринга. Я не чувствую присутствия поблизости других Стражей Одина. Не то, чтобы они не могли легко от меня спрятаться, но мы на открытом пространстве и кажется, одни.

Когда я подхожу ближе, в глазах Каина не мерцает огонь, и я не ощущаю его волка. Его руки, связанные позади деревянного столба, закрыты длинными перчатками с тонкими цепями.

— И это твое наказание? — спрашиваю я, приблизившись. — Быть привязанным к деревянному столбу?

Пепел вращается в его глазах, когда он смотрит на меня.

— Я не люблю быть обездвиженным. Им это известно, — рычит он. — Ты знаешь, почему я ее убил?

Я глубоко вдыхаю. Он хочет объяснить мне свои действия.

— Почему ты хочешь, чтобы я это знала? — спрашиваю я. — Чтобы я помогла тебе добраться до Сокровищницы?

Выражение его лица остается неизменным.

— Я убил ее, потому что она не заслуживала затянутой, медленной и мучительной смерти, которая ждала бы ее, если бы я просто оставил ее без сознания, — говорит он.

Я смотрю на него во все глаза.

— Ее было можно спасти, — говорю я, но сама не до конца верю в это.

— Нет. Она не заслуживала вины, что преследовала бы ее всю оставшуюся короткую, полную страданий жизнь.