О клинках и крыльях (ЛП) - Рейн Элиза - Страница 9

Ярко-красные глаза, обрамленные зеленью, не подходящей по цвету к остальному красно-коричневому окрасу существа, оглядывают каждого из нас, одного за другим. Огромные когти сгибаются на концах мощных лап, когда существо поднимается выше в воздух, а его огромный, изогнутый клюв щелкает. Он растерзает любого из нас за секунды.

Я точно уверена, что нет никакого смысла искать информацию об этом существе в галерее. Там ничего нет. Я никогда не видела, не слышала, не читала и мне не рассказывали абсолютно ничего о нем.

Это, блядь, пугает.

Оно открывает рот и снова издает противный визжащий звук. Страх парализует меня. Я привыкла к ледяному покалыванию в венах, но это совсем другое.

Это ужас. Чистый, абсолютный ужас. Это существо нас убьет.

ГЛАВА 8

МАДДИ

Стрела с глухим звуком врезается в грудь существа, и визг резко обрывается. Мое сердце колотится еще быстрее, когда я смотрю на Нави, очевидно, только что отпустившую тетиву.

Оргид, видимо, не желая оставаться в стороне, встает на ноги в раскачивающейся лодке и вынимает меч из ножен на бедрах. Инга тоже встает, держась за его плечо, и поднимает свой жезл. На конце его горит пламя, и я смотрю на него во все глаза. У нас во Дворе Льда никто не видел огня. Для гостей у нас обычно горит масло, но настоящий огонь мы видим редко, и теперь он меня завораживает.

Пока визг на раздается снова. Только теперь откуда-то позади нас.

Я поворачиваюсь, и ужас сковывает меня, когда я вижу второе существо. Это чуть меньше первого, но выглядит таким же кровожадным. Первый пикирует на нас. Стрела все еще торчит у него из груди и Нави выпускает еще три. Все они достигают цели. Элдрих поднимает свой жезл и из него вылетают зеленые лианы, стремительно пытаясь опутать крылья существа. Но они недостаточно быстрые. Оно ускользает раньше, чем они успевают его коснуться. Другая птица цепляется когтями за корму лодки и все фейри, кто стоял на ногах, падают.

Я ничем не помогаю. Я сижу на дне лодки и прекрасно понимаю, что от меня нет никакого толка.

Парализующий ужас уступает место инстинкту самосохранения и временное замедление сознания от страха сменяется таким быстрым потоком мыслей, что я едва успеваю за ним.

Что я могу сделать? У меня есть деревянный кинжал, который мне дал Элдрих и больше ничего. Моя ледяная магия едва ли преодолеет несколько футов до кормы лодки, не говоря уже о том, чтобы поразить двух огромных, хищных птиц.

Элдрих выпускает еще лианы в сторону двух существ, парящих над лодкой. Стрелы Нави заставляют их держаться на расстоянии, и я думаю, это единственная причина, почему они не унесли никого из судна. Оргид размахивает мечом, когда они подлетают ближе, но от этого нет толка, и я пока не заметила, чтобы Инга выпустила пламя в сторону чудовищ. Мы в деревянной лодке, и атаковать с помощью пламени не кажется мне хорошей идеей. Возможно, она тоже так думает.

Это может быть плодом моего воображения, но, когда птицы пикируют, мне кажется, что они нацелены на меня.

Осознание обрушивается на меня. Пока остальные одеты в коричневое и черное, я в своем блестящем платье сияю как долбаный маяк.

Я беру кинжал и вонзаю его в свою юбку, пытаясь как можно быстрее отрезать от подола полосу ткани. Элдрих бормочет на древнем языке что-то, чего я не могу разобрать и продолжает попытки отогнать птиц своей магией. Одна из них подлетает так близко, что цепляется когтями за его лицо, и он падает на скамейку. Когда он встает, я замечаю, что по его лицу растекается кровь. И теперь он выглядит злым.

Я режу свой кусок ткани на мелкие, блестящие и сияющие кусочки, и машу одним из них, как флагом. Элдрих таращится на меня, в то время как птицы замедляются и смотрят.

— Что, во имя Тора, ты делаешь?

Когда обе птицы приближаются, я бросаю кусок ткани так далеко от лодки, как только могу.

Это срабатывает. Обе птицы устремляются за ним сквозь водную дымку и туман вокруг нас.

Все четверо фейри смотрят на меня.

— Ох, — вздыхает Элдрих.

Снова раздается визг, и птицы нападают, двигаясь так быстро, что никто из нас этого не ожидает. Я едва сдерживаю крик, когда меньшая из них пролетает над лодкой и ее когти впиваются Элдриху в плечо. Его тело оказывается целиком поднятым над судном, а потом брошенным в воздух. Вторая птица ныряет вниз и ловит его. Меня мутит, когда я смотрю как две птицы перебрасывают друг другу кричащего и изворачивающегося фейри. При нем нет жезла, он упал в лодку. Я перевожу взгляд с Элдриха на жезл. Могу я бросить ему его?

И только я собираюсь это сделать, раздается душераздирающий вопль. Каждая птица теперь улетает, держа в когтях по руке. Я отворачиваюсь как раз вовремя, слыша смерть Элдриха, но совсем не желая ее увидеть.

— Надеюсь, они не очень голодны и один фейри насытит их аппетит, — тихо говорит Оргид. Его слова жестоки, но в голосе слышится легкая дрожь.

Нави сглатывает, с сомнением глядя вверх, на проносящуюся мимо нас воду и дальше, на туман. Надеюсь, ее опасения беспочвенны, но я и сама вглядываюсь в туман с таким же страхом.

Вдалеке слышится птичий крик, и мой живот опять сводит.

— Сделай еще отвлекающих штук, быстро, — рявкает мне Нави.

Я избавляюсь от всего, что блестит. Я отрезаю еще кусок юбки и рукава с платья, снимаю все блестящие украшения. Единственная вещь, которую я оставляю — это карманное зеркальце, которое мне дала сестра. Я осторожно двигаюсь по лодке, передавая каждому обрывки блестящей ткани. Запнувшись за упавший жезл Элдриха, я останавливаюсь. Что мы должны с ним сделать?

Времени на поиск ответа у нас нет.

Мы слышим звук бьющихся крыльев, звучащий совсем близко крик и пригибаемся как можно ниже в лодке. Нави начинает выпускать стрелы, а Инга отбрасывает блестящую ткань как можно дальше от лодки. Птица устремляется за ними, в туман под нами.

Вторая птица перед нами, и Оргид швыряет ткань прямо сквозь водопад. Свет отражается от нее под правильным углом, и птица кидается за ней, прямо под ревущую воду. С тревожным булькающим звуком ее с силой относит вниз.

Я непроизвольно вскрикиваю от радости, чем заслуживаю закатывание глаз от Инги и резкий взгляд от Нави. Боковым зрением я замечаю движение слева от меня и кидаю свой кусок ткани так далеко от лодки, как только могу. Я слышу, как Нави выпускает стрелу, а Инга разочарованно рычит, прежде чем все звуки тонут в громком птичьем визге.

У нас скоро закончится ткань, понимаю я, кидая свой последний кусок. Огромное чудовище устремляется за ним, ловит и подбрасывает в воздухе. Через пару минут она вернется, и я вижу еще минимум троих.

И тут водопад резко меняется. Вместо туманного неба теперь мы видим огромную крону, покрытую сочной зеленой листвой. Лодка выравнивается. С каждой стороны от нас теперь еще более густая растительность, а мы плывем по реке, которая, по-видимому, течет внутри кроны Иггдрасиля.

Мы достигли вершины водопада. Птицы не последовали за нами в крону и от этого я чувствую такое облегчение, что почти падаю на колени.

Шум падающей воды остался позади и все вокруг неожиданно наполнилось покоем. Тяжело дыша, я оглядываю лодку. Оргид таращится по сторонам. Инга вся сжалась, готовая реагировать. Нави единственная из нас, кто не выглядит встревоженно, но и она все так же держит лук наготове.

Мы выжили.

Мне попадается на глаза жезл Элдриха, я подбираю его, и никто не останавливает меня.

— Смотрите, — выдыхает Инга, выпрямляясь и глядя вдоль реки. Я поворачиваюсь и вижу, что именно вызвало благоговение в ее голосе.

Иггдрасиль.

В конце извивающегося протока реки виден ствол Великого Древа Жизни. Со всех сторон, и насколько я могу видеть, сверху, мы окружены крепкими ветвями и побегами, тянущимися во все стороны и густо покрытыми изумрудной листвой, через которую проникает теплый, рассеянный солнечный свет, совершенно не похожий на тот холодный, к которому я привыкла дома.